Седьмая свеча - Сергей Пономаренко

В лифте Ольге снова стало плохо, и она, чувствуя себя совершенно больной, с трудом открыла входную дверь в квартиру.

«Замки на двери так и не поменяла, а теперь уже, наверное, и ни к чему», — подумала она, сбросила пальто и, обессиленная, упала на кровать.

Во дворе дома матери осталось два тела: неизвестного мужчины и Софьи. Возможно, они живы, а может, и нет. Софья, по крайней мере, не подавала признаков жизни. Если она жива, то не в ее интересах указывать на Ольгу. Свой поступок можно, в крайнем случае, объяснить тем, что находилась в состоянии аффекта, когда узнала, что маму убили и кто это сделал. Мужчина тоже попался под горячую руку. Сложнее с револьвером — ведь он не зарегистрирован, и тот злосчастный патрон с дробью — вроде это запрещено и наказуемо. Впрочем, кто сможет доказать, что она у себя хранила револьвер? Никто. Поэтому она будет утверждать, что случайно его обнаружила на стройке, перед самой поездкой в село. А какие патроны в нем находились, совершенно не знала и вообще в этом не разбирается.

Приступ рвоты скрутил ее, и она с трудом встала и доплелась до туалета. Вся нижняя часть туловища у нее онемела, и она передвигалась как-то бочком. Потом еле добралась до ванной, умылась. Провела массажной щеткой по волосам, и на ней остался небольшой клок волос. В зеркале она увидела изможденное лицо с черными кругами под глазами. Она выглядела гораздо старше своих лет.

Ольга поняла, что проиграла. Возможно, следствие по ее делу будет еще продолжаться, а она уже покинет этот мир и воссоединится с мамой. С трудом добралась до кровати, не имея сил постелить себе и раздеться. Легла, как была.

Мысли лениво плыли в голове, не имея желания останавливаться. «Может, не стоит ждать, когда все это закончится, а взять горсть таблеток снотворного и навеки заснуть, без боли и мучений? Ничего не надо будет объяснять. Никому и ничего. Так станет хорошо и спокойно!»

Телефонный звонок больно ударил по барабанным перепонкам. Ольга подняла трубку и услышала голос Маргариты Львовны, которая бесцеремонно ночью нарушила ее покой и даже не думала извиняться за столь поздний звонок.

— Оля, я целый вечер вам названивала. Где вы пропадаете?

— Гуляла, ходила на дискотеку — потанцевать захотелось!

— При вашем состоянии здоровья это ни к чему хорошему не приведет. Я получила результаты клинических исследований. Как я и предполагала, у вас тяжелейшее отравление. Как думаете — чем? Тетраэтилсвинцом. Где это вас так угораздило?

— Даже не предполагаю. А где он применяется?

— Насколько я знаю от Ивана Степановича, вы к химическому производству никакого отношения не имеете. Тетраэтилсвинец иногда применяют автомобилисты для повышения октанового числа бензина, но вы, похоже, приняли лошадиную дозу. Как это могло произойти?

— Не знаю. Ошибка исключена, как я понимаю?

— Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Но в этом случае с полной уверенностью заявляю, что диагноз верен. Я бы рекомендовала вам сразу вызвать «неотложку», пусть везут в нашу больницу. Я позвоню в приемное отделение и дам соответствующие указания.

— Я вам очень благодарна, Маргарита Львовна. Считайте, что вы мне спасли жизнь. Еще раз прошу простить за тот неприятный инцидент у вас на приеме.

— Ничего, ничего, милочка. Отравление тетраэтилсвинцом, случается, вызывает помрачение сознания, вплоть до делирия. Спишем это на болезненное состояние. Я знаю, что вы лихо ездите на своем авто, но лучше добираться в больницу не на своем транспорте. Так спокойнее. Отравление может вызывать неожиданные эпилептические припадки. Что, Олечка, решили — звонить мне в больницу?

— Я приеду ближе к обеду, часов в двенадцать. Мне надо будет сделать кое-что неотложное, чтобы потом спокойно поболеть.

— Рискуете, милочка, и заметьте — собственным здоровьем, которое потом ни за какие деньги не купите. Вам, конечно, виднее.

— Спасибо, Маргарита Львовна. Я теперь ваша должница на всю жизнь. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, милочка. Не шутите со здоровьем — оно шуток не понимает.

Ольга повесила трубку. Этот звонок в прямом смысле спас ей жизнь. Теперь снотворное отменяется. Зачем себя травить, когда уже кто-то постарался? Видно, непрошеный гость не только безнаказанно гулял по квартире и украл книгу. По всей видимости, он уже длительное время имел сюда доступ, потихоньку отравлял продукты в холодильнике. Возможно, привычка постоянно держать в холодильнике любимый напиток, пепси-колу, сыграла с ней злую шутку. А все эти сушеные жабы и мыши были для отвода глаз. Тот, кто это предпринял, знал, как меня направить по неверному пути.