Большая книга ужасов 2015 - Екатерина Неволина

– Пойдем мы туда и все сгинем, – сообщил Миша, когда стало понятно, что смычки с экологами не избежать.

– Прекрати! – тряхнула косицами Катя. – Обыкновенный лагерь. Доедем до Петрозаводска. Оттуда на автобусе. Я смотрела: от Каршева есть хорошая дорога вдоль реки до озера. Там разобьем палатки. Девочки будут исследования проводить, а вы будете им помогать, если что-то тяжелое понадобится носить. Там красиво. Петроглифы. Дикая природа. Захотим – проведем ролевую игру.

– Бес, – категорично заявил Миша. – Он нас всех к себе утащит.

– Ну что ты несешь?! Что? Ты еще как местные церковники на все углы начни креститься! Поначитаются всякой ерунды!

– Бес вылезет, а мы его по рогам! – радостно скакнул Санек.

– Лободырник, – буркнул Миша. – Если бес вылезет, ты уже ничего не сможешь сделать.

– Кто, я? – кинулся на него Санек. Миша закрылся рукой. Санек колотился в эту руку изо всех сил.

– Нехорошее место, – упрямо тянул Миша. – Люди пропадают, компасы дурят, часы останавливаются. На озере волна на ровном месте поднимается. А деревня? Там деревня стояла. Теперь нет. И маяк. Раньше работал, смотритель при маяке жил, в сторожке. От сторожки сейчас ничего не осталось. Все вместе в бозе почием, – пропел он.

Мальчишки присмирели, заоглядывались. Миша сидел довольный. Это его и подвело. Никитос повел плечами, выпрямился и заявил:

– А я видел фотки – маяк остался.

– Куда он денется… – легко согласился Миша. – Стоит!

Поэты загудели. Катя хлопнула в ладоши:

– Хватит! Несите доверенности от своих родителей. Через неделю едем.

Миша шевельнул рукой, отстраняясь от Санька. Тот повалился на составленные стулья, взвился, больно ударившись спиной.

– Ты первый там помрешь, – прошипел Санек сквозь слезы.

– Чтобы каждый написал о походе отчет! – приказала Катя. И тяжело добавила: – Писатели.

Так они все оказались в поезде Москва – Петрозаводск.

Когда первый шок прошел – все экологи были одеты в оранжевые спортивные костюмы, – начали общаться. Девчонки оказались ничего себе, хозяйственные. По вагону сразу потек душистый запах жареной курицы и огурцов, захрустела скорлупа вареных яиц, зашуршала фольга, выпуская на свет бутерброды. Звучали призывы к ножу и открывалке – новомодное боржоми имело коварную крышку. Дима поедал бутерброды, все так же супя бровь и поправляя хвостик на голове. Миша неуклюже пробивался среди коленей. Ему досталась верхняя боковая полка около туалета, чему он был несказанно рад. Ты всех видишь, все мимо проходят, но тебя вроде как и нет. Прошли и забыли.

Катя, эта неумолимая и неиссякаемая задором Катя, стала организовывать совместные игры.

– Сейчас мы перезнакомимся, – голосом массовика-затейника начала она. – Игра называется «Стукалочка».

– «Они сошлись – огонь и пламень», – вступил Никитос, но его перебили.

– Скорее разошлись, – проворчал Санек и вскрикнул – Миша отдавил ему ногу.

– Ленский вышел на дуэль в панталонах. Они разошлись. Раздался выстрел.

Сказавший это Володя загоготал первым. Парни подхватили. Девчонки сдерживали ухмылки.

– Поручик! – зашипела Катя. – Здесь дамы.

– Дима! – вскрикнула ушастая девчонка, жавшаяся к своему начальству.

– Смотрим на меня, – переключила внимание Катя.

Она рассадила всех в круг и заставила положить ладони на колени соседей. Девчонки завизжали и захмыкали. Чересполосно одна краснела, другая бледнела. Парни нагло удерживали девочек около себя, напирали ладонями. Оранжевые пытались сбиться в одноцветную кучку, но их разбавили. Володя бил по тонким рукам, не давая экологам прирасти друг к другу. Наконец все сели.

– Каждый считает за свою руку. По часовой стрелке, – скомандовала Катя, севшая рядом с хмурым Димой. – Один! – громко произнесла она и хлопнула своей ладонью по Диминому колену. Колено не дрогнуло.

– Два, – ухмыльнулся Дима, с недоверием изучив ладонь на толстой Катиной коленке. Принадлежала она Саньке. Когда Катя села рядом с ним, его словно приморозило: он замер и уставился в пространство. Даже соседство с красавицей Леночкой его не оживило.

– Три, – шепотом подсказала Катя.

Санек отмерз и шарахнул сразу двумя руками, гаркнув:

– Три!

– Одной надо, – напомнила Катя. – На первый круг прощаем.

– Больной, что ли? – поморщилась Леночка. – По башке своей постучи!

– Три, – тихо повторил Санька, шевельнув пальцами на Катиной коленке, стоически перенес Катино «четыре» на своей коленке и снова примерз взглядом к тонкой Леночкиной кисти.

– Пять, – быстро произнесла Леночка, выбив из Сашкиных штанов облачко пыли.

Дальше Сашке нужно было стучать по коленке Леночки, и тут уж он постарался. Как бы нехотя оторвал пальцы от оранжевой ткани, шевельнул ими в воздухе и осторожно, пальчик за пальчиком, опустил:

– Шесть.

Леночка возмущенно зашипела, дернувшись всем телом:

– Удод.

Дождалась, когда соседка Маша стукнет, и торопливо стукнула ей в ответ.

Девчонки все подобрались как под линейку – высокие и худые, с узенькими треугольными личиками. Если происходило что-то неожиданное, они тревожно переглядывались и синхронно хмыкали, являя пример ментальной связи. Пацаны, в противовес им, все были крупные. Мелким среди них был только Олег Волков, но он хорошо накачался на своих тренировках по фехтованию, поэтому выглядел достойно. Девчонки мелькали перед глазами, путая имена. Леночка, с нежным удивлением в глазах, с длинной тонкой шеей. Рядом с ней Маша, ушки топорщатся. За Машей широкий шумный Володя, вихрастый, лохматый. Дальше сгрудились девочки – Аня в очках, рыжая, с настороженной улыбкой. За ней Соня и Оля – этих вообще не разбить, только вместе, только за руки. Даже в туалет ухитряются забиться на пару. За тихой бледной Олей пацаны: Олег – этот вечно в руках что-нибудь вертит, Игорь – все больше молчит и любит исчезать, Никитос – поэт поэтович. Пацаны от души рубились по коленям. Оля заверещала, получив удар от Олега.

– Дурак, дурак, дурак! – забарабанила она кулачком по его плечу.

– Катя! А чего она игру сбивает! – перехватил ее руки Олег.

– А дурак – это какой по счету? – стал загибать пальцы Игорь. – Сто или двести?

– Да отвали ты от меня! – не выдержала Маша, на которую слегка облокотился Володя.

– Я сейчас уйду! – вскочил Дима. – Что за бардак!

– Продолжаем! – Катя сильной рукой усадила эколога обратно. – Все! Теперь без ошибок. Кто собьется – вылетает!

Первым вылетел Санек, перед этим заработав очередную оплеуху от Леночки.

– Дуботолк ты, дуботолк, – ласково протянул с верхней полки Миша. – Ни в чем тебе удачи нет.