Большая книга ужасов-28 - Елена Усачева

Квасников покраснел, глаза его налились тяжелой злобой. Он качнулся вперед, готовый растерзать невозмутимого Сидорова, но остановился, уставившись на что-то, появившееся за Левкиной спиной. Сидоров резко повернул голову.

– Говорят, в вашей школе снова непорядки происходят.

На самом деле Ник Саныч был никакой не милиционер, а самый обыкновенный практикант. В каком-то своем вузе он никак не мог получить диплом, поэтому завяз в практикантах на долгие два года и, видимо, собирался им быть всю оставшуюся жизнь. Милицейская форма на нем сидела мешковато, поэтому вид он имел несолидный. Такого даже бояться не получалось. Его и не боялись, а любили, что не мешало Ник Санычу честно выполнять свою горячо любимую работу – бороться с подростковой преступностью.

Ребята знали Ник Саныча через Ильку, он много раз приходил в школу, беседовал со всеми, даже с классной руководительницей, просил помочь, не упустить, проследить. Учителя следили, не упускали, помогали, но Илька все равно ухитрялся влезть в очередное дело. Тогда на помощь приходил все тот же Ник Саныч, только ему удавалось вытаскивать Шагунова из всех передряг.

В этот раз доблестный инспектор пришел не один. За ним стоял высокий благообразный старичок с умильной улыбкой на лице. Левка сразу в нем признал вчерашнего любителя сидеть на лавочках у подъездов.

– Вы случайно не знаете Илью Шагунова? – поинтересовался Александр Николаевич. – Где его можно найти?

– Народ, у вас там чего, урок? – Ник Саныч прислушался. Для урочного времени в школе слишком громко кричали.

– А у нас физкультура на улице, – нашелся Левка. – Кросс сдаем. Все на площадке бегают. Шагунов где-нибудь там.

Как раз в этот момент из школы вылетело несколько девчонок из их класса.

– Физкультура это хорошо. – Ник Саныч проводил девчонок взглядом и повернулся к коллекционеру. – Ну вот, гражданин, придется подождать. – Инспектор вскинул к глазам руку с часами. – Наверное, минут через двадцать урок закончится.

– Через сорок, – ввернул Сидоров. – Раньше никак. Нам пять километров бежать. Пошли, Сашка.

На лице старика проступило недовольство. Он зачем-то похлопал Ник Саныча по карману. Этот жест вывел инспектора из задумчивости. Он как раз пытался подсчитывать, сколько километров можно пробежать за сорок минут… Но тут взгляд его стал жестким.

– Стойте! – строго приказал он Сашке с Левкой, которые как раз собирались сбежать. – Вы сейчас пойдете с нами…

Он не договорил. На крыльце очень не вовремя появился физрук. Увидев Квасникова с Сидоровым, он требовательно взмахнул рукой.

– И куда же подевался ваш Шагунов? – возмущенно спросил учитель. – Он мне еще за сорванный урок ответит. А вам всем я влеплю двойки в четверти и поставлю на педсовете вопрос о вашем отчислении.

– Так…

Левка дернулся бежать, но было уже поздно. За их спиной, уперев руки в бока, возвышался Ник Саныч.

– Значит, кросс сдаете?

Левка извернулся, пытаясь освободиться от цепкой хватки инспектора, но от Ник Саныча просто так еще никто не уходил.

– Держите их крепче, – кричал физрук, не решаясь сам подойти ближе. – Вы бы видели, что они натворили в зале! Все окна выбиты. А что они сделали с несчастным манекеном?

– Что они сделали с манекеном? – как эхо отозвался коллекционер.

– Ничего мы с ним не делали, – обиженно загудел Сашка. – Он сам за нами бегать стал.

– Манекен? – недоуменно пробормотал Александр Николаевич. – Манекен… – Он схватился за голову. – Манекен!

Дальше произошло неожиданное. Коллекционер развернулся и побежал прочь. Все посмотрели ему вслед.

– Обществом охраны здоровья сегодняшний день объявляется всемирным днем бега, – прокомментировал странный поворот событий Левка.

– Выкладывайте сразу, что у вас еще произошло? – Ник Саныч и не думал улыбаться Левкиной шутке. – Школу взорвали? Подземный ход прокопали? Все деревья в парке выкорчевали? Говорите, говорите. Этот гражданин, – кивнул инспектор в сторону убежавшего старика, – утверждал, что ваш Шагунов букинистический магазин ограбил, его самого чуть не убил. Из школы мне звонили, рассказывали, что по зданию привидение бродит и что ко всему этому имеет какое-то отношение все тот же Шагунов. Ну что, мне теперь вас всех забирать и на особый режим ставить?

– А чего сразу – как привидение, так мы? – уперся Левка. – Кто-то пошутил, а нам отдуваться!

– Не верьте им, – кричал с крыльца физрук. – Это все они! Наверняка в манекен какой-нибудь моторчик поставили, чтобы урок сорвать.

– Нужен нам ваш урок, – не выдержал Сашка. – У нас тут вопрос жизни и смерти решается, а вы со своим кроссом пристаете!

В ответ Квасников получил увесистый пинок от Левки, но роковые слова были сказаны.

– Так! – негромко произнес Ник Саныч. Предусмотрительный физрук исчез с крыльца.

Что должно было произойти дальше, можно было легко догадаться – Ник Саныч заставил бы ребят все рассказать. Против коллекционера и Восставшего Мертвеца поднялась бы вся милиция и накрыла бы шайку, засевшую в букинистическом магазине. Манекен был бы схвачен и обезврежен, покойник отправлен обратно на кладбище, а оставшиеся кусочки пергамента переданы в институт для опытов.

Но судьба совершила очередной крутой поворот и выпустила из-за угла школы мрачную серую личность в мешковатом пальто. Длинные волосы закрывали лицо.

У Сашки екнуло в груди, и даже Ник Саныч почувствовал, как стремительно похолодела рука у Квасникова. Увидев Восставшего Мертвеца в таком необычном виде, Левка шмыгнул носом и зло прищурился.

– Гляди, уже прикид новый где-то раздобыл, – процедил он сквозь зубы.

– Дядя Коля, – заверещал Сашка, прячась за спину инспектора. – Он нас сейчас убивать будет!

Ник Саныч потянулся к висевшей на поясе кобуре.

– А ну, стой! – грозно произнес он. – Не подходи!

Мрачная личность, в которой легко можно было узнать неугомонного покойника Ивана Ивановича Иванова, приказу негрозного начальства не подчинилась. Так бы Восставший Мертвец и дошел до онемевших в ужасе ребят, если бы из-за того же угла школы не появился манекен.

Топал он вполне довольный собой, при этом еще и улыбался. Подставка на его ноге звонко цокала об асфальт. Он размахивал руками, отчего куртка на его плечах взлетала, оголяя белое тело.

– Опять! – взвыл физрук, на секунду появляясь из-за двери.

Друзья уже без всякого удивления смотрели на приближающуюся к ним невероятную пару. Ник Саныч же застыл, так и не достав своего оружия.

– Илья Шагунов! – звонко произнес манекен, легко догоняя медленно бредущего покойника. – Убирайся!

Не ожидавший атаки сзади Иван Иванович Иванов остановился и стал медленно поворачиваться. Долгую секунду обладатели двух частей одного пергамента смотрели друг на друга. Пронзительные зеленые глаза покойника, казалось, сейчас прожгут насквозь хрупкую пластмассу манекена.