Шок-рок - Стивен Кинг

Расти Нейлз скучал. "И ради этого я потратил две тысячидолларов на шестимесячную учебу?" — думал он.

Он находился в эфире с полуночи до пяти часов утра на WMCR,радиостанции классического рока. "Замогильная" смена. Время безрекламных пауз. Большинство рекламодателей предпочитают дневные часы, когдарадио слушает гораздо больше народу. Расти непрерывно крутил и крутил музыку,но песни и композиции контролировались специальной компьютерной системой, такчто у него не было свободы выбора.

К тому же в ночное время радиослушатели, как правило, незвонили в студию. Бывало, Расти приходилось замещать дневных ди-джеев. Еговсегда поражало огромное количество звонков, телефон практически не замолкал.Ночью ситуация менялась кардинальным образом: за счастье получить три заявки вчас. Обычно это просьбы поставить в эфире что-нибудь из "ЛиньрдзСканьрдза" или "Лед Зеппелин", которые и без того звучат каждуюночь. Случалось, звонят какие-нибудь возмущенные слушатели, готовые обозватьего последними словами.

Расти не мог не признать, что работа его была тупой и, самоеужасное, занудной. Он вздохнул и потянулся к си-ди "Джетро Тал""Акваланг". Для своего времени, безусловно, классная музыка, но задва года работы в студии Расти прокрутил этот диск сто сорок три раза, послечего бросил считать. Неужели эти кретины не устали слушать свои любимые песни?Видит Бог, ему они обрыдли.

"Я крепко влип. Без сомнений", — сокрушался Расти.На радио он пошел, потому что обожал рок, но так и не научился играть на чем-либо.Чтобы не расставаться с музыкой, он записался в Кливлендскую школу на отделениерадиоди-джеев, и через программу трудоустройства получил свое распределение в"замогильную" смену. Работать он начинал, преисполненный радужныминадеждами, но постепенно убеждался, что здесь ему ничего не светит. Пришла пораменять обстановку. Надо бы заглянуть в раздел "требуются" журнала"Радио энд Рекордс", собрать свои нехитрые пожитки и найти себе новуюрадиостанцию и новую смену.

На телефоне замигала красная лампочка. Звонок. Расти покачалголовой, представляя, как очередной подросток, прыщавый заправщик набензоколонке, в миллионный раз заказывает аэросмитовскую "Свитэмоушн". На хрен. Не буду снимать трубку сегодня.

Устроившись ди-джеем, он надеялся, что один из ночныхзвонков принесет ему встречу с девушкой его мечты. Застенчивый по натуре, онредко приглашал девушек на свидания, поэтому рассчитывал с помощью звонковзначительно расширить круг знакомств и представлял бесконечную череду женщин, скоторыми он сможет встречаться и, если повезет, трахаться. Вдруг удастся найтиспутницу жизни. Он не раз слышал истории о радиофанатках, звонивших ди-джеям,договаривающихся о встрече, а потом ублажающих по высшему разряду.

Да только мало что обломилось ему. Первой поклонницейоказалась девушка по имени Грета. Как-то после смены он заглянул к ней ипожалел, что она не встретила его в парандже. Пришлось все равно оттрахать ее.Грета наградила его триппером, но он получил по заслугам и еще легко отделался.

Второй фанаткой оказалась замужняя женщина, очень дажесимпатичная. Но, на беду Расти, она вела дневник. Его нашел муж, бывший офицерморской пехоты, который и подкараулил любовничка после смены. Расти ожидал, чтоморяк вышибет из него все мозга. Позже выяснилось, что дамочка и раньше ходиланалево, просто Расти стал последней каплей. Моряк так и сказал. Идействительно, через месяц она позвонила сказать, что разводится, идоговориться о новой встрече. Но вся эта история повергла Расти в глубокуюдепрессию, и он решил отказаться от поиска партнерши для секса и вообщечего-либо постоянного по телефону. Нормальные женщины глубокой ночью ди-джеямне звонили.

Внезапно он проснулся, когда динамики в студии замолчали:"Акваланг" закончился. Расти сознательно включал музыку на полнуюгромкость, на случай, если заснет по ходу песни, как с ним иногда случалось: намертвую тишину он реагировал, как на будильник. Нажал кнопку и полилась песня"Роллинг стоунз", которую он когда-то обожал. Однако и она давно ужеприелась. Красная лампочка все мигала.

— Да пошел ты, — пробормотал он, глядя на телефон. Но"Ю кант олвейс гет вот ю вонт" длилась семь минут и двадцать восемьсекунд, а скука просто заедала. Он взял трубку.

— Ми-си-эр.

— Привет, — женский голос. С придыханием. Мелодичный.Теплый.

— Могу я чем-нибудь вам помочь?

— Это Расти?

— Нет, это звукоинженер. Он сейчас занят. Вы хотите заказатьлюбимую песню?

— О, — разочарование в голосе. Расти почувствовал себявиноватым. — Ну… Как насчет "Ватеринг Хейтс" Кейт Буш?

Он рассмеялся.

— Попробуем! — Последний раз он слушал эту песню еще вколледже, тогда она ему понравилась.

— Расти?

Дерьмо, он все же выдал себя. Ну и ладно.

— Да.

— Вы мне солгали, сказали, что вы — звукоинженер. — Онапомолчала. — Я ненавижу лжецов. Мой бойфренд — лжец.

Господи, опять двадцать пять. Придется выслушивать историюее жизни. С другой стороны, она — фанатка Кейт Буш.

— Послушайте, у нас нет записей Кейт Буш.

— Жаль. — В голосе звучало отчаяние.

"Роллингам" оставалось играть еще пять с половинойминут.

— Если вам нравится Кейт Буш, вы, наверное, любите и ПитераГабриэля.

— Я его обожаю! — В трубке оживились, и Расти решил, чтоэтот голос ему определенно нравится. — У вас есть "Шок зе Монки"?

— Нет, но у меня есть "Следжхаммер". — Он невольнопоморщился. Это была одна из худших песен Гэбриэла, но единственная; заложеннаяв компьютер.

— Вы сможете проиграть ее для меня? Мне так важно знать, чтокому-то… небезразличны мои желания.

Расти взглянул на дисплей, набрал название песни. Еесобирались дать в эфир через три дня, в дневную смену. Ну и хрен с ними.

— Конечно. Она прозвучит сразу за "роллингами".

— Правда? — воскликнула незнакомка, как будто он преподнесей бриллиантовое кольцо.