Танцы в формалине - Илья Ермаков

Мы пошли обратно в класс.

– Что думаешь делать дальше? – спросил он моего мнения.

– Не хочется это признавать, но, боюсь, что иного пути у нас уже нет.

– В лабиринт?

– Это единственный путь.

Когда мы зашли в класс, то застали остальных ребят за сбором вещей. Они складывали продукты и питье в рюкзаки.

– Что вы задумали? – спросил Денис.

– Идем в лабиринт, – ответил Андриан, – другого пути нет. Берем с собой все самое необходимое. Нам понадобятся запасы еды и воды. Будем использовать фонарики на телефонах и беречь зарядку. Давайте, собирайтесь.

Никто уже не спорил.

Все приняли безысходность нашей ситуации.

Приходится плыть по течению. И пусть мы не знаем, куда нас занесет, мы готовы столкнуться с самым страшным…

А я не сомневалась, что настоящий кошмар еще впереди.

Мы с Денисом присоединились к общим сборам. Я сложила в рюкзак побольше фруктов и воды. Многие брали сухарики и чипсы. Их выбор. Андриан и Дайна прихватили крепкий алкоголь. Думаю, он нам пригодится, но не для употребления внутрь.

– У Власа тут ворох зажигалок, – заметил Клим, – давайте я каждому раздам.

Он раздал нам зажигалки. Это может быть полезно.

– У нас есть оружие? – спросила Леся.

– Оружие? – переспросила Дайна. – С кем ты собралась сражаться?

Вопрос Леси не показался остальным странным или бессмысленным. Мы не знаем, что ждет нас во тьме.

– Нужно быть готовыми, если на нас нападут, кто бы это ни был: монстры, сторож или кто-то из нас.

Никто не стал возражать Лесе на повторное обвинение кого-то из нас в этом кошмаре. Все понимали, что она вполне может оказаться права, и виновник кошмара – один из нас.

Этот вариант нельзя было отрицать.

А вот, что касалось монстров…

– Монстры? – переспросил Андриан. – В монстров мы бросим водку и зажигалку.

– Сработает? – выгнул бровь Клим.

– А потом только делать ноги. Другого плана нет.

Оружие… у меня есть одно.

Нож.

Он все еще при мне.

Я не смогла избавиться от него, но и рассказывать об этом кому-то не собиралась.

Это будет мой секрет.

– Много не берите, – велел Андриан, – неизвестно, какой путь нам предстоит. Возьмите самое важное для пропитания и выживания. Тащить весь этот хлам с собой нет смысла.

Сборы почти закончились. Леся собрала свой рюкзак, остановилась и спросила у нас:

– Вы ведь верите в то, что выход есть?

Этот вопрос волновал всех.

Уверенности в ответе на него не было ни у кого.

– Да, он есть, – Ева не промолчала.

Еще недавно она говорила о том, что лабиринт ей кажется бесконечным.

– Я верю, что мы его найдем.

На ее лице появилась такая светлая улыбка, которая не могла не воодушевить всех нас. Самая тихая и скромная из нас, она оказалась полна решимости и надежды на спасение. Именно этого света нам как раз не хватало.

– Держимся вместе и выбираемся из этого Ада, – объявил Андриан.

Мы надели свои теплые куртки, нацепили на спины рюкзаки с провизией и отправились ко входу в лабиринт.

Основное здание анатомички остается позади…

Больше мы сюда не вернемся.

Наша семерка стояла у главного входа и смотрела на черный коридор, у которого не было видно ни потолков, ни дальних стен. Все ограждено высоченными стеллажами с банками с формалином, в которых плавали анатомические препараты, как в музее. Вершины стеллажей утопали во мраке. Этот лабиринт мне напоминал… библиотеку. Только вместо книг… уродливые органы в банках.

– Все готовы?

Под слова Андриана мы зажгли фонарики на телефонах.

– Вперед.

И мы сделали шаг во тьму.

* * *

Наши шаги звучно отдавались эхом. Под нами – черное кафельное покрытие. Вокруг – бесконечные высокие стеклянные стеллажи, между которыми возвышались стройные стеклянные колонны, утопающие во тьме. А в банках, стоящих на полках… уродливые младенцы, уродливые органы, непохожие на органы здорового человека, уродливые препараты.

Повсюду лишь тьма.

И пустота.

Мы здесь одни…

Вернее, мне хотелось в это верить.

Никаких дверей и стен.

Только коридоры, повороты, развилки, перекрестки и длинные… очень длинные туннели.

В ширину коридора помещались пять человек. Поэтому мы шли группами. Андриан и Клим вели нас. За ними – Дайна и Леся. Я, Денис и Ева замыкали процессию.

Денис стал для нас с Евой защитником в тылу.

Мы освещали себе путь во мраке светом фонариков, включенных на телефонах. Заряда у меня осталось на сорок два процента. Это еще не катастрофа. Я надеюсь…

Шли мы молча.

Смотрим по сторонам.

И повороты выбирали наугад. Их выбирал Андриан.

И все же он старался идти вперед, чтобы дойти до конца туннеля. Мы хотели упереться хотя бы в одну стену, но пока без успехов.

Потолка не видно, а потому я сразу поняла, что мы находимся совсем в другом… измерении, если можно так сказать. Часы остановились на трех часах ночи, а потому я совсем потеряла счет времени.

Никто не знал, как долго мы идем.

Это начало утомлять.

Бесконечный коридор… бесконечные стеллажи, бесконечное стекло… бесконечная тьма…

Ничего не менялось.

Ничего нового здесь не появлялось уже очень давно…

– Я устала, – прозвучал голос Дайны.

Мы вышли на перекресток.

Андриан остановил наш эшелон.

– Как остальные?

Ему ответили томные взгляды.

– Понятно. Я тоже устал.

Он посветил фонариком во все четыре направления. Везде все одинаковое. Везде лишь бесконечная тьма.

– Хотите устроить привал?

– Это не опасно? – озадачилась Леся.

– Кому-то придется дежурить, – ответил Клим, – мы точно не знаем, чего ожидать от этого места. И от нас самих.

Идея дежурства себя полностью оправдала. Это обязательно.

– А если…

Все посмотрели на Еву.

– Если враг среди нас, и мы оставим его на дежурстве? Разве… это не отличная возможность… убить нас всех?

Ее вопрос не возмутил остальных, но озадачил.