Сглаз - Томас Олд Хьювелт

– Ты шутишь, – произнес Уоррен.

– Правда. Я слышал, как он чирикал. Или курлыкал. Или как там павлины разговаривают, – невпопад ответил Марти.

– Погоди немного, – перебил его Грим.

– А в кустах что-то валяется, – добавил Марти. – По-моему, сердце животного, я в анатомии не разбираюсь. Ого!.. Плетеная кукла!

И Марти указал на крест из ивовых прутьев, висящий на ветке неподалеку.

– Целиком и полностью содрана из «Ведьмы из Блэр». Но почему? В фильме это амулет, принадлежавший самой ведьме, зачем кому-то приносить такое? А еще здесь есть купоны на скидку в супермаркете.

Грим и Уоррен обомлели.

– Там что-то на обратной стороне написано. Буквы растеклись от дождя, но, похоже, цитаты из Библии.

Павлин в сумке издал жалобный крик.

– Ну и козлы! – прошипел Грим. – Марти, звони Клэр. Пусть разошлет сообщение, что ситуация под контролем и любые контакты с ведьмой строго запрещены! И пусть напомнит о Чрезвычайном Законе и о том, что ждет нарушителей. А потом ей надо проверить видео, которые могут иметь к этому отношение. Я хочу найти уродов, которые завалили Катерину подарками, и повесить на стену их скальпы, – сказал Грим и вытащил из кармана нож-резак.

– Ты чего – сдурел? – спросил Уоррен.

– Я хочу освободить павлина! Местные и понятия не имеют, во что они ввязались. Она на взводе, а если к ней начнут привязывать всякий хлам, бог ведает, что она наколдует. Вдруг старики начнут от инсульта падать, как в шестьдесят седьмом? О чем они думали?

– Просто осторожнее, о’кей?

Грим заметил, что обвисшие губы ведьмы, на которых скопились мутные капли дождевой воды, слегка шевелятся. Черные стежки в уголке рта натянулись. Он сосредоточился на голосе Марти Келлера, который говорил с Клэр по телефону, и на шуме дождя в ветвях.

Ведьма продолжала шептать, но Грим не слушал, усилием воли пытаясь крутить в голове мелодию группы «Катрина энд Вэйвс».

Сосредоточься, давай же, сказал он себе.

Прокашлявшись, он шагнул вперед. Павлин в сумке зашуршал крыльями. Внезапно его хвост затрепетал. Руки Катерины безвольно висели вдоль ее боков. Грим протянул резак…

…и ведьма схватила павлина за длинные перья.

Издав сдавленный возглас, Грим отскочил назад и споткнулся. Уоррен Кастильо подхватил его, не дав упасть.

Все произошло молниеносно – с поистине головокружительной скоростью. Хвост бедной птицы находился в силках иссохших бледных пальцев Катерины.

А люди просто окаменели. Они могли лишь наблюдать за тем, как жизненная сила покидала павлина у них на глазах.

Изумрудные и темно-синие узоры поблекли и выцвели, а затем перья скрючились и превратились в серую пыль, которую унес ветер.

Павлин не воскрес, как феникс, а превратился в курицу гриль. Из сумки заструился дымок, в воздухе повис отвратительный запах – не горения, а обугливания.

Гриму почудилось, что у него во рту взорвался тлеющий древесный уголек и в его горло забился пепел. Он зашелся в приступе кашля и подумал о том, какой был запах в помпейских гробницах, когда те вскрывали. Наверное, такой же, как и здесь.

– Я… я тебе сейчас перезвоню, – запинаясь, пролепетал Марти. – Господи! Вы видели?

Никто ему не ответил. Катерина вновь стала неподвижной. У Роберта создавалось впечатление, что она явно насмехается над ними.

Похоже, ведьма продемонстрировала им, кто настоящий хозяин в Блэк Спринг.

Грим попытался воззвать к логике, но его картина мира стремительно кренилась. Его охватил удушающий страх, и впервые в жизни он отчаянно пожелал, чтобы в своих будущих воплощениях он никогда больше не попадал в Блэк Спринг. Пусть Катерина будет чужим проклятием, но не его…

Катерина не расставалась с подарком Гризельды и сжимала своего павлина.

Вместо того чтобы испариться и возникнуть где-нибудь еще – причем приблизительно через семь с лишним часов, – Катерина принялась расхаживать по городу. Вероятно, холщовая сумка в буквальном смысле притягивала ее к земле, и теперь ведьма не могла материализоваться в мгновение ока – для этого ей надо было расстаться со своей ношей.

А в кулаке Катерина сжимала черный остов павлиньего хвоста.

– Ей понравилось подношение, – констатировал Уоррен Кастильо.

Никто не мог утверждать, прав он или нет.

Вечером в понедельник, когда по всем каналам крутили передачи, посвященные президентским выборам (те должны были состояться во вторник), Философерс Крик целиком окрасился в грязно-бурый цвет. Могло показаться, что в его глубинах плавала акула, которая успела полакомиться парочкой туристов.

Ну а сама Катерина уже добралась до здания городской администрации.