Большая книга ужасов 72 - Елена Арсеньева

Нет, нынче не до глупостей!

— А у вас телефон есть? — спросил Серега.

— Конечно, — кивнул Валентин.

— Так позвоните в нормальную «Скорую»! Пусть приедут! Потому что это странная какая-то больница, тут вообще никого из врачей нет! Сидят какие-то люди, пациенты, что ли, а врачей — никого. Я… мне плохо в поезде стало, мне «Скорую» вызвали, но понять не могу, зачем меня сюда привезли!

— Точно, надо позвонить, — сказал Валентин. — Как это я сам не догадался?! Очень уж разволновался! Давай войдем, девочку положим куда-нибудь. А то у меня телефон в кармане, не достать.

Серега придержал дверь и пропустил Валентина.

На счастье, в углу стояла пустая каталка. Девчонку положили.

При этом из большого кармана ее джинсовых шаровар что-то выпало. Два предмета.

Серега посмотрел вниз — и чуть не ахнул.

Одним из них была рогатка!

Если бы кто-нибудь попросил Серегу составить список того, что может выпасть из девчоночьего кармана, рогатка оказалась бы там примерно на двадцать восьмом месте. А может, ей вообще не нашлось бы места в этом списке. Тем более — такой рогатке! Практически профессиональному метательному орудию!

Серега просто-таки облизывался, на нее глядя. Это была старая, заслуженная рогатка! Симметрично расположенные рожки имели строго U-образную форму. Они были обожжены и отшлифованы, но от времени потемнели и приобрели тот благородный вид, который бывает у видавшего виды и знающего себе цену оружия. Жгут сделан из какого-то упругого серовато-желтого материала, но это был не латекс, а что-то гораздо круче! И хоть из этой рогатки явно пуляли много лет, жгут не растянулся и не ослабел.

— Резиновый медицинский бинт, — раздался восхищенный голос Валентина, и Серега увидел, что он тоже рассматривает рогатку. — Сейчас в аптеке уже не продается, но раньше можно было купить легко и просто. Самый лучший жгут из него получается. Практически вечный! А интересно, чем она пуляет? Мы камешки юзали — кругленькие. Толстую свинцовую проволоку гнули и резали. А у нее что — желуди вместо пулек?!

И правда, рядом с рогаткой на полу лежал желудь.

— Вообще, если такая штука влепится в лоб — лоб долго гудеть будет, — задумчиво сказал Валентин. — Как думаешь?

Серега только кивнул. Он просто онемел.

Вот это девчонка! Вот это оружие! Вот это пулька!

Валентин поднял рогатку и желудь и передал Сереге:

— Не потеряй, потом отдашь ей. Бедняга!.. Что ее вынесло на эту дорогу?! Эх, попался бы мне тот гад, который ее сбил и не остановился…

Серега, пряча рогатку и желудь в карман, сконфуженно покашлял, но ничего не сказал. Странно — он почему-то чувствовал себя виноватым, хотя ни в чем виноват не был!

Валентин достал смартфон и начал набирать номер. Но лицо его оставалось хмурым, и Серега понял, что дозвониться он не может.

— Наверное, тут связи нет, — сказал Валентин. — Выйду на крыльцо.

Он вышел, и Серега испугался, что Валентин сейчас бросится к своей машине и смоется отсюда. Избавится от лишних хлопот!

Вдруг сзади раздался короткий и довольно злой рык.

Серега так и подскочил!

Оглянулся — и увидел собачью голову, высунувшуюся из-за угла. Пес был лохматый, рыжий с красноватым оттенком. Необыкновенной красоты! Кажется, эта порода называлась ирландский сеттер. Красный сеттер!

Вообще-то все сеттеры гладкие, но у этого была довольно лохматая голова. Может, какой-нибудь его предок подружился с дворняжкой?

Пес сердито смотрел на Серегу своими большими карими глазами и рычал.

— Ты чего? — спросил Серега, который любил собак и ничуть не боялся их. — Чего сердишься?

Вдруг ему пришло в голову, что именно этого пса видели врач и шофер «Скорой». Они его называли уродом.

Ну и ну, слепые, что ли?! Да он же красавец!

— Иди сюда, — ласково сказал Серега, — ну иди, не бойся, я тебя поглажу! Тебя как зовут, а?

Интересно, хоть один человек получил от собаки ответ на этот вопрос?

Вряд ли… Вот и Серега не попал в число везунчиков.

Пес глянул на него с прежней неприветливостью — и вдруг уставился на стену.

Серега повернулся и тоже посмотрел туда. На стене висел старый пластмассовый градусник, которым измеряют температуру в помещении. Он был практически разбит, трубка наполовину отломана, осталась только шкала с цифрами.

Чем мог градусник так заинтересовать пса, Серега решительно не понимал.

— Ты чего уставился? — спросил он, однако пес не ответил и отпрянул за угол.

Наверное, испугался Валентина, который в эту минуту вернулся с крыльца.

По его унылому лицу Серега сразу понял, что дозвониться никуда не удалось.

— Глухо, как в танке, банке и госбанке, — буркнул Валентин. — Вообще значка сети нет! Интернет тоже не работает, а вайфай, наверное, в этих краях считается междометием, выражающим восхищение!

Серега хрюкнул.

— Что с тобой? — забеспокоился Валентин. — Тебе плохо?

— Нет, — пробормотал Серега. — Мне смешно! Понимаете, мы в школе французский учим. А по-французски wi-fi произносится не «вай-фай», а «ви-фи». И наша учительница говорит, что это напоминает междометие, выражающее неодобрение. Ви-фи, фи-фи, понимаете?

Валентин ухмыльнулся:

— Да, правда похоже на фи-фи… Ну ладно, о лингвистических тонкостях мы в другой раз поговорим, ага? А сейчас… Вот что, Серега Николаевич. Сейчас давай поступим так. Я поеду по направлению к Нижнему и буду искать зону дозвона. Вызову помощь и вернусь!

— Слушайте, а почему мы не можем поехать с вами? — так и подпрыгнул Серега. — Положим Марин… в смысле, девочку эту на заднее сиденье, а я сяду рядом, буду ее придерживать, чтоб не свалилась. Так же быстрей будет! А то пока вы вызовете «Скорую», пока она приедет…

— Эта здравая мысль мне тоже приходила в голову, — кивнул Валентин. — Но как пришла, так и ушла. Понимаешь, я просто боюсь за девочку. Вдруг у нее перелом основания черепа? Или позвоночник сломан? Тогда ей полная неподвижность нужна! Достаточно я ее таскал, возил… Лучше пусть лежит на каталке. А ты за ней присмотри, Серега. Я мигом вернусь!

Сереге послышалось собачье тявканье. На сей раз совсем не злое, а тоскливое.

Даже с подвыванием!

Если бы Серега был псом, он бы тоже сейчас тоскливо затявкал и даже начал подвывать, потому что ему ужасно не хотелось, чтобы Валентин уезжал! Но он не был псом, это первое, а во-вторых, стыдно распускать нюни перед этим человеком, который смотрел на него с надеждой, как на равного себе, как на тоже совсем взрослого.

— Ладно, — тихо сказал Серега. — Давайте поезжайте… Только возвращайтесь скорей, пожалуйста!