Пандора - Энн Райс

Я резко замолчала, потрясенная. Голова у меня шла кругом.Откуда такая уверенность? Почему я так небрежно произношу имя Амон-Ра, какбудто верю в него? Я едва знакома с этими баснями.

«То существо знает, когда мы его ждем, – сказали жрец ижрица. – Ему известно, когда приходит высокий друг, и он не появляется. Мыбдительны, терпеливы, мы думаем, что больше его не увидим, но он опятьприходит. А теперь еще вы со своими снами…»

Я погрузилась в яркое, ослепительное воспоминание из сна. Ябыла мужчиной. Я спорила и ругалась. Я отказывалась подчиняться приказу.Плакала женщина. Я дралась с теми, кто пытался меня остановить. Но я непредвидела, что, убегая, попаду в пустыню, где не смогу найти укрытие.

Если остальные и разговаривали, я этого не замечала. Яслышала, как плачет женщина во сне, царица в оковах, она тоже пьет кровь.

«Ты должен испить из источника», – сказал человек из сна.Но он – не человек. И я – не человек. Мы – боги. Мы – Те, Кто Пьет Кровь.Поэтому-то меня и уничтожило солнце. Силой более могущественного бога. Подотточенным фрагментом воспоминания лежало несколько слоев сна.

Я пришла в себя, точнее, осознала присутствие остальных,лишь когда кто-то вложил мне в руки чашу вина. Я отпила. Отличное вино, изИталии, оно меня освежило, но я моментально устала. Если выпить еще, я слишкомустану по дороге домой. Мне нужны силы.

«Уберите это, – попросила я. Я взглянула на жрицу. –Как я уже говорила, во сне я была одной из них. Они хотели, чтобы я испила отцарицы. Ее называли Источником! Они говорили, что она разучилась править. Всеэто я уже рассказывала».

Жрица разразилась слезами и отвернулась, опустив узкиеплечи.

«Я была из тех, кто пьет кровь, – сказала я, – яиспытывала жажду крови. Послушайте, я не любительница кровавыхжертвоприношений. Что вам известно? Царица Изида действительно находится где-тов этом храме, закованная в цепи?..»

«Нет!» – вскричал жрец.

Жрица повернулась ко мне, вторя его возмущеннымопровержениям.

«Ладно, но вы сказали, что давно известны легенды о том, чтоона существует в материальной форме. И как вы думаете, что происходит? Онавызвала меня, чтобы помочь тому обгорелому слабаку? Почему меня? Как я емупомогу? Я – смертная женщина. Воспоминания о сне про прошлую жизнь не наделяютменя новой силой. Слушайте! Я же сказала, ко мне безмолвно обращался женскийголос, еще и часа не прошло, там, на Форуме, и женщина говорила: „Это я тебявызвала“, – я сама слышала, и она клялась, что не потерпит, если меня унее похитят. Потом подходит смертный человек, представляющий для меня большуюопасность, чем любые мысленные беседы. Но голос меня о нем предупреждал! Мне ненужна ваша таинственная египетская религия. Я отказываюсь сходить с ума. Этовы, все вы и особенно талантливый телепат, должны найти ту тварь, пока она непринесла еще больше неприятностей. А сейчас позвольте мне уйти».

Я встала и направилась к выходу. У меня за спиной раздалсяласковый голос римлянина:

«Вы действительно пойдете ночью одна, прекрасно зная, чтовас ждет – что враг хочет убить вас, что вы почерпнули из снов знания,способные привлечь к вам того, кто пьет кровь?»

Манера речи высокого телепата изменилась до такой степени,что я едва не рассмеялась.

«Я иду домой!» – твердо заявила я.

Все на свой лад взмолились:

«Останьтесь в храме!»

«Ни за что, – ответила я. – Если сны вернутся, яих для вас запишу».

«Ну как можно так глупо себя вести?» – с вежливымнетерпением обратился ко мне римлянин. Такое впечатление, что это он – мойбрат!

«Это уже непростительная дерзость, – сказала я. –Разве правила вежливости не распространяются на магов и телепатов? – Япосмотрела на жреца и жрицу. – Кто же он все-таки такой?»

Я вышла, они последовали за мной. Я поспешила к двери.

При свете я смогла рассмотреть лицо жрицы.

«Мы знаем только, что он наш друг. Прошу вас, послушайтесьего совета. Храм видел от него только добро. Он приходит читать наши египетскиекниги. Он скупает их в лавках, едва они приходят по морю. Он мудр. Вы жевидите, он читает мысли».

«Вы обещали мне сопровождение охраны», – напомнила я.

«Я пойду с вами», – услышала я голос римлянина, но незнала, где он находится. В большом зале его не было.

«Приходите жить в храм Изиды, и вас никто не тронет», –сказал жрец.

«Я не вполне подхожу для жизни на территории храма, –ответила я как можно более смиренным и благодарным тоном. – Я вас сведу сума за неделю. Пожалуйста, откройте дверь».

Я выскользнула на улицу. Я чувствовала, что вернулась изтемного, заросшего паутиной коридора в римскую ночь, к римским колоннам иримским храмам.

Я обнаружила, что Флавий прижался к соседней колонне ипристально смотрит вниз. Четверо факельщиков столпились вокруг нас, оченьвстревоженные.

Рядом стояли и стражи храма, но они держались у дверей, какФлавий.

«Госпожа, вернитесь», – прошептал Флавий. У подножиялестницы стояла группа римских солдат в полном военном облачении, в шлемах, сотполированными выпуклыми нагрудниками, в коротких красных плащах и туниках.Смертоносные мечи были при них, словно они собрались на битву. В свете жаровенхрама поблескивали бронзовые шлемы.

Боевое облачение – в городе! Только щитов не хватает. И ктоими командует?

Рядом с командующим стоял мой брат Люций. Он оделся в боевуюкрасную тунику, но не взял ни нагрудника, ни меча. Свернутая тога переброшеначерез левую руку. Он вымылся, его волосы блестели, весь его видсвидетельствовал о богатстве. Один украшенный драгоценными камнями кинжал братносил возле локтя, другой – на поясе.

«Вот она! – воскликнул Люций, указывая на меня дрожащейрукой. – Из всей семьи она одна избежала приказа Сеяна. Она участвовала взаговоре против жизни Тиберия, но благодаря взяткам сумела сбежать из Рима!»

Я быстро оглядела солдат. Двое азиатов, но остальные –немолодые римляне, шесть человек. О боги, должно быть, они считают меняЦирцеей!

«Возвращайтесь, – сказал мой дорогой, верныйФлавий, – просите убежища».

«Спокойно, – сказала я. – Это сделать никогда непоздно».

Самое главное – это командующий, я увидела, что он старшеостальных, старше моего брата Антония, но моложе моего отца. Густые седыеброви, безупречно выбрит.