Натюрморт с воронами - Дуглас Престон

Людвиг кивнул.

— Но сейчас у нас возникла небольшая проблема, — продолжал Арт Риддер. — У нас появился какой-то мерзавец: он убил женщину и собаку, и теперь одному Богу известно, что он замышляет. Причём всё это случилось в то самое время, когда к нам приехал профессор, чтобы окончательно решить вопрос о месте проведения эксперимента и о финансировании проекта в соответствии с Программой агротехнических исследований Канзасского университета. Стало быть, мы должны приложить все усилия и показать ему наш город с лучшей стороны, убедить его в том, что это будет единственно правильный выбор. Нам следует доказать ему, что это тихий, спокойный и мирный городок, где нет наркоманов, пьяниц и даже радикалов, готовых организовать акции протеста. Конечно, он наверняка слышал о недавнем убийстве, но нам надо внушить ему, что это единичный случай, поэтому подобное не повторится. Насколько я знаю, сейчас эта проблема его совершенно не волнует; пусть так и будет. Для этого мне нужна твоя помощь. Окажи мне содействие в двух важных вещах. Во-первых, сделай небольшой перерыв и перестань писать об этих чёртовых убийствах. Что было, то было, а сейчас надо остановиться и передохнуть. И ни в коем случае не выпускай газету с материалом об этой проклятой собаке, чёрт бы её побрал.

Людвиг начал догадываться, к чему клонит Риддер.

Наступила тишина. Риддер смотрел на Людвига красными, обведёнными тёмными кругами глазами. Не вызывало сомнений, что он очень мечтает получить выгодный заказ.

— Эта статья, — пояснил Людвиг, — относится к категории новостных, а не аналитических.

Риддер улыбнулся и положил на плечо журналиста тяжёлую руку.

— Смитти, я прошу тебя об одолжении, не более того. Ты вполне можешь отложить выпуск этого номера на несколько дней, пока парень из Канзасского университета ещё здесь. Я же не говорю, чтобы ты прекратил публикации вообще. Нет, отложи на короткое время, вот и всё. — Арт Риддер сжал плечо Людвига. — Послушай, мы с тобой хорошо знаем, что наша фабрика «Гро-Бейн» дышит на ладан. Когда в девяносто шестом мы ликвидировали третью смену, более двадцати семей покинули наш город. У них была неплохая работа, Смитти, но им пришлось уехать, так как другой работы у нас просто-напросто нет. А ведь эти люди родились и выросли здесь, пустили корни, и всё равно покинули дома, построенные ещё их дедами. Смитти, я не хочу жить в умирающем городе, надеюсь, ты тоже. Ты понимаешь, что это дело может изменить наше будущее? Для начала это будет одно или два поля, а потом всё пойдёт как по маслу. Производство генетически модифицированных продуктов не прихоть и не каприз. Оно чрезвычайно важно и сулит прекрасные перспективы, с которыми связаны огромные инвестиции. Если Медсин-Крик получит большие деньги, он станет одним из центров развития новых технологий. Деньги польются сюда рекой. Смитти, всё, о чём я тебя прошу, это два-три дня отдыха. Профессор объявит о своём решении в следующий понедельник. Попридержи статьи до понедельника; опубликуешь их, когда он уедет. Например, во вторник. Улавливаешь мою мысль?

— Да, я всё понял.

— Смитти, я просто беспокоюсь о своём городе. Полагаю, и ты тоже. Я делаю всё не для себя, а для Медсин-Крика, и считаю это своим гражданским долгом.

Людвиг нервно сглотнул, глядя на тарелку с едой. Яичница уже давно остыла, а бекон затвердел и покрылся корочкой застывшего жира.

Неожиданно в разговор вмешался шериф Хейзен:

— Смитти, мы с тобой придерживаемся разных взглядов по этому вопросу, но сейчас не следует публиковать материал об убитой собаке. На то есть ещё одна причина. Специалисты по криминальной психологии из Доджа предполагают, что убийца может специально провоцировать нервозность и добиваться ажиотажа. Если это так, то его главная цель — запугать жителей, погрузить их в состояние мучительного ожидания ещё одного убийства и вывести из равновесия. Уже сейчас люди вспоминают давние слухи и легенды, повторяют сказки про массовую резню и проклятие «Сорока пяти». А эти чёртовы индейские стрелы лишь укрепляют в них уверенность в своей правоте. Похоже, убийца действительно эксплуатирует давние легенды насчёт проклятия, преследующего город. При этом газетные статьи возбуждают подозрения людей и вселяют в них страх перед будущим. Боле того, они воодушевляют убийцу на новые преступления. Этот парень не шутит, Смитти, он настроен весьма серьёзно.

Людвиг тяжело вздохнул и махнул рукой:

— Ладно, я отложу статью о собаке на пару дней.

Риддер широко улыбнулся.

— Вот и хорошо, Смитти, — обрадовался он и ещё раз сжал плечо журналиста. — Это просто великолепно!

— Арт, — спохватился Людвиг, — ты упомянул две вещи.

— Совершенно верно. Я тут подумал, Смитти, пойми меня правильно, это всего лишь моё предложение. Так вот, я подумал, что было бы неплохо, если бы вместо материала об убитой собаке в твоей газете появилась статья о профессоре из Канзаса. Знаешь, людям нравятся знаки внимания, и доктор Чонси не исключение. Конечно, сейчас преждевременно писать о самом проекте, а о профессоре Чонси в самый раз. Напиши о том, кто он такой, чем занимается, откуда приехал, о его учёных степенях и званиях, о послужном списке в Канзасском университете и прочем. Улавливаешь мою мысль, Смитти?

— Да, неплохая идея, — неуверенно пробормотал Людвиг и вдруг подумал, что это действительно хорошая мысль. Если показать, что профессор — интересная личность, читателям это понравится. Они любят читать об интересных людях, тем более что все крайне обеспокоены будущим Медсин-Крика.

— Отлично! — воскликнул Риддер. — Он будет здесь через пять минут. Я представлю тебя и оставлю вас наедине.

— Ладно, — согласился Людвиг.

Риддер наконец-то снял руку с плеча Людвига, и тот испытал облегчение.

— Ты хороший парень, Смитти.

— Да уж.

В этот момент затрещал радиопередатчик шерифа. Он снял его с ремня и нажал кнопку приёма. Людвиг услышал, как Тед Франклин докладывает шефу об утренних происшествиях.

— Какой-то шутник спустил колёса машины нашего футбольного тренера, — сообщил Тед.

— Дальше, — потребовал Хейзен.

— Обнаружена ещё одна мёртвая собака. На этот раз труп нашли на обочине дороги.

— Господи Иисусе! Дальше.

— Жена Уилли Стотта сообщила, что её муж не вернулся домой.

Шериф закатил глаза.

— Проверь в «Колесе фургона» и поговори со Свидом. Он, вероятно, спит в его каморке, как в прошлый раз.

— Да, сэр.

— А собакой я займусь сам.

— Её нашли на дороге в Дипер, примерно в двух с половиной милях от Медсин-Крика.

— Ладно, проверю. — Шериф выключил передатчик, повесил его на ремень, потушил сигарету, взял с соседнего стула шляпу и встал. — Ладно, мне пора. Увидимся, Арт. Спасибо, Смитти.

Как только шериф вышел из ресторана, на пороге появился доктор Стентон Чонси. Беспомощно оглядевшись, он заметил Риддера и Людвига и быстро направился к их столику. Риддер гостеприимно взмахнул рукой, приглашая его за стол. Он шёл тем же твёрдым размеренным шагом, на который Людвиг обратил внимание ещё на благотворительном вечере в церкви. При этом Чонси пристально разглядывал интерьер клуба, и Людвигу вдруг показалось, что в его глазах промелькнуло любопытство.