Большая книга ужасов. 64 - Сергей Охотников

В общем, ничего смертельного не происходило, и я позабыл о своем дурном предчувствии. После школы проехал две остановки до шахматного клуба и как раз успел на занятия. Сначала мы разбирали все варианты сицилианской защиты, а потом начали играть друг с другом. Я удобно устроился за своим столом, прислушался к тиканью шахматных часов. Убрал пару мелких соринок с лакированной доски. Матч предстоял не слишком серьезный – с Игорем из тридцать пятой школы. Обычно я делаю его, не доводя до эндшпиля[18], но в тот день случилось нечто ужасное. Всему виной была белая вражеская пешка. Я заметил на ее гладком шлеме подозрительный бугорок, присмотрелся и охнул. Из желтоватого пластика торчало острие иглы. Наверняка она была отравлена или заражена какой-нибудь смертельной болезнью!

«Ни за что не прикоснусь к ней», – решил я.

– Ха! – рассмеялся холодный неслышный голос. – Тогда ты проиграешь.

Пешка действительно была в очень выгодной позиции, просто невозможно было игнорировать ее без серьезных последствий. В результате наша партия стала по-настоящему странной. Белые фигуры быстро отправлялись на кладбище. Все, кроме той самой пешки. Игра затянулась. Ребята начали расходиться по домам, а я все думал над своими ходами. В конце концов проклятая отравленная пешка превратилась в ферзя. Это спасло партию – королеву я уже мог убить и убрать с поля.

– Сегодня я тебя почти сделал, – сказал мне Игорек. Он так ничего и не понял.

– Очень странная партия, – прокомментировал тренер, нахмурился и посмотрел на меня.

Я пожал плечами и взял свои вещи. Нужно было доесть все приготовленные бабулей бутерброды. Приносить их домой не разрешалось. Когда я вышел на улицу, начало темнеть. Чтобы добраться до автобусной остановки, нужно было пересечь небольшую площадь с неработающим фонтаном. Тени деревьев выползли из соседнего парка и протянули ко мне свои кривые руки. В них прятался ужас.

– Скоро я приду за тобой, – прошептал мрак.

Я направился по привычному маршруту и увидел, как быстро несутся машины по улице. Раньше они никогда не выскакивали из-за поворота с такой скоростью. Сейчас в сумерках каждый такой лихач представлял серьезную опасность. Мои колени начали дрожать и подгибаться. Я попытался подойти к остановке, но в голове постоянно вертелся образ бешеного автомобиля. Вот он выскакивает из-за поворота, пытается тормозить, вылетает на тротуар и на полной скорости разносит в дребезги остановку. Сколько таких случаев было! Наверняка я смогу пережить удар и погибну уже по пути в больницу. Меня похоронят осенью.

«В могиле полно воды», – скажет бабушка и расплачется.

На перекрестке появился автобус. Я бы успел в него сесть, если бы избавился от жутких фантазий и побежал. Мне удалось сделать несколько шагов, и тут меня остановил громкий рев двигателя – желтый спортивный автомобиль пронесся мимо. Автобус постоял на остановке, ненадолго открыл двери – и укатил прочь. Я остался возле фонтана. Может, пойти пешком? В теории идея была неплохой – до дому было всего четыре остановки. Я медленно двинулся через площадь, но тут же вспомнил про обезумевшие автомобили – по улице нельзя. Срезать через дворы? Темные подворотни не внушали никакого доверия. Там можно было заблудиться и встретить хулиганов. Или кого-то похуже. Воображение нарисовало соответствующую картину. Нет! Только не через дворы. Я вернулся к фонтану и снова посмотрел на остановку. Ее освещал теплый рыжий свет фонаря. Может, машины уже успокоились и начали ездить нормально? Я сделал шаг вперед и тут же замер – с грохотом пронесся мотоцикл. Нет. К остановке нельзя! Положение было безвыходным.

– Что с тобой, мальчик? – спросил кто-то у меня за спиной.

Я вздрогнул, резко обернулся и увидел человека в черном пальто и серой шляпе. Мужчина улыбнулся и шагнул ко мне. Ветер принес его запах – неприятный, сладковато-гнилостный. Лицо незнакомца казалось слишком бледным. Страх сковал мои ноги.

– Все хорошо, я не причиню тебе вреда, – сказал мужчина. – Ты чего-то боишься?

Глаза у незнакомца были добрыми, улыбающимися. Неприятный запах исчез. Я понял, что он не принадлежал незнакомцу – это был старый знакомый фантом-вонючка. Мое настроение переменилось. Человек в шляпе больше меня не пугал.

– Мне показалось, что сегодня водители не соблюдают скоростной режим, – осторожно ответил я. – Возле дороги может быть опасно.

– Пожалуй, ты прав, – сказал мужчина.

Он был первым, кто согласился с оправданностью моих страхов. Незнакомец определенно зарабатывал очки. Выдержав паузу, он продолжил:

– Если хочешь, подвезу тебя домой. Меня зовут доктор Степанов, Николай Федорович.

Я насторожился и отступил на шаг. Сами понимаете – ехать в машине незнакомца для меня не вариант. Степанов, кажется, все понял и уточнил:

– Поедем на автобусе.

– А если машина врежется в остановку?

– Ты встанешь чуть в стороне. Если что, я тебя оттолкну и ты не пострадаешь, но что-то подсказывает мне, что никто в нас врезаться не будет.

План был неплох. Правда, в случае аварии доктор сам бы оказался под колесами лихача, но я не стал упираться. Уверенность Николая Федоровича меня немного успокоила.

– Ну что, идем? – Доктор сделал два шага в сторону остановки.

– Можно попробовать. – Я двинулся за своим спасителем.

Он уверенно подошел к дороге. Я остался в пяти метрах от проезжей части.

– Ты был во Дворце пионеров? – спросил Николай Федорович.

– Где?

– Ах да! Все время забываю. Сейчас его называют Дворцом детского творчества.

– Я тут шахматами занимаюсь.

– Так ты юный гроссмейстер![19]

– Пока что второй разряд, зато взрослый.

За разговорами я отвлекся от дороги. Подъехал автобус. Даже странно, что ничего ужасного не случилось. Мы зашли через первую дверь. У меня был проездной, а доктору пришлось менять тысячу. Когда тяжелая машина тронулась, я понял, что мне не суждено погибнуть от лихача, таранящего остановки. Правда, были еще варианты, но меня они сейчас не пугали. Через десять минут я сказал:

– Моя остановка. До свидания, Николай Федорович.

– Подожди. Я хочу зайти к тебе в гости и переговорить с твоими родителями.

– У меня дома только бабушка. Мама работает допоздна.

– Значит, поговорю с бабушкой. Уверен, она у тебя очень милая.

Мне бы стоило насторожиться, но я был ужасно рад, что добрался до своей улицы целым и невредимым. Наш дом стоит вплотную к дороге, только вход со двора. Идти от остановки всего пару минут. Я опомнился, только когда мы вошли в подъезд: