Химическая свадьба - Гордон Далквист

Он взял в рот сигарету. Дама открыла драгоценную сумочку и достала черный лакированный мундштук. Он протянул ей серебряный портсигар, она выбрала сигарету и вставила в мундштук.

– Вы пополнили запасы русских сигарет.

– А у вас новое платье.

– У меня их много. Только побирушки надевают изысканные платья по два раза. – Она зажгла сигарету и выдохнула дым. – Какие крепкие.

– Почему принцесса Стракенцская? У нее нет никакого влияния при дворе. – Свенсон раскурил сигарету и сам ответил на свой вопрос: – В этом-то и состояла идея. Протекция опальной Софии предоставляет убежище без риска быть обнаруженной. – Он оглядел скудно обставленную комнату. – И где же множество платьев? Этим объяснялось ваше присутствие в мансарде Сталмер-хауса – там гардеробная?

Она усмехнулась, выпустив облако дыма.

– А что объясняет ваше присутствие там? Прибытие Оскара во дворец для спасения нации? Вы что, надеялись застрелить его?

– Казалось, стоило попытаться.

– Ну-ну.

– Это совпадение, что вы оказались здесь именно тогда, когда прибыл лорд Вандаарифф?

Свенсон, пока говорил, сделал несколько шагов и понял, что она внимательно за ним наблюдает, как будто он мог обнаружить что-то важное. Он решительно направился к высокой кровати под пологом.

– Доктор Свенсон.

Он дулом пистолета осторожно перевернул подушку. Под ней, притаившись, будто кобра на дне корзины, скрывалась книга из синего стекла,

– Бедная София, – сказал он. – Она каждую ночь погружалась в эту книгу, переживая эмоции и приключения, которых никогда не знала в реальности? Она хотя бы иногда мылась и что-то ела?

Графиня засмеялась.

– Начнем с того, что она была толстухой, а мыться не любила никогда.

– София умрет.

– Нет, пока она мне нужна.

Доктор Свенсон ударил ручкой пистолета по книге, с треском пробив массивную обложку и проделав солидную дыру в центре книги.

– Проклятье! – взвизгнула графиня.

Свенсон ударил еще раз, вдребезги разбив обложку и страницы. Графиня с яростью плюнула.

– Доктор! Принцесса – пустоголовая, жадная, все ее презирают! Какой бессмысленный поступок!

Последний удар разбил то, что осталось от книги, на мелкие кусочки, так что она стала похожа на раздавленный панцирь мечехвоста. Свенсон вытер пистолет о простыню.

– Вы не имеете представления…

– Вы ошибаетесь, кроме того, у вас есть другая книга.

– У меня ничего больше нет!

– У вас есть том, где сохранены воспоминания самого графа. Это был не он, иначе принцесса сошла бы с ума. Это книга соблазнов, медовая ловушка, полная удовольствий. Хочется надеяться, что последняя. А теперь мы подходим к главной теме: вы не выглядите больной, значит, нашли способ изучать испорченную книгу графа без ущерба для себя. Где она?

– Спрятана в надежном месте.

– Где Франческа Траппинг? – потребовал ответа доктор. – В мансарде, где развешан ваш гардероб? – Он показал на разбитую книгу. – Она тоже сделалась рабом книги? Вы и ее разум развратили?

– И ее. – Графиня рассмеялась. – Так же, как Селесту Темпл? Скажите мне, она трепещет? Пускает слюни? Вы можете учуять ее по запаху, как кобылу во время гона?

Свенсон поднял пистолет.

– Доктор, если вы сваляете дурака, нас схватят. Солдаты обыскивают комнату за комнатой – они отнюдь не идиоты, и мы здесь будем в безопасности еще всего несколько минут. – Дама повернулась к стене, где была вторая замаскированная обоями дверь. – Если бы я хотела вас предать, доктор, то не привела бы сюда. – Она приложила ухо к дверной панели, прислушиваясь. – Пока вы пытались отнять у меня жизнь, я поняла, что наша встреча может оказаться обоюдно полезной.

– Как?

– Что, как вы думаете, Оскар потребует за свои деньги и пушки?

– Да что угодно, – сказал Свенсон, – Аксвит все равно даст ему это.

– Того, что хочет Оскар, у лорда Аксвита нет.

Она улыбнулась, позволяя Свенсону самому догадаться, какие вещи – или каких людей – она имела в виду. Из-за стены послышался звон серебряного колокольчика.

– Как раз вовремя. – Графиня погасила сигарету о столешницу. – Спрячьте, пожалуйста, пистолет за спину.

Она открыла дверь и вплыла в роскошный и ярко освещенный коридор. Метрах в десяти от них стояли трое мужчин в строгих черных сюртуках – пара чиновников министерства и седобородый человек с синей орденской лентой.

– Мой дорогой лорд Понт-Жюль, какая радость видеть вас в добром здравии! – вскричала графиня. – До меня дошли ужасные слухи! Ее величество в безопасности? Действительно пришлось применить силу?

Лорд с голубой лентой благосклонно поклонился, но в его грудном голосе послышалось неодобрение.

– Что за мужчина стоит за вами, мадам? Сэр, что это за униформа? Кому вы служите? Как вы сюда попали? У вас на лице кровь?

– Это Абеляр Свенсон! – сказала графиня шепотом. – Капитан-хирург Макленбургского военно-морского флота. Конечно, вы знаете его – он беглец!

Свенсон выхватил из-за спины пистолет. Графиня взвизгнула и прыжком подлетела к Понт-Жюлю, который от гнева потерял дар речи, в то время как чиновники министерства, очевидно, невооруженные, надвигались на доктора, старательно, но неуклюже копируя движения боксеров.

– Послушайте, сэр! – выкрикнул Понт-Жюль. – У вас нет выбора: вы должны сдаться! Вам не убежать! Вы не нанесете вреда леди…

Его следующие слова утонули в булькающих звуках, а накрахмаленная манишка окрасилась кровью. Помощники Понт-Жюля обернулись, и один из них также получил удар шипом графини в горло. Второй остолбенел в шоке, прикрыв рот рукой. Дама направилась к нему, но ее опередил доктор, ударивший чиновника ручкой пистолета за ухом. Тот согнулся и упал. Над ним тут же склонилась графиня, подобравшая подол платья, и распорола его горло своим шипом.

– Вы что, дикарка? – выкрикнул Свенсон. – Боже мой…

– Он видел нас, – равнодушно ответила она. На ее щеку попала красная капля. С раздраженной гримасой графиня стерла ее пальцем, а затем облизала его. Дама осторожно перешагнула растекшуюся лужу крови и обратилась к Свенсону – он, бледный, застыл на месте: – Понт-Жюль – это магистр Компортмента королевы.

– Компортмента?

– Этикета и безопасности – если мы прошли его, мы прошли через все кордоны, которые сейчас охраняют каждый выход. Но наш путь будет свободен, идемте.

– Значит, мы не можем бежать?

– О, доктор, какой стыд! Сейчас, когда цель так близка?

Свенсон поспешил вслед за ней туда, где могла располагаться только Мраморная галерея – вычурный и элегантный зал, украшенный хрусталем. Шаги по шахматному паркетному полу отдавались эхом. Они были одни.