Орудия тьмы. Железный шип - Кэтлин Киттредж

— Ни в коем случае, — чопорно поджала губы Бетина, со стуком ставя кружку на стол, будто одно только предложение спиртного было оскорбительным.

— Кто-то смотрел за тобой из сада, — напомнила я, ожидая продолжения и в нетерпении притопывая необутой ногой по плитам пола. — Так кто это был?

— Я когда вылезла из кровати проверить, закрыта ли задвижка… вот тут-то я их и увидела, там, снаружи, в лунном свете.

— Опять таинственные «они». Прямо мурашки по коже. — Дин уже покончил со своей сигаретой и рылся в тумбочках. Раскопать ему удалось только пакет древних коржиков с патокой, от времени совершенно окаменевших.

— Я называю их «высокие люди», — проговорила Бетина тонким голоском, точно та самая девочка, что просыпалась от кошмаров. — Еще у них бледная кожа. Холодные глаза. Они выходили из леса гуськом, друг за другом. Каждое полнолуние. Я слышала, как мистер Грейсон шагал у себя в библиотеке в те ночи — взад-вперед, взад-вперед.

Протянув руку, она накрыла ей мою. От неожиданности я вздрогнула. Ладонь Бетины нагрелась от кружки, но у меня все внутри похолодело.

— Я не хотела шпионить, правда, — прошептала она. — Я бы ни за что не стала влезать в чужие дела.

Я высвободила руку из-под ее потной ладошки.

— Бетина, но что этим «высоким людям» было нужно от моего отца?

— Мне и думать про то не хотелось, мисс, — чуть слышно пролепетала она. — Такие они жуткие были, со своими бледными лицами, и бледными пальцами, и прозрачными глазами… один как глянул на меня в окно, и у меня словно ни одной мысли в голове не осталось, клянусь вам. Кожа у него так и сияла в лунном свете, глаз не оторвать, до чего красиво… — Слеза скатилась по ее снежно-белой щеке и повисла капелькой, но Бетина даже не заметила. — Смотрела бы и смотрела, хоть в груди у меня все ужас как затрепыхалось, когда он на меня эдак вот уставился. Я и хочу спрятаться, да не могу… — Оборвав себя на полуслове, она судорожно сплела пальцы. — Наверное, я глупости какие-то говорю, мисс.

— Поверь мне, Бетина, ты говоришь разумнее, чем многие мои знакомые, — ответила я. Хоть она и выглядела явной трусихой, да и не особо смышленой к тому же, мне ее стало жалко. Все-таки она провела столько времени одна, запертая в пустом доме, да и «гости» отца, кто бы они ни были, явно до смерти ее напугали. Я махнула Кэлу, чтобы он освободил кресло. — Давай ты устроишься поудобнее и расскажешь мне, что случилось потом, — предложила я, стараясь говорить с интонациями нянечек из приюта Нериссы, бесконечно добрых, терпеливых и сверх всякой меры заботливых.

Как и пациенты приюта с их затуманенным лекарствами сознанием, Бетина, казалось, даже не заметила, что я пытаюсь ее умаслить.

— Благодарю, мисс. Вы не такая уж хулиганка, как я поначалу думала, — сказала она, промакивая щеки кончиками кружевных манжет и садясь. — Говорить о «высоких людях»… это немного выбивает меня из колеи. Я чувствую себя настоящей дурочкой.

— Извини, Бетина, — вмешался Кэл, — а может, ты видела обычного человека, из плоти и крови, только в призрачном плаще, как в комиксе «Фантазм»?

— Конечно, нет, — презрительно фыркнула девушка. — В этих самых комиксах все не по-настоящему вообще-то.

Кэл сделался пунцовым. Дин поскорее сунул горсть черствых коржиков в рот, только чтобы не расхохотаться.

— Так Конрад повстречался с этими «высокими людьми»? — спросила я. — Что они с ним сделали?

В отличие от меня Конрад ничего не боялся. Он бросился бы навстречу чему-то таинственному, даже не раздумывая. Это я обо всем беспокоилась, прикидывала и так и сяк, призывая на помощь логику, прежде чем предпринять что-либо серьезнее выбора нового карандаша из коробки.

Бетина наклонила голову, то ли в знак согласия, то ли просто скрывая свое замешательство.

— Потом мистер Грейсон исчез. Оставил записку в кабинете, что распускает всех слуг. Одежда, несколько его любимых книг, пара крепких ботинок, бритвенный набор… ничего этого на месте не было, зато в спальне и гардеробной такой кавардак остался, что мне одной целый день прибирать пришлось. Дневник хозяина — и тот на полу валялся, будто мусор, — добавила она, накручивая кудряшки на палец.

— И? — подтолкнула я. — Что Конрад?

— Мистер Конрад появился через несколько недель после того, как ваш отец пропал, — глаза дикие, смотреть страшно. Мистер Грейсон бы ему не особенно обрадовался, с такими-то манерами. Выспрашивал у меня про всякое, все толковал про какой-то день рождения да как он хотел разузнать у мистера Грейсона про свою мать. Уж это мне было вовсе непонятно — ведь хозяин ее, почитай, пятнадцать лет не видел. Но я все ж таки и постель вашему брату приготовила, и ужин какой-никакой собрала. Вообще человек он приличный, если на манеры не смотреть. — Бетина понизила голос до шепота, едва слышного за треском огня. — В ту самую ночь они и пришли.

— Бледные люди? — Во рту у меня было такое ощущение, словно я разжевала мел.

— Нет, мисс. Не бледные люди, какие-то совсем другие. Похожие на тени. Ничего подобного я за все шестнадцать лет, что живу на свете, не видела. — Она боязливо потерла руки, выглядывая в царившую за окном темень. — Они не шептали и не смеялись, как те, бледные. Они хлынули в дом, мисс, целым скопом и все здесь заполонили, до последнего дюйма. Я зажмурилась крепко-крепко, чтобы они меня не увидели, а вашего брата они утащили куда-то в сторону яблоневого сада. Бедный мистер Конрад и вскрикнуть не успел. Все его тут осталось, даже письма. Они без марок были, так я наклеила и в почтовый ящик кинула. Уж хоть что-то для него да сделаю, так я подумала. Потом поскорее забралась сюда, пока не стемнело, — вдруг эти опять заявятся — и с тех пор не выходила. Уже неделя прошла.

Значит, письмо Конрада нашло меня стараниями Бетины. Сам же он снова пропал. Сколько уже месяцев нас связывали только эти строчки, только запах чернил и дыма? Я так отчаянно хотела увидеть его, обнять, услышать мягкий рокочущий голос, которым он обычно отпускал незлобивые шуточки на мой счет. Мой всезнающий брат, который без труда разберется, что здесь к чему в этом доме.

Но Конрада не было рядом, приходилось полагаться лишь на собственное разумение и практичность. Сейчас бы впору всплакнуть, но нет, только не перед Дином — этого я себе никогда не прощу.

— Но почему ты не сообщила прокторам? — спросил Кэл. — Похищен человек, да и вирусотвари замешаны.

Бетина визгливо рассмеялась:

— Да, чтобы те же прокторы решили, что мне самой место в дурдоме? «Живые тени похитили юношу-еретика прямо у меня из-под носа!» Нет уж, спасибо. Не знаю, как другим, а мне больше по сердцу на свободе.

Я поднялась и поставила кружку в раковину, к какао я так и не притронулась.

— И это все? Больше ты ничего не знаешь?

Бетина покрылась румянцем:

— Простите, мисс, боюсь, что так. Тени увели вашего брата, и на этом все. Я осталась здесь одна с мышами.