Мумия, или Рамзес Проклятый - Энн Райс

Он с удовольствием осмотрел скрипки ивиолончель, потом перевел взгляд на огромную золоченую арфу. На его губахзаиграла такая счастливая улыбка, что скрипачка тоже заулыбалась в ответ, аседовласый виолончелист в изумлении открыл рот.

Наверное, они приняли его за глухонемого. Онсделал шаг вперед, дотронулся до корпуса виолончели и отшатнулся, поразившисьсиле вибрации. Потом его рука снова потянулась к инструменту.

– О-о-о, Джулия! – произнес онгромким шепотом. На них оглядывались. Официанты посматривали в их сторону стревогой. Но никто не осмеливался задавать вопросы красивому джентльмену,одетому в прекрасный костюм и шелковый жилет, – несмотря на то что он всевремя недоуменно пожимал плечами и хватался за голову. Джулия потянула егопрочь, но царь не двинулся с места.

– Какие божественные звуки! –прошептал он.

– Тогда давай потанцуем, –предложила Джулия.

Никто не танцевал – но какая разница? Здесьбыла танцплощадка, и Джулии хотелось танцевать. Больше всего в жизни ейхотелось танцевать.

Рамзес растерянно смотрел на нее, затемпослушно одной рукой обнял за талию, вытянув другую руку вперед – так, какДжулия показала.

– Да, именно так мужчина ведет в танцесвою даму, – сказала она, начиная вальсировать и с легкостью подстраиваясьпод него. – Моя рука лежит у тебя на плече. Я двигаюсь… и ты… вот и все.Позволь, вести буду я.

Они кружились все быстрей и быстрей, Рамзесоказался примерным учеником. Правда, он то и дело поглядывал на ноги.

К ним присоединилась другая пара, потом ещеодна. Но Джулия их не замечала; она видела только раскрасневшееся лицо Рамзесаи то, какими восхищенными глазами он смотрит на убранство зала: люстры спозолоченными лопастями вентиляторов, букеты цветов на столиках, серебряныеприборы. Ему явно очень нравился окружающий блеск.

Неожиданно царь громко расхохотался.

– Джулия, музыка словно из кубка льется!Музыка стала вином!

Джулия быстро вела его по кругу.

– Техническая революция! –воскликнул Рамзес. Она откинула голову и рассмеялась.

Все закончилось тоже внезапно. Всему приходитконец. Джулия поняла, что танец завершен, что царь снова собирается поцеловатьее, и ей не хотелось его останавливать. Но Рамзес колебался. Он заметил, чтодругие пары уходят, и взял Джулию за руку.

– Да, пора уходить, – сказала она.

На улице была холодная сырая ночь. Джулия далашвейцару несколько монет. Ей хотелось поскорее поймать экипаж.

Рамзес ходил взад-вперед, поглядывая нанарядных людей, забирающихся в автомобили и в кебы, на разносчика газет,который пытался всучить ему свежий выпуск.

– Мумия разгуливает по Мэйфейру! –пронзительно выкрикивал мальчишка– Мумия поднимается из могилы!

Джулия не успела вмешаться – Рамзес ужевыхватил газету из рук разносчика, и девушке ничего не оставалось, как сунутьмальчишке монету.

Ничего страшного, обычные глупые сплетни.Чернильный набросок – Генри, в панике сбегающий со ступеней ее дома.

– Твой брат, – мрачно сказалРамзес. – «Сбывается проклятие мумии…» – медленно прочитал он.

– Никто этому не поверит! Это шутка! Царьпродолжал читать:

– «Сотрудник Британского музея заявил,что коллекция Рамзеса в полной безопасности и скоро будет перевезена вмузей». – Он сделал паузу. – Объясни мне слово «музей». Что такоемузей? Это гробница?

Бедная девушка очень страдала, Самир этозаметил. Ему следовало уйти. Но ведь он пришел, чтобы повидать Джулию. Поэтомуон ждал в гостиной, примостившись на краешке дивана, в третий раз отказываясьот предложения Риты выпить кофе, чаю или вина.

Он то и дело поглядывал в сторону сверкающегозолотом саркофага. Если бы Рита не торчала здесь! Но она явно не собираласьоставлять его одного.

Музей был давно закрыт. Но Джулии оченьхотелось показать его Рамзесу. Она отпустила кеб и подвела фараона к железнойограде. Ухватившись за прутья ограды, он смотрел на запертую дверь и высокиеокна. На улице было темно и безлюдно. Начал моросить дождик.

– Там, внутри, множество мумий, –пояснила Джулия. – Твоя мумия тоже должна находиться там. Отец работал дляБританского музея, хотя сам оплачивал все расходы.

– Мумии царей и цариц Египта?

– Большинство из Египта, разумеется.Долгие годы здесь лежала в стеклянном ящике мумия Рамзеса Второго.

Царь горько рассмеялся и взглянул на нее.

– Ты ее видела? – Он посмотрел всторону музея. – Несчастный дурачок. Он и не знал, что его похоронили вгробнице Рамзеса.

– Но кто это был? – Сердце Джулииучащенно забилось. Слишком много вопросов вертелось у нее на языке.

– Не знаю, – тихо ответил Рамзес,внимательно оглядывая здание, словно желая запомнить его. – Я послал своихсолдат на поиски какого-нибудь умирающего человека, которого никто не любит и окотором некому позаботиться. Ночью они принесли его во дворец. И тогда я… какбы это сказать? Разыграл собственную смерть. И мой сын, Мернептах, получил то,чего хотел, – стал царем. – Рамзес на мгновение задумался, потомголос его слегка изменился, стал глубже. – А теперь, ты говоришь, его телопокоится здесь, рядом с телами царей и цариц?

– В Египетском музее в Каире, –мягко поправила его Джулия. – Рядом с Сахарой и пирамидами. Там сейчасогромный город. – Она увидела, что ее слова произвели на Рамзесавпечатление. И хотя можно было больше ничего не говорить, продолжила – Вдревние времена Долина царей была разграблена. Осквернители могил разворошилипочти все гробницы. Тело Рамзеса Второго было найдено рядом с десятками другихв общей могиле, сооруженной священнослужителями.

Рамзес повернулся и задумчиво посмотрел наДжулию. Несмотря на видимое огорчение, его лицо сохраняло дружелюбноевыражение, а в глазах светился интерес.

– Скажи мне, Джулия… Царица Клеопатра,Клеопатра Шестая, которая правила во времена Юлия Цезаря… Ее тело тоженаходится в Каирском музее? Или здесь? – Он снова посмотрел на темноездание, и лицо его опять изменилось, загоревшись румянцем.

– Нет, Рамзес. Никто не знает, что сталос останками Клеопатры.

– Но ведь ты знаешь эту царицу? В моейусыпальнице был ее мраморный бюст.

– Да, Рамзес, даже школьники знаютКлеопатру. Весь мир ее знает. Но ее могила была разрушена в древние времена. Вте самые времена, Рамзес.