Большая книга ужасов. 51 - Елена Артамонова

Хранительница рощи расстелила на земле старый плед, накинула на плечи Виолетты теплую куртку, разложила вкусную домашнюю еду, но костер разжечь так и не позволила, сказав, что эту ночь они проведут в темноте и разговорах. Обалденно вкусные пирожки с толченой картошкой вернули девушке силы и хорошее настроение, и теперь она смотрела на мир не столь пессимистически и обреченно.

– Здесь спокойно и хорошо, душа отдыхает. А каким это место было тысячу лет назад?

– Не помню. Порой мне кажется, что дубы росли здесь всегда, с самого сотворения мира. Но, с другой стороны, я прекрасно знаю, что сама посадила желуди в эту землю, оберегала и растила каждый саженец, как своего ребенка. Знания остались, а образы прошлого стерло из памяти время. Главное в другом: пока живы священные дубы – жива я, пока жива я – живы они.

Разговор тек спокойно и неспешно. То и дело его прерывали долгие паузы, во время которых каждая из собеседниц раздумывала о своем. Виолетту вновь потянуло в сон, но тут ее ухо уловило едва различимый скрежет металла…

– Цеплялки!

– Что? – переспросила Лара, занятая созерцанием вековых дубов.

– Цеплялки. На самом деле я сама толком не знаю, что это такое, – они появляются прямо из пустоты, стремительно, внезапно. Кажется, это что-то вроде крючьев или сильно изогнутых кинжалов, которыми можно и резать, и рвать на части. В общем – цеплялки. Они находят меня везде, царапают все сильнее и сильнее, а потом и вовсе разорвут на части. Вот, видите… – Виолетта закатала рукав, демонстрируя свежие шрамы. – В тот раз я едва отделалась от цеплялок и поняла, что должна бежать…

Лара прижала палец к губам, прислушалась. Она не различала тот зловещий скрежет, что так пугал девушку, но тоже испытывала тревогу, которая обычно возникала, когда речь шла о вмешательстве потусторонних сил.

– Кажется, мы не одни.

Хранительница священных дубов поднялась с земли, медленно двинулась к опушке рощи. В этот момент Лара сбросила маску простой деревенской кумушки, большую часть своей жизни проведшей на огороде, – ее осанка стала гордой, лицо изменилось, приобретя жесткое, суровое выражение. Теперь под сенью тысячелетних дубов стояла женщина-друид, женщина-воин, готовая вступить в бой с каждым, кто осмелился бы посягнуть на покой святого места. В руках Лары не было оружия, но кончики ее тонких пальцев начали светиться слабым зеленоватым светом, выдавая пульсировавшую в жилах колдовскую энергию.

Роща друидов была окружена очень сильной магической защитой, неощутимой для непосвященных, но почти непреодолимой для тех, кто пожелал бы нанести дубам какой-либо урон. И все же сейчас под сенью древних дубов творилось что-то неладное – умолкли птичьи голоса, деревья стояли не шелохнувшись, тоскливое предчувствие скорой беды все сильнее овладевало душами.

Прижавшись спиной к бугристой коре дуба, Виолетта с ужасом смотрела в пустоту. Она не знала, с какой стороны придет опасность, цеплялки могли атаковать откуда угодно, неся боль и смерть. Юная колдунья понимала, что страх и растерянность делают ее уязвимой, но все же никак не могла справиться со своими эмоциями, чувствуя, как паника постепенно овладевает ее сознанием.

Шагнув вперед, Лара подняла руки, произнося заклинание на древнем языке кельтов. За долгие годы эти слова обрели огромную силу: одной магической фразы было достаточно, чтобы превратить в песок каменную глыбу или устроить маленький шторм, – но, похоже, сейчас заклинания не подействовали – ощущение тревоги становилось все сильнее, а зловещая тишина начала пугать даже саму жрицу-друида:

– Виолетта, помоги мне! Стань рядом, сосредоточься! Мне нужна твоя помощь!

Девушка знала, что должна встать рядом с хранительницей рощи, очистить свою душу от суетных тревог и воззвать к тем могучим силам, что повелевали миром и могли прийти на помощь в трудную минуту, знала, но не могла… Страх превратил Виолетту в беспомощную жертву, даже не пытавшуюся защитить себя, она ждала расправы, мысленно прощаясь с жизнью. А потом девушка увидела свою смерть…

Похожий на крупный апельсин светящийся шар плыл примерно в полуметре от земли, бережно огибая встречавшиеся на его пути веточки и травинки. Он двигался абсолютно беззвучно, и это придавало еще больше жути происходящему. Лара медленно опустила руки, напряженно следя за полетом шаровой молнии. Ведьма еще не знала, имеет ли она дело с колдовством или с природным явлением. Впрочем, в любом случае она была бессильна: никакие заклинания не могли остановить стихию, а если молнией управляла злая воля, то могущество неизвестного колдуна, разорвавшего защитные заклинания, хранившие рощу, во много раз превосходило силы Лары.

Покрытый тонкой светящейся оболочкой сгусток огня медленно плыл между деревьев, выбирая свою жертву. Жалобно звякнул один из серебряных браслетов Виолетты… Шаровая молния на секунду застыла на одном месте, продолжая плавно вращаться вокруг своей оси, а потом, найдя подходящую цель, неспешно поплыла в сторону оцепеневшей девушки.

– Отойди от дерева! – едва слышно, но очень твердо произнесла Лара.

Цель жизни кельтской жрицы состояла в защите священных деревьев, ради которых она убивала и сама готова была пойти на смерть, и теперь настал момент, когда Лара должна была продемонстрировать свою верность однажды данной клятве. Шаровая молния медленно приближалась к самому старому дубу, возле которого стояла бледная, как луна в морозную ночь, увешанная металлическими побрякушками девчонка.

Решение пришло внезапно – женщина бесшумно и ловко, словно тень, метнулась наперерез шаровой молнии, грудью заслонив могучий дуб. Смертоносный шар на миг остановился, словно удивленный ее действиями, но Лара бросилась прямо на молнию, пытаясь остановить огненную смерть…

– Нет!!! – отчаянно взвизгнула вышедшая из оцепенения Виолетта, и ее голос слился с предсмертным стоном пораженной молнией женщины. – Тетя Лара…

Роща погрузилась в темноту. Растерянная и потрясенная девушка не знала, что делать. Она подбежала к лежавшей у подножия дуба женщине, но могла рассмотреть только черный силуэт, едва различимый в ночном сумраке. В памяти промелькнула случайная встреча с Жаном, написанный им на спичечном коробке номер телефона… Достав трясущимися, непослушными руками спички, Виолетта не без труда зажгла одну из них:

– Тетя Лара!

Хранительница священной дубовой рощи лежала на спине, широко раскинув руки, в ее груди зияла огромная дыра, а неподвижные глаза смотрели на раскинувшиеся в вышине ветви древнего исполина.

– Тетя Лара, – всхлипнула Виолетта, – тетя Лара…

– Не смей зажигать огонь… – едва слышно прошептала раненая, которую на миг вернул к жизни запретный огонек, вспыхнувший в ее роще. – Дуб… он не пострадал?

– Нет. С ним все в порядке. А вы… Я потеряла телефон, придется сбегать в деревню, вызвать «Скорую»…

– Не суетись. Я не умру – я бессмертна. А ты – уходи.

– Но почему, куда? – беспомощно развела руками девушка. – Надо вас перевязать, помочь.