Штамм. Книга 3. Вечная ночь - Чак Хоган

— И какого?

— Близнецы, — сказал Гус. — Это знак огня.

— Близнецы — это знак воздуха, — заметил Фет.

— Ну и что? Да мне насрать. — После долгой паузы Гус добавил: — Будь старик все еще с нами, мы бы уже победили.

— В это я верю, — согласился Фет.

Гус остановился в темном туннеле и принялся отпирать замок.

— Да, а как насчет Норы, — спросил он вдруг. — Ты с ней?..

— Нет-нет, — зарделся Фет. — Я… нет.

— Она что, даже не знает? — улыбнулся в темноте Гус.

— Знает, — отозвался крысолов. — По крайней мере, я думаю, что знает. Но мы в этом направлении почти и не продвинулись.

— Еще продвинетесь, старина, — пообещал Гус, открывая впускной клапан — вход в его арсенал. — Bienvenido a Casa Elizalde![18]

Гус раскинул руки, обводя широким жестом автоматическое оружие, мечи и боеприпасы разного калибра.

Фет, кивая, похлопал его по спине, потом увидел ящик с ручными гранатами.

— Ни хрена себе. Где ты все это взял?

— Мальчик не может без игрушек, старина. И чем больше игрушки, тем лучше.

— У тебя были конкретные планы? — спросил Фет.

— Много планов. Я их берегу для чего-нибудь особенного. А у тебя есть предложение?

— А как насчет взрывателя для атомной бомбы?

Гус издал резкий смешок:

— Вот это уже похоже на настоящее дело!

— Рад, что ты так думаешь. Потому что я вернулся из Исландии не с пустыми руками.

Фет рассказал Гусу про русскую атомную бомбу, которую обменял на серебро.

— No mames?[19]— воскликнул Гус. — У тебя есть атомная бомба?

— Но без детонатора. Я надеялся, ты мне с этим поможешь.

— Серьезно? — не унимался Гус, не в силах поверить в слова Фета. — Ядерная бомба?

Крысолов скромно кивнул.

— Респект и уважуха, Фет, — сказал Гус. — Большой респект. Давай взорвем к чертям Манхэттен. Вот прям сейчас!

— Что бы мы с этой бомбой ни сделали, она у нас одна. Нужно действовать наверняка.

— Я знаю, кто может достать детонатор, братишка. Единственный засранец на всем Восточном побережье, который все еще может достать что-нибудь нелегальное. Альфонсо Крим.

— И как ты с ним свяжешься? Перебраться в Нью-Джерси — все равно что попасть в Восточную Германию.

— Есть у меня свои методы, — сказал Гус. — Предоставь это мне. Как, думаешь, я достал эти долбаные гранаты?

Фет помолчал, задумавшись, потом снова посмотрел на Гуса:

— Скажи-ка, ты бы доверил книгу Квинлану?

— Ты это о книге старика? Что-то там «Серебряное»?

— Ты бы дал ему на время эту книгу? — кивнул Фет.

— Не знаю, братишка, — дернул плечами Гус. — Я что хочу сказать: ведь это всего лишь книга.

— Владыке эта книга нужна не просто так. Сетракян ради нее пожертвовал жизнью. То, что в ней написано, — правда. Твой приятель Квинлан тоже так думает…

— А что думаешь ты?

— Я? — переспросил Фет. — Книга у меня, но для меня это китайская грамота. Ты ведь знаешь выражение: «Он такой тупой, что и молитву в Библии не найдет»? Так вот, я ничего не могу найти. Может, в тексте какая-то хитрость. Может, мы близки к разгадке.

— Видел я его, этого Квинлана. Черт, я снял, как этот деятель в одну минуту расхреначил вампирское гнездо в Нью-Йорке. Два-три десятка кровососов.

Гангстер улыбнулся воспоминаниям. Улыбающийся Гус нравился Фету еще больше.

— В тюрьме узнаешь, что в этом мире есть два типа людей (и мне плевать, кто они — люди или кровососы): те, кто берет, и те, кто дает. И вот этот парень, братишка, он раздает, что имеет, как конфетки… Ему нужна эта охота. Ох как нужна. И он, может быть, еще один сирота, который ненавидит Владыку не меньше, чем мы.

Фет кивнул. Глубоко в сердце он уже решил эту дилемму.

Квинлан получит книгу. А Фет получит кое-какие ответы.