Ассоциация - Бентли Литтл

Вскоре гости засобирались уезжать, вежливо поблагодарив и слегка натянуто попрощавшись. Барри решил остаться дома и позволить себе отдохнуть остаток дня. Все равно уже ничего не напишется.

Он устроился на террасе с романом Ричарда Лаймона. Грозы сегодня как будто не предвидится, на небе ни облачка, только бескрайняя синь, воздух сухой и жаркий. Замечательно, только этого не хватало! Если в Корбане продлят ограничение расхода воды, его окончательно возненавидят.

Барри листал страницы, мельком проглядывая текст. Хотя гости ушли, он продолжал пить. Возле кресла копились пустые жестянки.

Час. Два. Три. Четыре. Когда в половине пятого к дому подъехал пикап Фрэнка, у Барри уже хорошо шумело в голове. По лестнице он спускался очень осторожно, придерживаясь за перила.

– Привет, Фрэнк! – Барри открыл дверь раньше, чем тот успел постучать.

– Ого! Да ты телепат!

Барри улыбнулся.

– Я увидел тебя с террасы.

– А, загадка разрешилась.

– Зайдешь?

– Нет-нет, я на секундочку. – Фрэнк вдруг смутился.

– Что такое?

– Я тут работал и случайно встретил кое-кого из правления…

Фрэнк опустил глаза и неловко переступил с ноги на ногу.

– Они просили тебе передать, что в Бонита-Висте не поощряется панибратство с городскими. Наверное, заметили, что ты к себе гостей каких-нибудь водил из города, или там я не знаю… В общем, они сказали, тебе можно в гости ходить в Корбане, а сюда – ни-ни.

– Что-о?

– Посторонние в Бонита-Висте не приветствуются.

– Так, они теперь будут мне диктовать, с кем можно дружить, а с кем нельзя? – Барри не верил своим ушам. – Что за хрень!

Фрэнк развел руками.

– Я только передаю! Понимаю, звучит бредово, но не я же устанавливаю правила.

– Нельзя пригласить друзей к себе домой?

Фрэнк пожал плечами.

– Нельзя, если они из Корбана.

– Да не может такого быть!

– Так написано в уставе.

– На хер этот устав!

Барри не мог бы сказать наверняка, алкоголь в нем говорит или праведный гнев, но в эту минуту ему больше всего хотелось найти свой экземпляр УАДа и разорвать его в клочья на глазах у Фрэнка. Пусть передаст мерзавцам из правления: засуньте себе свой устав сами знаете куда!

Фрэнк с опаской оглянулся.

– Даже в шутку никогда такого не говори! Вдруг кто услышит?

Реакция Фрэнка показалась Барри странной – преувеличенной какой-то. Притворяется он, что ли, чтобы напугать Барри? Вспомнилось, как Фрэнк убеждал их с Рэем, что не ассоциация подослала хулиганов, разоривших сад. Фрэнк тогда оказался прав, но дело не в этом. Важно его отношение. Барри вдруг понял, что почти ничего не знает о Фрэнке.

Все на всех доносят.

С виду вроде неплохой парень, и Рэй ему доверял, и все-таки он не так уж непримирим к ассоциации, хоть и рассказывает иногда о своих стычках с правлением. Это еще не значит, что он подсадной, и все-таки слегка настораживает.

– Здесь мой дом, – ровным голосом произнес Барри. – Здесь я могу говорить, что хочу и о ком хочу. И если мне захочется высказать мнение, что архитектурная комиссия родную мать продаст с потрохами и не почешется, я это мнение выскажу.

Фрэнк вымученно улыбнулся и кивнул.

– А если мне захочется пригласить гостей, я их приглашу, ясно?

Фрэнк замахал руками.

– Придержи коней, ковбой! Я на твоей стороне!

– Ага, конечно…

По тону Барри было ясно, что он в этом сильно сомневается.

Фрэнк попятился.

– Ну, в общем, я передал, что велено… Пойду теперь.

Барри, стоя в дверях, смотрел, как Фрэнк сел в кабину и, помахав рукой, вывел пикап на дорогу.

Барри не собирался больше звать в гости компанию из кафе, но теперь ему захотелось назло таскать их к себе обедать хоть каждый день. Он закрыл дверь, поднялся в кухню и взял из холодильника банку пива.

Черт возьми, он еще и код от замка в воротах им скажет!

Устав Ассоциации домовладельцев коттеджного поселка Бонита-Виста.

Статья IV. Общие положения.

Раздел 9, параграф D:

Членам Ассоциации домовладельцев поселка Бонита-Виста запрещается общение с жителями города Корбана на территории поселка. Исключение возможно только в случае, если житель Корбана владеет участком в поселке и является членом Ассоциации.

Морин с утра предстояла встреча с Эдом Декстером из ипотечной компании, для которой она проводила аудиторскую проверку. Пока «Тойота» находилась в мастерской, где ей меняли бензонасос, у них осталась всего одна машина, поэтому Морин предложила подвезти Барри в город, к хибарке, которую он гордо именовал офисом. Обычно Барри уходил на работу после окончания утренней программы новостей, но сегодня ради Морин собрался пораньше, так что они вышли в восемь.

Морин медленно и осторожно вела машину по извилистой дороге, спускающейся по крутому склону к воротам.

Ворота за ночь изменились. Морин притормозила, чувствуя, как по спине ползет холодок и ледяным комом скапливается в животе. У Барри, сидевшего рядом с ней, тоже был ошарашенный вид.

Они только вчера вечером проезжали через эти ворота вместе с Майком и Тиной – попытались вытащить Лиз в ресторан поужинать, чтобы та немного развеялась. В прошлый раз Лиз была в этом ресторане с Рэем, поэтому всю первую половину вечера тихонько проплакала, а вторую – не поднимала глаз от почти нетронутой тарелки. В поселок они вернулись около десяти. Барри был за рулем. У ворот он, как всегда, остановился и набрал код.

А сегодня на этом месте высилось могучее сооружение: два каменных столба по бокам, с укрепленными на них чугунными коваными створками.

И сторожка охранника.

Барри и Морин молча переглянулись.

В этом месте дорога расширялась, обходя сторожку с двух сторон, так что машины могли одновременно въезжать и выезжать из поселка.

«Субурбан» двинулся вперед и остановился перед самыми воротами.

Морин опустила боковое стекло. К машине подошел подтянутый охранник средних лет, с планшетом в руках. Короткая стрижка и оливковая милитаризованная форма придавали ему сходство с военным.

– Ваше имя, сэр?

Охранник смотрел в упор на Барри, как будто Морин вовсе не было за рулем.

Барри отвернулся и подчеркнуто уставился на жену.

Она невольно улыбнулась, отвечая:

– Меня зовут Морин Уэлч.