Темная сестра - Грэм Джойс

— Спрашивает, не хотим ли мы выпить.

— Не знаю. А ты как думаешь?

Оба юнца держали по пинте пива в одной руке и по мотоциклетному шлему в другой. Кейт поманила одного из них и крикнула ему в ухо:

— Два светлых и темное, но на трах не рассчитывайте.

От светлого пива у Мэгги защекотало в носу. Парень

глупо ухмыльнулся и послушно поплелся к бармену. Бесшабашность и молодость Кейт будто передались и Мэгги. Кейт одолжила Мэгги кожаную куртку, сказав, что у той слишком чопорный вид для того места, куда они идут. Мэгги многому училась у Кейт. К примеру, она узнала, что мужикам нравится, когда над ними издеваются.

— Спасибо. А теперь давай топай к своей «ламбретте», — небрежно бросила Кейт парню, протянувшему ей стакан красного пива.

— Так у меня ж не «ламбретта». У меня «нортон».

— О, это совсем другое дело. Значит, ты парень с «нортоном».

— «Нортон»? — переспросила Мэгги. — А разве у него не двухтактный двигатель?

— Слышь, Дерек! Она типа думает, что у «нортона» двухтактный двигатель.

— Да, ребята, классный базар. Я готова трендеть о мотиках всю ночь.

— Слышь, ты че, издеваешься?

— Давай топай к своей «ламбретте».

Еще несколько стаканов красного пива, и Мэгги и Кейт уже сидели на задних сиденьях мотоциклов, мчавшихся сквозь ледяную ноябрьскую ночь. По настоянию Мэгги неслись они к Уигстон-Хит. Мэгги сидела в седле мотоцикла, летевшего первым. Мчались они не по шоссе, а по грунтовке среди полей, и Мэгги обнимала мотоциклиста от страха и возбуждения, а вовсе не потому, что ей хотелось близости.

В дороге легко было продрогнуть, окоченеть. Но Мэгги ликовала, плотно закутавшись в позаимствованную у Кейт кожаную куртку. Езда была шумной, почти оглушающей; Мэгги наслаждалась громким, гортанным рыком «нортона», когда ездок переключал передачи, и порывами ветра, хлеставшими ее по лицу. Ее руки сцепились на талии незнакомца, контролировавшего машину, а бедра сжались вокруг вибрирующего седла. Она хотела мотоцикл!

Ездок повернул голову и крикнул:

— Куда теперь?

Она услышала его, хотя слова были заглушены шлемом.

— Дальше! Дальше!

Она оглянулась на второй мотоцикл и поймала волну, шедшую от Кейт. Мэгги испытывала сильное возбуждение, хотя и понимала, что лишь использует этих мальчишек ради их двигателей, их машин. Она прижималась к ним, и они готовы были отвезти ее куда заблагорассудится. Мотоцикл несся на верхней передаче, когда они оказались на плоском участке дороги. Мэгги и в себе ощутила переключение передач, ведь они приближались к Уигстон-Хит.

Чем ближе подъезжали они к пустоши, тем сильнее были чувства Мэгги. В мелькавших тенях проступали какие-то формы, начинавшие слабо поблескивать. Каменная глыба. Дорожный знак. Скрюченный куст. Мэгги была уверена, что видела зайца, засевшего в придорожном кустарнике. Она оглянулась через плечо, и ей почудилось, что все эти объекты сохраняют свет фар уже после того, как мотоциклы проехали. Ей стало не по себе. И тревога ее росла по мере того, как они приближались к пустоши. Первоначальное легкое возбуждение от поездки покидало ее.

Мэгги все меньше и меньше нравилась ее затея. Что они будут делать, когда доберутся до места? Это было ошибкой. Мэгги играла с этими мальчиками, хотя ей вовсе не следовало брать их туда. Она злоупотребляла своими привилегиями.

Мэгги испытала угрызения совести.

Но она не знала, как это остановить. Мотоциклы с ровным гулом неслись к пустоши и не могли сойти со своей траектории. На крутом повороте мотоциклист понизил передачу, уменьшил скорость и наклонил мотоцикл в вираже. Тут Мэгги увидела, как огромная черная тень возникла из кустарника перед ними, и в следующее мгновение она поняла, что парит в воздухе.

Потом Кейт вытаскивала ее из кустов.

— Мэгги! Мэгги!

Хотя она поцарапалась и тяжело дышала, с ней все было в порядке. В оцепенении она встала с земли. Покалеченный «нортон» лежал в кустах на боку, его мотор все еще визжал, а заднее колесо скрипело. Хозяин машины, пошатываясь, направился к ней. Его кожаное облачение было распорото, а на предплечье виднелась кровь. Его друг Дерек заглушил визжащий мотор.

— На дороге что-то было! Там что-то было!

— Я тоже видела, — сказала Мэгги.

Но ее больше интересовало то, что она стискивала в кулаке. Это была ветка белладонны, смертоносной красавки, с гроздьями черных ягод, поблескивающих в тусклом свете. Мэгги посмотрела на звезды в ясном, холодном небе. Они сияли.

— Невероятно! Сонная одурь! Смертоносная красавка! Она повсюду! Она говорит со мной!

— Что? — не поняла Кейт.

— Она удивительная!

— У девчонки сотрясение мозга, — сказал Дерек.

— Не мели чепуху, — отрезала Мэгги.

Он поднес два пальца к ее глазам.

— Ну-ка, сколько пальцев?

— Да пошел ты, придурок. У меня с головой все в порядке.

На этом вечер и закончился. Такое происшествие напрочь отбило у них желание продолжать путь. Передняя вилка у «нортона» погнулась. На нем почти невозможно было ехать. Обратно они двинулись тихим ходом, мальчики отвезли девочек домой и пожелали им спокойной ночи.

С первого этажа доносился привычный грохот. Мэгги сварила кофе, и они с Кейт сели у нее в комнате.

— Тот порез у него на руке, — с досадой вспомнила Мэгги, — Были бы у меня здесь мои причиндалы, я могла бы ему помочь. Правда, могла бы.

— Что еще за причиндалы?

— А, травы и все такое. Не важно. Я с этим разберусь. Это ведь только предупреждение, понимаешь. Она не хотела, чтобы я привела туда этих парней.

Кейт смерила ее странным взглядом, словно допуская, что у нее все-таки сотрясение.

— Знаешь, Мэгги, по-моему, в тебе есть что-то ведьмовское.

— Да, — кивнула Мэгги, — И эта гребаная музыка меня достала!

Ветка смертоносной красавки все еще лежала у нее в кармане. Мэгги достала ее, а кожаную куртку вернула Кейт. Потом она нашла кусок нитки и булавку.

— Что ты делаешь? — спросила Кейт.

— Сегодня она послала мне предупреждение. И у меня такое чувство... чувство, что она может компенсировать это подарком.

— Да о чем ты, Мэгги? Куда ты пошла?

Мэгги не ответила. Кейт последовала за ней вниз, к двери, вибрирующей от звуков трэш-металла. Мэгги прибила нитку к поперечной раме над дверью, чтобы ветка красавки висела примерно на уровне глаз. Потом она несколько раз долбанула по двери и, не дожидаясь ответа, поднялась по лестнице в свою комнату.

— Что ты делаешь? — прошипела Кейт.

— Я не знаю, Кейт. Иногда я просто чувствую себя ведомой.