Большая книга ужасов-20 - Елена Усачева

Отброшенный обратно на землю, кот зашипел, когти царапнули по асфальту.

Толик побежал ему наперерез.

– Не смей! – крикнул он, но было поздно.

По джинсам и куртке Лерки Маркиз ловко вскарабкался на плечи девочке и примерился вцепиться в горло. Лысогорова стояла, не шевелясь, из глаз у нее катились редкие крупные слезы.

– Маргарита Всеволодовна! – одними губами прошептала она.

Но директрисы около крыльца уже не было. Вместо нее перед входной дверью маячила неясная фигура Бледного.

– Митяй! – завопил Карасев, хватая кота за хвост. – Что ты стоишь?

Кот махнул лапой. Когти просвистели в нескольких сантиметрах от Толикова носа.

– Давай, давай! – выл математик.

– Митяй! Помоги!

Маркиз скатился с Леркиных плеч и накинулся на Карасева.

– Не могу понять, кто из вас кто, – честно признался Пращицкий, обходя всех стороной. – Вы сейчас все как привидения.

Кот метался и шипел. Толик отбивался, не давая зверю подойти к Лысогоровой. Увидев, что из ее расцарапанных рук идет кровь, Лерка совсем потеряла голову, упала на землю и зарыдала в голос.

На ступеньках крыльца бесновался Бледный, зачем-то размахивая учебником.

Митька наконец оторвался от кустов, за которыми прятался, и, подойдя к коту, высыпал на него охапку обледенелого снега. И тут же бросился обратно к спасительным сугробам. Толик побежал за ним.

Кот, засыпанный ледышками, сбился с направления и завертелся волчком на месте. Карасев щедро сыпанул на него новую порцию льдистых кусочков.

– Чего это он в учебник так вцепился? – спросил Толик, в очередной раз вернувшись к кустам. – Мне всегда казалось, что оружие учителя – указка.

– Оружие учителя – все, что попадается под руку, – пошутил Митька. – А что у него там? «Математика»?

– «Математика», – кивнул Карасев. – Причем книжка принадлежит лично Бледному. Я его печать на обложке видел.

– А, тогда все понятно. – Пращицкий перестал разорять сугроб и выпрямился. – Этот учебник – его талисман. Если человек был колдуном, то и вещи после него остаются колдовские.

– Какой же он колдун? – Толик глянул на прыгающего по ступенькам школы Бледного. – Он учитель.

– Поэтому-то у него вся сила в учебнике, – вздохнул Митька. – Смерть его на конце иглы, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в хрустальном ларце. Короче, не жилец Кощей Бессмертный.

– Черт! – Толик хлопнул себя ладонью по лбу. – Как же я сразу не догадался! Этот учебник был у меня, и Бледный все время пытался его отобрать. Давай так, я беру на себя кота, а ты отнимаешь учебник.

– Легко сказать, – протянул Митька, глядя, как безумствует призрак.

Павел Сергеевич в ответ захохотал, подняв книжку над головой. В то же время кот проскочил между кустами и очутился перед ребятами. Но Толик уже научился определять, когда и где убийца появится, – рука у него работала точно как часы.

Маркиз изготовился к прыжку.

Карасев опередил его.

Он схватил кота поперек туловища и прижал к себе.

– Маркиз, – зашептал он в порванное ухо, – вон твоя цель! Не промахнись!

В какую-то секунду Толику показалось, что кот вздохнул, с тоской посмотрел Карасеву в глаза и метнулся куда-то вдоль школы.

– Маркиз!

Крик утонул в темноте.

– Получили, подлые дети?! – плясал на крыльце Павел Сергеевич. – Сейчас вы за все ответите!

– За что мы должны отвечать? – рассердился Толик. – Что вы к нам привязались?

– А пропадите вы все пропадом! – в сердцах выкрикнул Бледный и замер.

– Сейчас будет гипнотизировать, – прошептал Митька.

– Что это значит? – спросил Толик, но Пращицкий уже исчез за деревьями школьного парка. – На него можно смотреть или нельзя?..

– Не смотри, убьет! – раздалось из-за деревьев.

Карасев зажмурился, а потом вдруг открыл глаза. Математик тут же оказался перед ним. Но даже если он и собирался гипнотизировать своего ученика, у него вряд ли бы получилось. Потому что Толик закатил глаза и кулем повалился на землю.

– Какой хороший мальчик, – радостно всплеснул руками Павел Сергеевич. – А то бегают, шумят…

Над его головой раздался шорох, и с козырька стремительной тенью спрыгнул Маркиз. Кот приземлился Бледному на призрачный затылок. Павел Сергеевич взвыл, закрутился волчком и пропал. Кот остался на крыльце один. Из пустоты на него обрушился учебник по математике. Маркиз мяукнул, растянулся на ступеньке и замер.

– Вот что делает сила знания! – Вновь появившийся Бледный склонился над котом. – Кого угодно завалит. – Он глянул на Лерку. Но та пока умирать не собиралась, тихонечко плакала, размазывая по щекам слезы.

От въездных ворот послышался топот бегущих ног. Павел Сергеевич медленно растаял в воздухе.

– Смотри, он убил их! – Первым у крыльца появился Анисимов. – Лерка, как ты тут?

– Не подходи, он где-то рядом, – Костян дернул Леху на себя и попятился к валуну. – Это, может быть, никакая не Лысогорова.

В ответ Лерка зарыдала в голос и на четвереньках поползла к безжизненно лежавшему Карасеву.

– Маркиз! – Козина подбежала к ступенькам и склонилась над котом. В руках она держала свернутый ватман.

– Не стой здесь! Это засада! – Рязанов попробовал сдвинуть Ленку с места. Но она уже развернула ватман, видимо собираясь заново оживлять любимца. – Уходим, уходим! – торопил он. – Лысогорова, вставай!

– Ребята, бегите! Он Карасика убил! – Пращицкий показался из-за деревьев и тут же исчез. Неясная фигура метнулась в сторону въездных ворот.

– Скорее! – Анисимов поддел ногой ватман. – Анька, где ты там?

Мелкая стояла около Лысогоровой и расширенными от ужаса глазами смотрела на Толика.

– Как же так? – прошептала она. – Он не мог…

– После поговорим! – Анисимов подхватил Аньку с Леркой и собрался идти обратно, когда из темноты на него выбежал запыхавшийся Пращицкий.

– Тьфу ты, – тяжело перевел он дыхание и остановился. – Опять математик кружит. Я думал, он меня выпустит.

– Ерунда все это, – отмахнулся Анисимов. – Пошли, сейчас выйдем.

– Не дергайся, – осадил его Митька. – Вы отсюда уже не выберетесь. Бледный не выпустит.

В воздухе послышался смешок. А потом и сам Павел Сереевич появился рядом с лежащим на земле Карасевым.

– Рад вас видеть, – склонилось привидение в шутовском поклоне.

В ту секунду, когда призрак, раскинув руки, кланялся, Толик перестал притворяться мертвым, подпрыгнул и выхватил у него учебник.