И снова пятница, тринадцатое... - Елена Артамонова

Проклятый подземный народец восторженными воплями приветствовал своего вождя, сотни глоток повторяли на разные голоса:

– Золото! Золото! Золото!

Карлик поднял руку, призывая к тишине:

– И с тех пор золото стало нашим единственным богом! Когда тринадцатый день мая – день, в который Один проклял нас, выпадает на пятницу, мы устраиваем грандиозный пир, празднуя это событие. Ты должен гордиться, глупый мальчишка, своей ролью на нашем пиру, ведь твоя сочная горячая плоть станет лучшим угощением на празднике проклятых!

– Отпустите меня, пожалуйста!

– Ты действительно собираешься оставить нас без угощения?

– Я не хочу умирать!

– А кто хочет? Однако всем приходится.

– Нет!

– Ты можешь кричать долго и громко, а можешь молчать – в любом случае это никак не повлияет на твою судьбу. Ты – главное блюдо на столе цвергов, таков твой жребий, малыш. Смирись с ним.

Яша больше не мог сдерживать слезы. А карлики тем временем вкатили в зал огромные бочонки с каким-то хмельным напитком, наполняли раз за разом кружки, горланя тосты на непонятном языке. Обитатели канализации давно мечтали приступить к «закуске», но медлили, ожидая команды своего вождя. Сквозь слезы мальчик видел крошечные ножи и вилки в руках уродцев, ловил на себе их голодные взгляды.

– Помогите, помогите… – шептал несчастный Яша, обращаясь непонятно к кому. – Помогите…

Цверг в золотой короне ловко запрыгнул на грудь мальчику, взмахнул зажатыми в трехпалых руках ножом и вилкой:

– Приступим к угощению, друзья!

Он склонился над пленником, выбирая, какой бы кусочек от него отрезать, но в этот момент раздались встревоженные возгласы, и на пороге зала возник окровавленный карлик. Цверги опустили вилки и кружки, на их безобразных физиономиях появилось озабоченное выражение. Гонец произнес всего несколько слов и как подкошенный рухнул на земляной пол. Секунда тишины сменилась возмущенным ревом. Карлики повскакивали со своих мест, подбежали к стенам, увешанным миниатюрным, но грозным оружием – копьями, мечами, боевыми топорами, арбалетами.

Предводитель цвергов что-то прокричал своим подданным, спрыгнул с груди Яши и затесался в вооруженную до зубов толпу. Не надо было знать язык карликов, чтобы понять, что цверги готовились отразить внезапное нападение врага. Позабыв о пирах и развлечениях, они выстроились в стройную колонну, во главе которой стоял главный, тоже облачившийся в доспехи коротышка, и приготовились идти на смертный бой. Вновь прозвучали непонятные команды, и карлики быстро, но спокойно покинули зал.

В первый момент Яша обрадовался своему неожиданному избавлению, однако вскоре сообразил, что это всего лишь короткая передышка, отсрочка перед неминуемой смертью. Кто бы ни напал на цвергов, кто бы ни одержал победу в подземной войне, роль Яши Абрамова оставалась прежней – он был трофеем победителей, лакомым угощением, от которого не отказалась бы ни та, ни другая сторона. Однако мальчишка не собирался покорно дожидаться своей участи. Теперь, когда у него появился крошечный шанс на спасение, он намеревался сделать все возможное, чтобы не упустить его.

Прежде всего, Яше следовало избавиться от ремней, которыми его пристегнули к обеденному столу маленькие людоеды. Но как он мог это сделать?! После четверти часа отчаянных усилий извивавшемуся, как уж˜ на сковородке, пленнику удалось выдернуть из-под ремней правую руку, однако это не приблизило его к спасению. Пряжки, которыми скреплялись путы, по-прежнему оставались вне досягаемости, а поблизости Яша не смог обнаружить ни одного острого предмета.

Надежда вновь покинула мальчика. Он лежал неподвижно и думал о словах цверга, который советовал ему смириться с выпавшим жребием. А где-то в подземелье шла жестокая битва… Звуки сражения приближались, в главном зале уже были отчетливо слышны крики, жуткий звериный визг, яростное бряцание оружия. Старавшийся не думать о смерти Яша попробовал угадать, с кем именно сражались его похитители. Должно быть, на цвергов, захвативших его, напало другое племя карликов, обитавшее в бесконечном подземном лабиринте, сетью опутавшем весь город. Впрочем, впавшему в глубокое уныние мальчику было все равно, кто именно его съест.

Лавина боя хлынула под своды зала. Мелькали в воздухе окровавленные мечи, страшная резня не затихала ни на мгновение. Только теперь Яша увидел, кем были безжалостные противники цвергов – огромные крысы бросались на вооруженных маленьких «человечков», рвали их на части своими острыми зубами. Карлики отчаянно сопротивлялись, но силы были не равны, и армия цвергов шаг за шагом отступала под натиском неприятеля. Смертельная схватка продолжалась теперь прямо возле стола, к которому был привязан Яша. Оцепеневший от ужаса мальчик наблюдал за битвой, развернувшейся в опасной близости от него. Впрочем, карлики продолжали отступать, заманивая врага в глубь подземелья, и вскоре клубок из окровавленных, ослепленных яростью существ покатился дальше, снова оставив беспомощного пленника в одиночестве.

Впрочем, насчет одиночества это, пожалуй, неточно сказано – большая часть устремившихся в погоню за цвергами крыс исчезла в одном из темных тоннелей, но некоторые особи остались в зале и теперь бродили по помещению, обнюхивая валявшиеся повсюду тела убитых. Это были молодые крысята, увязавшиеся за своей армией, но еще не ставшие грозными бойцами. Их интересовали не столько сражения, сколько возможность поживиться и найти что-нибудь вкусненькое.

Яша не боялся крыс, но и особого удовольствия от встречи с этими существами не испытывал, особенно когда самые шустрые крысята стали бегать по его ногам и обнюхивать лицо. Одна рука мальчика была свободна, но он опасался гнать назойливых тварей, которые, разозлившись, могли искусать, а то и вовсе загрызть беспомощного пленника.

– Уходите, пожалуйста, уходите! Я не представляю для вас никакого интереса… – пытался увещевать бегавших по нему крысят мальчишка.

Однако нахальные грызуны его не слушали. Всесторонне изучив «объект», крысы сосредоточились справа от мальчика, настырно тычась носами в его бок. Вначале Яша не понимал, чем вызван такой интерес, но потом вспомнил о бутербродах, лежавших в кармане со времен школьного завтрака. Запах копченой колбасы привлек крысят, и теперь они были готовы на все, лишь бы заполучить деликатес.

Шум боя неожиданно стал громче, – отразив атаку крыс, карлики перешли в контрнаступление и теперь решительно теснили своих противников. Кровавая волна грозила во второй раз захлестнуть зал, и это вызвало у Яши приступ отчаяния. Только что ему пришла в голову спасительная идея, но для ее осуществления связанному по рукам и ногам мальчишке требовалось хотя бы немного времени…

Думал ли Яша Абрамов, читая готические страшилки Эдгара По, что в один ужасный день ему придется на практике воспользоваться описанным в книге способом спасения?! В новелле «Колодец и маятник» рассказывалось о человеке, отчаянно пытавшемся выжить в застенках испанской инквизиции. То была жуткая, но бесконечно далекая от реальности история, которая осталась во многом непонятна юному читателю, и тогда Яша без сожаления отложил слишком взрослую и, на его взгляд, заумную книгу. Но теперь он вспомнил о ней едва ли не с восторгом, видя в этой истории ключ к своему спасению.