Твин Пикс: Воспоминания специального агента ФБР Дэйла Купера - Скотт Фрост

15 апреля, 4 часа утра

Мы уже в безопасном месте, и Каролина устроена с комфортом. Она не знает, что на ее жизнь опять покушались. Допрос, который проводил Уиндом, ничего не дал. Никто не видел ничего мало-мальски подозрительного. Покушение не удалось по чистой случайности, нам страшно повезло. Теперь у меня нет уверенности, что в безопасном месте, где мы сейчас находимся, действительно безопасно.

15 апреля, 6 часов вечера

Все спокойно. Дом оцеплен. Сегодня Каролина улыбнулась и взяла меня за руку. Уиндом был, по-моему, очень доволен.

16 апреля, 2 часа ночи

Каролина проснулась с диким криком. Я вбежал в комнату и увидел, что над ней склонился Уиндом: он что-то говорил ей нежно и ласково. Каролина сказала, что видела лицо человека, который до сих пор ее преследует, и что она знает о своей близкой смерти. Но внешность этого человека она описать не смогла. Уиндом постепенно успокоил ее, и она заснула. Что-то таится в ее подсознании и не дает ей выздороветь. Может быть, завтра Уиндом разрешит мне прорваться к этой тайне.

16 апреля, 3 часа дня

Диана, зарегистрируй следующую запись как протокол первого гипнотического сеанса, объект воздействия — Каролина Эрл. Слушать это нелегко.

Купер: Вы меня понимаете?

Каролина: Да.

Купер: Вы знаете, кто я?

Каролина: Да.

Купер: Я хочу, чтобы вы вспомнили тот вечер, когда вас похитили… Вы сидели за столом… Что было дальше?

Каролина: Свиная отбивная… Погас свет…

Уиндом вскрикнул: «Нет!»

Купер: Вы видели их лица?

Каролина: Нет.

Купер: Что произошло дальше?

Каролина: На мое лицо опустилась ладонь. Я закричала.

Купер: А потом?

Каролина: Меня били… били… и опять били… Пожалуйста, не надо!..

Купер: Не волнуйтесь. Сейчас вы в безопасности, они больше не причинят вам вреда. Вы помните, что произошло потом?

Каролина: Темнота… Прикосновение чужих рук… снова и снова… Перестаньте, прекратите… Мне больно… рука… что-то колет…

Купер: Игла?

Каролина: Да.

Купер: Вам кололи наркотики.

Каролина: Жжет… Я хотела выбить мозги из своей головы. Я так сильно билась головой о стену.

Купер: Вы запомнили хоть одно лицо?

Каролина: Да.

Купер: Кто он? Это он мучал вас?

Каролина: Это его помощник. Он мертв.

Купер: Откуда вы знаете, что он мертв?

Каролина: О нет…

Купер: Не волнуйтесь, со мной вы в безопасности. Расскажите, что произошло с помощником.

Каролина: Его голова лежала на моих коленях и смотрела на меня. А тело валялось на полу.

Купер: Не понимаю.

Каролина: Я слышала его крики… Ему отрезали голову и положили мне на колени. Нет! Нет! Нет! Нет!

Купер: А еще чьи-нибудь лица вы запомнили?

Каролина: Нет, мне не позволили их увидеть.

В этот момент, Диана, я вывел ее из гипнотического состояния. Проверь по местным управлениям полиции, не находили ли где-нибудь за последние два месяца обезглавленный труп?

Боже мой, какие же ужасы пришлось увидеть бедной Каролине! Я не отходил от нее после сеанса, пока она благополучно не забылась сном, который дал ей хоть какую-то надежду на отдых. Я горю желанием ей помочь, это моя самая большая мечта.

17 апреля, 9 часов вечера

Диана, личность главного мучителя Каролины пока установить не удается. Конечно, это только мои догадки, но, мне кажется, Каролина пытается подавить какие-то тайные мысли. Похоже, опознать безумного палача для нее так же мучительно, как и пройти через сами муки. Однако состояние Каролины улучшается, хотя меня не покидает ощущение, что им с Уиндомом очень трудно найти общий язык, что-то не клеится… Это ставит меня в затруднительное положение, поскольку меня все больше тянет к Каролине. Тем не менее мои личные чувства не должны стать для них помехой. Я третий лишний, в этой роли мне и следует оставаться. Я всего лишь выполняю служебное задание, и ничего сверх того!

20 апреля, 9 часов вечера

Уиндом решил покинуть дом, где сейчас находится Каролина. Он полагает, что его постоянное присутствие только тормозит ее выздоровление. Я подозреваю, что он считает себя виноватым в ее похищении и боится, как бы его присутствие не напомнило ей о перенесенных страданиях.

Мы несколько часов обсуждали с ним подоплеку преступления, совершенного против его жены. Уиндом не сомневается, что между его похищением и похищением Каролины существует некая связь, однако найти связующее звено никак не может.

Перед отъездом в город Уиндом сказал мне, что он верит в зло как в реальную, самостоятельную жизненную силу и что зло благодаря своему вероломству берет верх над добром.

— Победителей не судят, — заявил Уиндом. — Никто и не вспомнят по окончании схватки, был он добрым или злым.

И это говорит лучший профессионал, стоящий на страже закона… лучший из всех, кого я когда-либо знал!

21 апреля, 7 часов утра

Не успел Уиндом вернуться в город, как на пороге его собственного дома на него напали. Полоснули ножом по руке и плечу — правда, раны неглубокие — я скрылись в неизвестном направлении. В доме явно производился обыск. Я не стал говорить Каролине о нападении на ее мужа. Она наверняка захочет поехать к нему, а это слишком рискованно.

И все же кого может опознать Каролина? И почему она не в состоянии вспомнить, кто он? Уиндома теперь самого охраняют, и он не сможет вернуться сюда, пока мы не убедимся, что преступники не установили за ним слежку.

30 апреля, 7 часов вечера

Я не знаю, что мне делать. Я оказался перед труднейшим выбором: либо обмануть доверие моего друга и наставника, либо предать мою любовь.

Мои чувства к Каролине взаимны. Сегодня на прогулке Каролина сказала, что любит меня, любит со дня нашей первой встречи. Сначала я еще пытался устоять, убеждал ее, что не испытываю к ней тех же чувств, что она ко мне… но Каролина разгадала мою хитрость, и наш разговор завершился долгим, страстным объятием.

Я ни о ком такого не говорил, но о Каролине с полной уверенностью говорю, что люблю ее больше жизни. Все мои мысли, желания, все мое существование в те минуты, когда я не сплю, посвящены ей. Я хочу помочь ей выздороветь и хочу защищать ее всю жизнь. Мы любили друг друга под ярким весенним солнцем, и впервые с тех пор как закончились ее мытарства, я видел Каролину счастливой.

Не знаю, что я скажу Уиндому, когда он приедет сюда завтра утром. Я не могу и не стану ему лгать, тем более что это все равно бесполезно.