Мертвы, пока светло - Шарлин Харрис

Мы вернулись в бар, и хотя несколько человек посмотрело на нас с любопытством, никто не стал спрашивать, что случилось. В моем секторе сидела только одна пара. Они ели, стаканы у них были полны, так что им я могла понадобиться нескоро. Я начала выставлять бокалы для вина. Сэм подошел ко мне сзади.

— Правда ли, что Билл Комптон собирается сегодня выступить перед «Потомками доблестно павших»?

— Так сказала бабушка.

— Ты там будешь?

— Я не собиралась. — Я не хотела видеть Билла, пока он сам не позвонит мне или не попытается встретиться.

Сэм ничего не ответил, но позже, днем, когда я забирала из его конторы свои вещи, зашел и стал перебирать бумаги на столе. Я вытащила из сумочки расческу и стала приводить в порядок свой хвостик. По нерешительности Сэма я поняла, что он хочет поговорить со мной, и ощутила волну раздражения из-за обходных маневров, которые склонны предпринимать мужчины.

Как Энди Бельфлер. Он мог просто спросить меня о моем недостатке вместо того, чтобы играть со мной.

Как Билл. Он мог просто заявить о своих намерениях вместо того, чтобы играть со мной в «холодно-горячо».

— Ну и? — спросила я более резко, чем собиралась.

Он смутился от моего взгляда.

— Я хотел спросить, не согласишься ли ты пойти со мной на заседание «Потомков», а потом выпить чашечку кофе?

Я была ошарашена. Расческа застыла в воздухе. В голове пронесся рой мыслей: я подумала о его руке перед домом Грин Дон, о стене в его сознании, о том, как глупо встречаться со своим шефом.

— Хорошо, — ответила я после заметной паузы. Он с облегчением вздохнул.

— Отлично. Я встречу тебя у твоего дома в семь двадцать или около того. Собрание начинается в семь тридцать.

— Ладно, до встречи.

Боясь совершить какую-нибудь глупость, если разговор продлится, я схватила сумочку и направилась к своей машине. Я не могла понять, должна ли хихикать от радости или стонать от собственного идиотизма.

Я добралась до дому в пять сорок пять. На столе у бабушки уже стоял ужин, поскольку ей надо было уйти пораньше, чтобы приготовить прохладительные напитки к заседанию Потомков, которое должно было состояться в здании общины.

— Интересно, согласился бы он прийти, если бы мы назначили встречу в зале Истинных Баптистов? — спросила бабушка ни с того ни с сего. Но я легко поняла ход ее мыслей.

— Да, наверное, — сказала я. — Похоже, представления о том, что вампиры боятся религиозных штучек, не слишком правильны. Впрочем, я его не спрашивала.

— Но там висит огромное распятие, — продолжала бабушка.

— Я все-таки приду на собрание, — сообщила я. — С Сэмом Мерлоттом.

— С твоим шефом? — бабуля была изумлена.

— Ну да.

— Хм-м-м. Что ж… — Расставляя тарелки, бабушка начала улыбаться. Пока мы ели сэндвичи и фруктовый салат, я пыталась понять, что же мне надеть. Бабушка была взбудоражена предстоящим собранием, выступлением Билла, тем, что она представит его своим друзьям, а теперь она оказалась где-то в космосе (видно, близ Венеры), поскольку у меня намечалось свидание. С человеком.

— Мы не сразу вернемся потом, — добавила я. — Наверное, через часок после собрания. — В Бон Темпс было не так уж много мест, где можно попить кофе. Да и не хотелось в этих ресторанах задерживаться надолго.

— Хорошо, девочка. Отдыхай. — Бабушка была уже готова, и после ужина я помогла ей загрузить подносы с закусками и большой термос с кофе, который она приобрела специально для таких случаев. Бабушка подогнала свою машину к задней двери, так что нам не пришлось скакать по ступенькам. Она была счастлива, суетилась и болтала все время, пока мы загружали ее машину. То была ее ночь.

Я скинула униформу официантки и отправилась в душ. Намылившись, я стала размышлять, что надеть. Несомненно, не черно-белое, я уже устала от этих цветов у Мерлотта. Я побрила ноги, времени помыть и высушить голову у меня уже не было, но это я делала вчера. Распахнув шкаф, я уставилась в него. В белом с цветочками Сэм меня уже видел. Джинсовый джемпер недостаточно хорош для бабушкиных друзей. Наконец я достала брюки цвета хаки и шелковую блузу бронзового цвета с короткими рукавами. К этому наряду шли коричневые кожаные сандалии и пояс коричневой кожи. Я повесила на шею цепочку, надела большие золотые серьги и была готова. Как раз в этот момент Сэм позвонил в дверь.

Когда я открыла дверь, наступило замешательство.

— Входи, но кажется, нам пора…

— Я бы зашел, но кажется, нам пора…

Мы рассмеялись.

Я закрыла дверь, а Сэм поспешил распахнуть передо мной дверцу своего пикапа. Хорошо, что я выбрала брюки, а то представляю, как залезала бы в высоко расположенную кабину в короткой юбке.

— Подсадить? — с надеждой спросил он.

— Кажется, я справилась, — ответила я, пытаясь не улыбнуться.

Мы молчали всю дорогу до здания общины, расположенного в старой части Бон Темпс, существовавшей еще до Войны. На этом участке действительно стояло здание, разрушенное в Войну, хотя никто не знал, что оно собой представляло.

«Потомки доблестно павших» были сборной компанией. Иные были очень старыми и хрупкими, иные — помоложе и энергичными, существовала даже прослойка мужчин и женщин среднего возраста. А вот молодежи не было совсем, о чем бабушка неоднократно сокрушалась, бросая на меня многозначительные взгляды.

Мистер Стерлинг Норрис, давний друг моей бабушки и майор Бон Темпс, этим вечером приветствовал гостей. Он стоял в дверях, пожимал руки и перекидывался несколькими словами с каждым входящим.

— Мисс Сьюки, вы хорошеете с каждым днем, — сообщил мне мистер Норрис. — Сэм! Мы не видели вас сотни лет! Сьюки, правда, что вампир — твой друг?

— Да, сэр.

— А ты уверена, что мы все в безопасности?

— Да, совершенно уверена. Он весьма славный… персонаж. — Существо? Создание?

— Ну, если ты убеждена, — задумчиво протянул мистер Норрис. — В мои времена такое было невозможно.

— Ох, мистер Норрис, но ведь времена по-прежнему ваши, — заявила я с ободряющей улыбкой, которой от меня ждали. Он рассмеялся и пригласил нас внутрь, чего ждали от него. Сэм взял меня за руку и направил к предпоследнему ряду металлических стульев. Мы сели, и я помахала бабушке рукой. Пора уже было начинать, и в комнате набралось порядка сорока человек, что совсем немало для Бон Темпс. Но Билла все еще не было.

И тут на подиум взошла президент «Потомков», массивная крепкая женщина по имени Максина Фортенберри.

— Добрый вечер! Добрый вечер! — объявила она. — Наш почетный гость только что позвонил и сообщил мне, что у него неполадки с машиной. Он опоздает на несколько минут. Так что давайте начнем и займемся делами, пока ожидание не завершится.