На несколько демонов больше - Ким Харрисон

— Хорошо, что у Джи есть ты, который может ей помочь.

— Наверное, — бросил он небрежно, но я видела, как онухватился за возможность руководить дочерью в выборе правильного решения — скем прожить жизнь.

Может, поэтому я в своей собственной личной жизни всевремяпринимаю такие выдающиеся решения, подумала я и ухмыльнулась, представивсебе, как Дженкс идет со мной на мое первое свидание и допрашивает бедногопарня с пристрастием… и тут я заморгала. Он ведь предупреждал Кистена, чтобывел себя прилично, когда у нас в первый раз было свидание. Черт побери, значит,на Кистена Дженкс шлепнул штамп «Одобряю»? Порыв ветра от крыльев Дженксаохладил мне потную шею.

— Ладно, пора мне, она ждет. До вечера.

— Конечно, — сказала я, и он взмыл в воздух. —Передай мои поздравления!

Он отсалютовал мне и упорхнул прочь. Я секунду посмотрелаему вслед, потом пошла дальше к двери, представляя себе тот кошмар, черезкоторый он сейчас прогонит этих троих парнишек-пикси. Из кухонного окнадоносился райский запах пекущихся булочек, и я взбежала по ступеням, осмотрелаподошвы шлепанцев, потопала ногами и вошла в разгромленную гостиную. Трое типовс инструментами еще не приходили, и запах расколотого дерева примешивался каромату выпечки. У меня в животе заурчало, и я пошла на кухню — там было пусто,только булочки остывали на плите, и я, бросив срезанные ветки у мойки, сталамыть руки, поглядывая на эти самые булочки. Значит, Айви уже встала и была внастроении их печь. Необычно, но приятно, и надо будет этим воспользоваться.

Жонглируя булочкой и рыбьим кормом, я покормила себя ирыбку, потом натянула поверх майки темно-зеленую футболку и плюхнулась вкресло, довольная собой и миром. Но вдруг послышался скребущий звук когтей, ирыжий комок кошачьего ужаса ворвался в кухню и забился под мое кресло. За нейвлетели пикси — штормовым клубком высоких писков и свистов, от которых у менячереп заболел.

— Брысь! — заорала я, вскакивая. — Вонотсюда! Церковь — ее безопасное убежище, отцепитесь от кошки!

Пыльца пикси повисла так густо, что у меня глаза заслезились,но после громких жалоб и выражений недовольства этот диснеевский кошмар исчезтак же быстро, как появился. Широко улыбаясь, я заглянула под кресло. Рекссжалась в комочек, распушив хвост и вытаращив глаза — просто воплощение страха.Наверное, Дженкс уже у Джи, потому что его детишки знают: он бы им крылья назадпопереворачивал, если бы поймал за издевательством над кошкой.

— Что там случилось, сладкая моя? — засюсюкала я,отлично зная, что пытаться ее гладить сейчас не надо. — Эти гадкие пикситебе покоя не дают?

Отведя глаза, она улеглась, вполне довольная тем местом, гденаходилась. Я фыркнула и аккуратно уселась обратно, чувствуя себя отважнойзащитницей. Рекс никогда не пыталась ко мне приласкаться, но когда угрожалаопасность, оказывалась рядом со мной. Айви говорит, что все кошки так делают.Да и ладно.

Я потянулась за лаком для ногтей, осторожно кусая булочку впромежутках между касаниями кисточки. Потом мое внимание привлек шорох изкоридора, и я улыбнулась навстречу вошедшей Айви. Она была одета как натренировку, и на лице ее сверкали капельки пота.

— Что тут творится? — спросила она, подходя кплите и доставая булочку из формы.

Я с набитым ртом показала под кресло.

— Ах ты бедная киска, — сказала Айви, садясь всвое кресло и опуская руку к полу.

У меня лицо скривилось от отвращения, когда эта глупая тварьподошла к ней на мягких лапках. Еще противнее стало, когда Рекс прыгнула ей наколени, свернулась и уставилась на меня. Потом вдруг повернулась к коридору —оттуда послышался резкий цокот каблуков. Я посмотрела на Айви, вопросительнораскрыв глаза, но получила ответ, когда в арку влетела Стриж, причесанная,прибранная, идеальная в своей белой блузке и черных слаксах, как неразрезанныйсвадебный пирог.

Когда она пришла? — подумала я про себя, и покраснела:— Она же и не уходила.

Я посмотрела на Айви и поняла, что права, когда она спихнулаРекс с колен и необычайно вдруг заинтересовалась своей электронной почтой:стала открывать письма и выбрасывать спам, не глядя на меня. Да черт побери,мне все равно, что они там сегодня делали! Но, видно, Айви не было все равно.

— Привет, Рэйчел! — сказала вошедшая, и прежде,чем я успела ответить, наклонилась поцеловать Айви. Та застыла отнеожиданности, а потом отодвинулась прежде, чем поцелуй перешел в страстный —что, очевидно, и было задумано Стриж. Но та, не смутившись, пошла забулочкой. — Я сегодня работу закончу около десяти, — сказала она,выкладывая булочку на тарелку и осторожно садясь между нами. — Поужинаемпораньше где-нибудь?

На лице у Айви еще была гримаса досады от этой попыткипоцелуя. Стриж демонстративно полезла целоваться, чтобы насолить мне, и Айвиэто понимала.

— Нет, — сказала она, не отрываясь отэкрана. — Я тут кое-что наметила.

Интересно, что, подумала я, решив, что наши со Стрижотношения летят вниз крылатым кирпичом. Нет, я к такому не была готова. Нуникак.

Стриж аккуратно разломила булочку пополам, потом встала,чтобы взять нож и масло. Оставив их рядом со своей тарелкой, она неспешнопобрела к кофеварке, и двигалась с внушительностью и силой юриста в зале суда. Черт,кажется, я влипла.

— Кофе, Айви?

Солнце отражалось от ее блузки, накрахмаленной и отглаженнойдля появления в офисе.

— Да, спасибо.

Рекс, почувствовав напряжение, шмыгнула прочь. Мне бы тожехотелось.

— Возьми, лапонька, — сказала вампирша, подаваяАйви чашку. Не ту большую кружку с нашим логотипом «Вампирских чар», которуюАйви любит… но, может, она пьет из нее только потому, что я такие люблю?

Айви отдернулась, когда Стриж попыталась украсть ещепоцелуй. Но женщина не расстроилась, а уверенно села в кресло и стала тщательнонамазывать булочку маслом. Она нас обеих дергала за ниточки, полностью владеяситуацией, хотя из них двоих Айви была более доминантной.

Но я не собиралась уходить, раз она хочет заставить менячувствовать себя неуютно. Чувствуя, что начинаю закипать, я устроилась в креслепоплотнее. Черт возьми, это моя кухня!

— Ты сегодня что-то рано встала, — сказаласветловолосая и голубоглазая вампирша, будто намекая на что-то. Мне с трудомудалось не прищурить глаза.

— Это ты испекла? — спросила я, поднимая остаток своейбулочки.

Стриж улыбнулась, показывая острые клыки:

— Да, я.

— Хорошо получились.

— На здоровье.

— Я не говорила «спасибо», — отпарировала я, и рукаАйви на мыши замерла.

Стриж доела булочку, глядя на меня немигающими глазами, вкоторых медленно расширялись зрачки. У меня стало покалывать шрам, и я встала.