Реликт - Дуглас Престон

— Ja, ja[10]! Конечно!

Учёный подошёл к письменному столу и достал несколько набросков. Смитбек включил диктофон.

— Сперва рисуешь фон на вогнутой поверхности, чтобы не было углов, понимаете? Необходимо создать иллюзию глубины.

Фон Остер принялся описывать процесс высоким от волнения голосом. Отлично, подумал Смитбек. Этот человек — находка для журналиста.

Говорил фон Остер долго, оживлённо жестикулируя, делая передышки. Закончив, он улыбнулся Смитбеку.

— А теперь не хотите ли взглянуть на жуков?

Смитбек не смог удержаться. Эти жуки пользовались широкой известностью. Фон Остер изобрёл метод, которым пользовались теперь все музеи естественной истории в стране: жуки полностью уничтожали плоть трупов мелких животных, оставляя совершенно чистый скелет.

В «безопасной» комнате чуть побольше чулана, где содержались жуки, было влажно и душно. Жуков, именуемых «дерместиды», привезли из Африки, жили они в белых фарфоровых чашах со скользкими стенками и прозрачными крышками. Смитбек смотрел, как они медленно ползают по рядам мёртвых, освежёванных животных.

— Что это за существа? — спросил он, глядя на покрытые жуками тушки в чашах.

— Летучие мыши! — ответил фон Остер. — Для доктора Пойсманса. Чтобы очистить их скелеты, требуется десять дней.

Смитбек по горло был сыт жуками и запахами. Он выпрямился и протянул руку старому учёному.

— Мне пора. Спасибо за интервью. А эти жуки очень любопытны.

— Пожалуйста! — ответил фон Остер. — Хотя, погодите. Вы сказали «интервью». Для кого пишете?

— Для музея, — ответил Смитбек. — По инициативе Рикмен.

— Рикмен? — Глаза фон Остера внезапно сузились.

— Да. А что?

— Вы работаете на Рикмен?

— Собственно говоря, нет. Она просто, ну… вмешивается, — объяснил журналист.

Фон Остер усмехнулся.

— Несносная особа! Почему вы работаете под её началом?

— Так уж получилось, — ответил Смитбек, довольный тем, что обрёл союзника. — Вы даже не представляете, чего я от неё натерпелся. Господи!

Фон Остер сцепил пальцы рук.

— Охотно верю! Охотно! Она повсюду чинит неприятности! Даже на выставке!

Смитбек внезапно заинтересовался.

— Какие же?

— Она бывает там ежедневно, твердит «это нехорошо, то нехорошо». Майн Готт[11], ну и женщина!

— Это на неё похоже, — произнёс Смитбек с мрачной улыбкой. — И что же там нехорошо?

— Ну вот, я был вчера там во второй половине дня. Она явилась и подняла крик: «Все покиньте выставку! Мы внесём статуэтку племени котога!» Всем пришлось бросить работу и выйти.

— Статуэтку? Какую? Что в ней такого секретного?

Журналист вдруг подумал: нечто, столь беспокоящее Рикмен, может оказаться полезным для него.

— Статуэтку Мбвуна, важный экспонат. Я о ней почти ничего не знаю. Но Рикмен была очень озабочена, можете мне поверить.

— Почему?

— Я же говорю, из-за этой статуэтки. Вы про неё не знаете? О ней много разговоров, очень, очень дурных. Я стараюсь не обращать внимания.

— Каких, например?

Смитбек ещё долго слушал старика. И наконец, пятясь, вышел из мастерской. Фон Остер провожал его до самого лифта.

Когда двери закрывались, старик всё ещё продолжал говорить.

— Для вас несчастье работать на неё! — прокричал он, когда лифт тронулся вверх. Но Смитбек не слышал. Он напряжённо размышлял.