Большая книга ужасов. 46 - Галина Гордиенко

По счастью, этого и не требовалось. Контейнеры с мусором находились прилично в стороне. Рядом с девятиэтажным жилым домом и целой группой старых кирпичных, давно облупленных пятиэтажек.

Сушковский контейнер, по словам Лизы, вынесли сюда же. И найти его оказалось легко. Он выделялся среди своих собратьев новизной и яркой синей окраской. Вот только он оказался практически пустым. В отличие от остальных.

На дне валялся лишь раскуроченный пластиковый пакет, в таких обычно выбрасывают пищевые отходы.

Друзья мрачно переглянулись – задача усложнялась. Старинная кукла исчезла, наверное, окончательно. А ведь каждый из них в глубине души надеялся найти ее именно здесь. Хотя рыться в мусоре…

Б-р-р-р!

Один Тимка не разделял отвратительного настроения. Щенок был счастлив: он обожал прогулки! И помойка маленькому Тимке ужасно понравилась.

Столько восхитительных запахов!

Лена разочарованно отошла от контейнеров с мусором и толкнула хмурого Лапшина в плечо.

– Что дальше будем делать, стратег?

Тимка, только что самозабвенно обнюхивающий грязную жирную тряпку, мгновенно насторожился. Поднял голову и предупреждающе зарычал.

Гришкиных ближайших друзей он конечно же знал отлично, но позволить обижать хозяина не мог.

Все же породистая собака! Воспитание, инстинкты, генетическая память…

Дина хихикнула:

– Ты с Гришкой т-теперь поостор-рожнее! Р-разорвет ведь Тимыч, не з-забывай о нем!

Лена смерила Тимку, припавшего на передние лапы и скалящего острые зубки, презрительным взглядом.

– Пусть только попробует! Живо зубов недосчитается! – И, повернувшись к Лапшину, крикнула: – Ну?!

Тимка захлебнулся от возмущения и злобно гавкнул. И впервые его лай не был щенячьим. В нем вдруг прорезалась какая-то басовитость. Тимка сам удивился странным звукам и ошеломленно открыл пасть.

Гришка довольно захохотал. Наклонился и благодарно потрепал своего нежданного защитника за загривок. Потом обернулся к Лене.

– Потише давай. Не зли Тимку. И учти – ему лишь три месяца!

– И что? – раздраженно посмотрела на щенка девочка.

– То! Это же не пудель, а доберман, соображать надо! С ним лучше не ссориться. Через полгода Тимка с теленка вымахает, чтоб ты знала!

На теленка Тимка пока походил мало, но после слов хозяина залаял еще басовитее. Будто что понял. И взгляд его круглых темных глаз ласковым сейчас не назвал бы никто.

Лена вздохнула.

– Ладно. Сам знаешь, я против него ничего не имею, Тимыч мне даже нравится. Смешной. Вот только что нам делать дальше?

Гришка пожал плечами.

– Неужели вы ничего не заметили?

Ребята насторожились. Дина осторожно спросила:

– А что м-мы должны з-заметить?

– Как – что? – возмутился Гришка. Оттащил упирающегося Тимку от какой-то подозрительной рыбной косточки и обернулся к друзьям. – Видите же, сушковский контейнер совсем другой. Те все проржавевшие, а этот – совершенно новенький. И в нем совсем недавно копались.

Сергей непонимающе спросил:

– Ну и что?

– Да-а, ребятки… – неопределенно протянул Гришка и терпеливо принялся объяснять: – В городе бомжей полно, сами знаете. Многие в контейнерах роются. А уж в сушковском – обязательно. Дом-то богатый, мало ли что выбросят? Вещи практически новые, хлеб чуть подсохший, остатки хорошей еды, бутылки опять-таки…

Друзья смотрели ожидающе. Гришка помолчал и кивнул на девятиэтажку.

– Нужно малышню во дворе потрясти, они обычно все видят. Может, сушковский контейнер кто-то один постоянно пасет? Ну, первым. Если мусор в одно и то же время выносят. Я слышал, так часто бывает.

Ребята с надеждой переглянулись.

– А у тебя котелок варит, – одобрительно проворчал Сергей, направляясь к мелкоте, гоняющей мяч. – Жаль, чаще всего – с опозданием!

* * *

Мальчишки, очарованные смешным, дружелюбным Тимкой, разговаривали охотно. И на Гришкины осторожные вопросы отвечали, едва ли не перебивая друг друга.

Еще бы, хозяин Тимки!

Забавный щенок по Гришкиному приказу подавал лапу, послушно садился, не очень охотно ползал и звонко, весело лаял.

Из маленьких футболистов вытянули следующее: сушковский новенький ярко-синий контейнер действительно на отдельном счету. И шарилось в нем немало народу, ребята их практически не знали.

Вот только первой почти всегда поспевала дворничиха тетя Шура, старая крикливая женщина. Остальные шли уже после нее. И по двум причинам.

Во-первых, мусор из нового двухэтажного дома за забором из литого кружевного чугуна выносили всегда в одно и то же время. И все знали – это происходило ровно в пять вечера.

Во-вторых, местные пьянчуги с дворничихой тетей Шурой предпочитали не связываться. Она крутовата. Неугодный просто потерял бы доступ к местным контейнерам.

Так что, горячо уверяли мальчишки, говорить нужно именно с ней, с тетей Шурой. Для начала, по крайней мере.

Командировали друзья к суровой дворничихе, конечно же, Гришку Лапшина. По причине его изумительной контактности. Особенно с женским полом.

К тому же врать, как Гришка, в их компании никто не умел!

Как подозревал Сергей: чтобы верили тебе, нужно, чтоб ты верил сам. А верить в собственное вранье трудновато.

Не для Гришки, естественно!

Друзья уселись под старой, раскидистой березой. Пересчитали наличность и выделили парламентеру сотню рублей. Маловато, конечно, но… на получение нужной информации должно хватить!

Если повезет и клоун окажется там же, у тети Шуры, Гришке было велено предложить на обмен более дорогую и красивую игрушку. Ну, и дополнительное вознаграждение.

Само собой, более скромное!

* * *

Ждать пришлось довольно долго. Гришка вернулся лишь через полчаса. Увидев его мрачную физиономию, Лена угрюмо пробормотала:

– Кажись, пролетели мы с этой тетей Шурой, как фанера над Парижем.

Светлана протяжно вздохнула. Сергей согласно кивнул.

– Идиотская поговорка, но ты права.

Дина с надеждой смотрела на Лапшина, едва передвигающего ноги.

– М-может, Г-гриша что-то узнал? – предположила она.

Один маленький Тимка не разделял их пессимизма. Воспользовавшись всеобщим замешательством, щенок выдрал из Светланиной руки поводок и с восторженным визгом помчался навстречу хозяину.

– Ну что? – хором встретили Гришку Сергей с Леной.

Лапшин подхватил счастливого щенка на руки, упал в траву рядом с друзьями и сказал: