Большая книга ужасов 72 - Елена Арсеньева

Магазин находился в торце. Соседний подъезд, пятый этаж… ну сколько там квартир на площадке? Три, как в их доме? Четыре? Окна могут запросто выходить и на противоположную сторону, и во двор, где топчется Саша.

Его будто кипятком обдало. Еще не хватало, чтобы отец выглянул в окно или вышел на балкон — и увидел внизу своего брошенного сына! Нет, надо вести разведку осторожней!

Саша прилип к стене, где из окон пятого этажа его точно было не разглядеть, и начал прикидывать, как выяснить, во-первых, в какой квартире живет теперь отец, а во-вторых, дома он или нет. Решение самой главной задачи: как выпросить ежа у своей, извините за выражение, сестры, он оставил на потом.

Домофон на двери, рядом с которой стоял Саша, вдруг запищал. Кто-то собирался выходить. Вот удачная возможность проскользнуть в подъезд… однако прежде, чем эта хорошая мысль пришла ему в голову, ноги почему-то сами собой понесли его за угол, обратно ко входу в магазин. Оттуда он осторожно выглянул — и увидел отца, который быстро вышел из подъезда и почти побежал к своей «Субару», стоявшей у кучки железных гаражей.

«Во дурак я, — подумал Саша, — как же „Субару“ не заметил?!»

— Вася! — раздался голос сверху. — Вася, если хотите, я тоже поеду! Я все объясню!

Саша вжался в стену и перестал дышать. Сейчас отец обернется и заметит его!

Но отец обернулся, глядя куда-то вверх, крикнул:

— Валя, не волнуйтесь, я все улажу. Вы лучше за Асенькой приглядывайте! — махнул рукой и пультом открыл машину. Сел за руль и умчался, проскочив мимо магазина и, на счастье, так и не заметив Сашу, который успел влететь в закрывающуюся дверь подъезда прежде, чем отец мог бы обратить на него внимание.

Сначала он облегченно перевел дыхание, потом призадумался.

Что делать дальше?

Во-первых, неизвестно, в какой квартире живет Ася. Ну, этот вопрос можно решить методом научного тыка в кнопки звонков всех квартир, расположенных на пятом этаже. Хотя нет… Саша вспомнил, что голос женщины, говорившей с отцом, доносился не только сверху, но и справа. Здесь на площадке четыре квартиры, значит, это была крайняя справа квартира. Нет, она была справа, когда Саша стоял, прижавшись спиной к стене дома. И окажется слева, если повернуться лицом к площадке.

Одна проблема решена. Но по-прежнему неизвестно, как выпросить ежа у Аси. Ну в самом деле, не брякнешь ведь: «Мой папа бросил меня и мою маму ради тебя, и в возмещение морального ущерба я хочу твоего ежа». Или, к примеру: «Я тебя запросто мог прикончить позапрошлой ночью, но не сделал этого, так что ты должна быть благодарна мне по гроб жизни, а потому отдай мне своего ежа!»

Какая чушь… Ну ладно, придется импровизировать по ситуации! И, взбежав на пятый этаж, Саша воткнул палец в кнопку звонка около квартиры слева.

Дверь открылась. На пороге стояла женщина, которую он видел в кремле и которую принял за Асину маму. Эта женщина и в самом деле была похожа на Екатерину Николаевну, насколько Саша помнил фото на памятнике. Наверное, сестра ее. Тетя Валя, о которой Ася говорила призраку своей мамы — в смысле Саше.

— Привет, — сказала тетя Валя с улыбкой. — Ты к кому?

— Я к Василию Николаевичу, — постарался улыбнуться в ответ Саша.

— А его нет, он уехал только что. Ты чуточку опоздал.

— Да? — постарался удивиться Саша, который об этом и сам прекрасно знал. — Странно. Он же мне встречу назначил…

— Очень жаль, — сказала тетя Валя. — Наверное, забыл.

— Как же быть? — с несчастным видом пробубнил Саша.

Он и в самом деле чувствовал себя несчастным. В этом доме жил его отец. А Саша пришел сюда как вор. Эх, если бы все оставалось по-прежнему!

— Слушай, не переживай ты так! — ласково коснулась его плеча тетя Валя. — Встреча-то по какому поводу была назначена? Скажи, вдруг мы с Асей тебе поможем?

— Что случилось, тетя Валя? — раздался вдруг слабый голос, и в дверях появилась она.

Эта, зеленоглазая. Ася.

Сестра…

Саша на нее вытаращился — и не мог оторваться.

На ней был желтенький спортивный костюмчик из «Найка» со знаменитой птичкой на груди.

Ох и бледная же она была! Но главное, что живая.

Живая!

В это время где-то вдали раздались телефонные звонки.

— Ой, это мне! — насторожилась тетя Валя. — Это срочное! Асенька, поговори с мальчиком.

И она убежала, а Саша и Ася остались вдвоем.

Он на площадке, а она в прихожей.

— Я тебя где-то видела, — вдруг сказала Ася, поглядывая на него исподлобья. — Точно — видела.

— А я тебя нет, — буркнул Саша, опуская глаза.

Где она могла его видеть? Тогда в кремле? Или… ночью, когда умирала?!

Находиться здесь вдруг стало невыносимо. Он дернулся, чтобы уйти, но послышался дробный перестук, и к Асиным ногам, обутым в махровые тапочки с кисточками, подбежал… еж.

Еж! Тот самый!

— Привет, Ахилка! — машинально выпалил Саша, и Ася даже руками своими, такими тонкими и бледными, всплеснула:

— Ой, откуда ты знаешь, как его зовут?

Вот так и засыпались шпионы!

Саша чуть язык не откусил, но толку от этого было бы мало, поэтому пришлось выкручиваться:

— Да я просто книжку одну люблю, там ежика Ахилкой звали.

— «Детство Никиты»? — оживилась Ася. — Я ее просто обожаю! Ну надо же, как странно…

— Что — странно? — настороженно глянул Саша.

— Ну, что ты ее читал. Или в школе проходили?

— По внеклассному чтению в четвертом классе — это само собой, — ответил Саша, — но мне еще раньше ее папа читал.

— А мне мама! — вздохнула Ася. — Теперь папа, а раньше мама читала. Пока не умерла.

Саша зыркнул на нее исподлобья, потом неловко пробормотал:

— Жалко… ну, что умерла. А я думал, эта тетенька, — он мотнул головой в сторону комнаты, откуда доносился голос тети Вали, оживленно болтавшей по телефону, — твоя мама.

— Это мамина сестра, — объяснила Ася. — Младшая. Она скоро замуж выходит, это ее жених позвонил. Он в командировке в Крыму, мост через Керченский пролив строит, представляешь? Тот самый мост! Они по телефону часто болтают, договариваются, когда она к нему поедет. Слушай, а что ты до сих пор на площадке торчишь?

— Так ты меня не пригласила, — пожал Саша плечами.

— Так проходи! — засмеялась Ася.

Саша уже занес было ногу через порог, но понял, что не сможет войти в комнату, куда его занесло на лоскуте лунного света, обметанном черной змеей. Не сможет войти в комнату, где он смотрел в Асины глаза и желал ей смерти!