Большая книга ужасов. Коллекция кошмаров - Екатерина Неволина

– Не знаю, – ответил Влад. – Она ударила меня по голове. Я потерял сознание и очнулся здесь.

– Ответ неверный! – Король скелетов снова ударил электричеством.

Пытка продолжалась, наверное, четверть часа. Влад действительно не знал о моем местонахождении. Фон Вайхс не отступал. Казалось, он просто безумный садист. Но нет, его действия привели к необычному результату. В какой-то момент с узником произошло нечто странное. Голос Влада изменился, стал далеким и гулким.

– Вижу. Вижу. Один из твоих друзей знает, где девчонка. Его зовут Шмидт.

Влад уронил голову на каменный стол и обмяк. Я подумала, что с ним покончено, но нет – проклятый убийца дышал, он явно пережил пытку. Паук обиженно пискнул. Фон Вайхс вышел на середину зала, поднял голову и заорал:

– Эй, Шмидт! Иди сюда, образина членистоногая!

Мое сердце сжалось в холодный комок. Король скелетов смотрел прямо на меня! Лишь через мгновение до меня дошло: наверху темно и сквозь паутину нас не разглядеть. Паук всполошился и метался по своей сети, раскачивая меня:

– Откусить кусочек сейчас или нет? Он заметит.

«Не надо, пожалуйста», – молилась я про себя.

– Нужно сделать еще один укол. Нет, не успею.

– Шмидт, не зли меня! – крикнул фон Вайхс.

Паук прыгнул вниз на сеть, добежал до стены и сполз по ней в зал.

– Где девчонка? – спросил Король скелетов.

Я начала крутиться и раскачиваться.

– Какая именно? – поинтересовался паук.

– Ты ведь подслушивал и все знаешь!

– Как можно, господин?! Подслушивать невежливо.

Я выскользнула из кокона и висела, зацепившись одной ногой за самую прочную нить.

– Хватит! – Фон Вайхс сжал кулак и ударил по каменной плите. Полыхнул сноп зеленых искр. – Говори, где она!

Мне удалось освободить ногу. Я грохнулась на паутинный пол. Он заметно прогнулся подо мной. Фон Вайхс и паук посмотрели вверх.

– Думаю, вы имели в виду именно эту девушку, – сказал Шмидт и отскочил подальше от Короля скелетов.

– Взять ее! Немедленно! – рявкнул фон Вайхс.

Мои ноги заплетались, так что я не бежала, а шаталась по паутинному полу как пьяный моряк. Сложно сказать, как именно мне удалось попасть в узкий темный коридор. Скорее всего, случайно. Фон Вайхс поднял руки. Шандарахнуло электричеством так, что содрогнулись каменные стены. Шмидт забрался на верхний ярус подземелья и погнался за мной. Я неслась вперед, ничего не соображая. В висках звенели оглушительные колокола. Казалось, сердце сейчас разорвется – и все, конец! Вот мои ватные ноги ощутили под собой пустоту. Я полетела вниз и через мгновение упала на что-то бугристое, угловатое и неприятное. Куда бы меня ни занесло, кромешная тьма была отличным убежищем. Паук проскочил надо мной, мерзко семеня своими лапками. Минут через пять по верхнему коридору прополз кряхтящий и хнычущий мертвец. Меня никто не видел, и я немного успокоилась. Смущали только странный тихий звук, медленное скрежещущее движение вокруг и отвратительный затхлый запах. Прошло, наверное, полчаса. Я успела поплакать о Мише, поныть из-за боли в плече.

«Неужели мертвецы забыли про меня?»

В любом случае нужно было осмотреться, попытаться спастись. Мне с трудом удалось принять вертикальное положение. Нечто подо мной шаталось, ползло и двигалось. Даже думать не хотелось о том, что это может быть. Сделала пару шагов, попыталась нащупать стены, но вокруг была лишь пустота. Тогда я решилась, достала телефон и посветила. Громкий крик вырвался из моего горла. Здесь повсюду были мертвецы. Вялые, полуистлевшие, копошащиеся тела. Еще руки, ноги и головы, которые продолжали жить собственной жизнью. Заметив свет, трупы оживились, заворочались, поползли в мою сторону. Дрожащими руками я заблокировала и спрятала телефон. Слишком поздно! Кто-то услышал мой крик и бессвязный гул мертвецов. Пока светил мобильник, я успела заметить далекую черную стену с массивной дверью. Сейчас оттуда доносился шум – кто-то возился со старым ржавым замком. Нужно было срочно спрятаться. Но куда? Вариант был только один. Я нырнула в гущу мертвых тел и начала закапываться. Запах гниющей плоти заполнил легкие. Меня стошнило. Громыхнул взрыв. Тьму озарили зеленые молнии.

– Где-ты, девочка?! – прозвенел голос фон Вайхса. – Можешь прятаться сколько угодно. Все равно я тебя найду!

Я не шевелилась и надеялась, что мое сердце стучит не слишком громко. Слышно было, как хрустят кости мертвецов под ботинками фон Вайхса. Через минуту ему надоело искать.

– Где она?! – закричал Король скелетов, и зеленые молнии начали хлестать направо и налево.

Мертвяки вяло закричали и стали отползать от меня. Вскоре все было кончено.

– Вот ты где! – Король скелетов подошел ко мне. – Добегалась.

Длинный костяной палец дотронулся до моего лба. Через него устремился дикий воющий холод. Он забрал все силы, наполнил меня тоской и отчаяньем.

– Кажется, ты что-то украла, маленькая свинья. – Фон Вайхс поднял руку. Карты одна за другой стали вылетать из моего кармана и ложиться в его гнилую зеленоватую ладонь. Когда этот процесс закончился, Король скелетов удовлетворенно сказал: – Хорошо. Сейчас у меня есть важные дела, но я скоро вернусь, чтобы заняться тобой. Пока привыкай быть мертвой.

Фон Вайхс ушел. Силы покинули мое тело. Попытка пошевелиться рождала мучительную боль. Мертвецы начали заполнять свободные места, и вскоре я оказалась погребенной под тошнотворным слоем мертвой плоти. Так мне и надо! За то, что не спасла Надю, погубила Мишу. Так и буду лежать и гнить заживо тысячу лет. Эти мысли мучительно долго стучались в мою голову. Так долго, что я с нетерпением стала ждать смерти.

Вдруг что-то зашевелилось у меня под курткой.

«Наверное, какой-нибудь могильный червь», – подумала я без всякого сожаления. Не хотелось только, чтобы боли стало больше.

Движение продолжалось – настойчивое такое дерганье. С огромным трудом я дотянулась до кармана. Рука горела жуткой скрежещущей болью. Что-то холодное и гладкое, как змеиная кожа, прыгнуло мне в ладонь. Это была карта! Джокер. Каким-то образом он избежал воздействия темной магии и не полетел к фон Вайхсу. Картинка светилась, так что я отлично видела шута с кинжалом. Он смотрел на меня и казался невероятно серьезным. Поймав мой взгляд, Джокер принялся что-то показывать жестами – ткнул пальцем в себя, потом в свою голову.

– Ты дурак? – спросила я без всякой нехорошей мысли.

Карлик скорчил недовольную рожу и принялся снова объяснять – пальцем на себя, на меня, на свою голову.

– Мы оба дураки… – проговорила я обреченно.

Шут заскрежетал зубами, но продолжил свою пантомиму – показал на себя. Интересно, чего он добивается? Ладно, сыграем в его игру, так боль кажется не такой нестерпимой:

– Ты. Кто ты? Ты Джокер.