Большая книга ужасов. 64 - Сергей Охотников

Проснулся я оттого, что кто-то барабанит по кровати. Звук был равномерным и настойчивым, как тактовая частота процессора: там-там-та-там.

– В чем дело? – спросил я, оглядываясь.

– С-с-с-спусти м-м-меня вниз, – прорычал Степа. – Мы из-за тебя на занятия опоздали.

– Вчера пришлось поработать ночью, – ответил я. – Попросил бы одного из Воронцовых.

– Спускай! – Степа продолжал стучать по спинке кровати.

– Ладно! Успокойся! Нужно будет придумать для тебя какой-нибудь механизм.

Я встал с кровати, придвинул к ней пару стульев, и мы снова совершили смертельный трюк, переместив Степу на пол. Он как-то странно посмотрел на меня:

– А что у тебя за ночная работа?

– Да как обычно, – отмахнулся я. – Программирование, хакерские дела, ничего интересного.

Степа смотрел на меня с недоверием. Впрочем, для меня это было привычно – из моих сверстников почти никто не работает. Молчание затягивалось.

– Идем, – сказал я. – Пока нас не начали искать.

– Какой сейчас урок? – спросил Степа.

Я посмотрел в телефоне расписание и вздохнул с облегчением:

– Физкультура.

Степа нахмурился.

– Пойдешь? – спросил я.

Парень стиснул зубы и кивнул. Мы по-быстрому умылись и вышли из комнаты. Степа не мог бежать, но шел быстро. Со стороны его походка смотрелась жутковато, но я уже начал привыкать. Равно как и к его речи – заикание очень быстро стало для меня незаметным. Мы спустились на первый этаж и зашли в спортивный зал. Физрук приветствовал нас свистком и бодрым криком:

– Кто там опаздывает?! Упали и отжались. Двадцать раз!

Только потом учитель присмотрелся и изменил свое решение:

– Степан, тебе отжиматься не надо!

Я покачал головой, понимая, к чему это приведет. Мой новый сосед по комнате попытался принять упор лежа, при этом чуть не упал. Отжимания у него выходили дерганые, но вполне уверенные. Через пару минут мы уже покончили со штрафными упражнениями. Физрук с сомнением посмотрел на Степу, потом на гимнастического козла в центре зала, поморщился и объявил:

– Сегодня до конца урока играем в футбол.

Класс радостно загудел.

– Ты набираешь популярность, – проговорил я.

Степа посмотрел на меня как-то странно.

Дальше день пошел своим чередом, но я постоянно замечал на себе взгляд новенького. Меня это немного напрягало, но что делать – такова уж цена помощи ближнему своему. К концу последнего урока я успел изрядно возгордиться собой. Вообще, хорошие отношения со сверстниками не моя сильная сторона. Мне всегда удается задеть чье-нибудь самолюбие. Тем более что в большинстве случаев оно не подкрепляется столь же выдающимся интеллектом. А тут такие дела – кажется, парень действительно мне благодарен.

Мои иллюзии были развеяны за обедом. Степа, пошатываясь и расплескивая суп, подошел к моему столу и сел напротив.

– Т-т-ты! Д-д-должен взять меня на дело! – сказал парень.

Секунд пять я пытался понять, о чем идет речь, потом все-таки уточнил:

– О каком деле идет речь? Если что, я ни в чем таком противозаконном не замешан.

– Не надо врать! – отрезал Степа. – Вчера ты думал, что все спят, а экран твоего ноутбука слишком ярко светился.

Блин, надо же было так примитивно проколоться! Да у меня же пароль на компе из двадцати символов и меняется каждые две недели! А тут просто подсмотрели через плечо!

– Нет! – твердо ответил я, оправившись от шока.

Степа посмотрел на меня в упор. Видно, что он не собирался так просто сдаваться.

– А я всем расскажу, чем ты занимаешься.

– Нет.

– Я скажу, что ты меня ударил, и тебя выгонят из интерната.

– Нет. Делай что хочешь, это не поможет.

Степа насупился и дышал тяжело. Его обычно бледное лицо покраснело. Парень явно не привык сдаваться.

– Понимаешь, – я тяжело вздохнул, – когда-то у меня была девушка. Очень красивая и умная. Мы попали в одну неприятную историю. Она превратилась в вурдалака и пыталась убить меня и других ребят. Защищаясь, я вбил кусок дерева ей в грудь, и она умерла. С тех пор у меня правило – никого не втягивать в опасные ситуации.

Конечно, я рассказал не всю правду об Алене. Она сама решила стать вурдалаком, так что невинной жертвой ее можно было считать лишь с натяжкой. Но я не лгал, а говорил, как чувствовал. Это подействовало – Степа тяжело вздохнул и опустил голову. Его щеки вновь обрели обычную бледность.

– Ладно, – сказал он. – Но ты можешь проверить одну мою теорию?

По дороге в спальню Степа рассказал о своем увлечении квантовой механикой. Впервые в жизни я почувствовал себя недостаточно умным. Все мои эксперименты с математикой и программированием носили практический характер, у меня никогда не возникало желания лезть в дебри теоретической физики – в отличие от Степы. Он говорил очень увлеченно:

– Квантовая теория объясняет телепортацию[9], но экспериментально это подтверждено только для элементарных частиц.

– Так, – сказал я, – давай без теории. Чем твоя квантовая физика может помочь в данном тяжелом случае?

– Р-р-речь м-м-может идти о щели между мирами. – Степа начал заикаться сильней обычного. Он явно нервничал.

– Что это еще за штука?

– Сейчас придем, я тебе покажу свои формулы! – воскликнул Степа.

– Боюсь, для формул нет времени. Там, между прочим, живая девушка страдает.

– Ладно-ладно, – парень заговорил быстро и почти без заиканий. – Мои расчеты показывают, что есть места, в которых наш мир соприкасается с чем-то другим. И при определенных условиях возможен квантовый переход.

– С чем другим? – уточнил я.

– Не знаю! – отмахнулся Степа. – Может, параллельная Вселенная. Главное, что это делает возможным телепортацию – мгновенное перемещение!

Ох уж эти физики-теоретики – столько восторга. Мне вот совсем не понравилось, что есть места, в которых рядом с нашим миром находится неизвестно что. Как показала практика, там обитают отнюдь не единороги и летающие пони.

– Допустим, – сказал я. – И что нам делать в связи с этим?

– Для начала подтвердить теорию! – воскликнул Степа.

Мы как раз вернулись в спальню, и он достал из своего стола какие-то приборы. Они выглядели так, как будто были собраны из заказанного в Интернете китайского электронного хлама.