Шесть серебряных пуль - Джордж Мартин

Когда дыхание вновь восстановилось, Уилли, держась кустов, начал огибать Новый дом. Во всем доме горело лишь несколько окон, и Уилли надеялся, что оба Хармона уже спят. Двигался Уилли медленно, крадучись, стараясь не шуметь; после каждого шага, остановившись, напряженно оглядывался. Покажись кто-нибудь поблизости, Уилли немедленно превратится в волка. «Теперь в волчьей шкуре ему будет легче», – решил Уилли.

Вторая кожа Уилли – плащ – так промокла, что стала тяжелой, словно свинец; в ботинках при каждом шаге хлюпало.

Обогнув Новый дом, Уилли направился через лес параллельно дороге. Вскоре поворот дороги скрылся за домом, и Уилли, перебежав на противоположную сторону, углубился в чащу. Двигался он теперь уже более быстро и открыто. «А не здесь ли Стивен напал на беднягу Роя Хелендера? – пронзила его внезапная мысль. – Наверняка это случилось где-то поблизости, и уж точно в этом вековом лесу с деревьями в несколько обхватов, с густым подлеском и с влажным мхом под ногами».

По мере того как Уилли удалялся от Нового дома, лес становился гуще, деревья – выше, а их кроны все сильнее смыкались над головой, почти не оставляя просветов. Стало еще темнее, сверху перестали падать даже редкие капли дождя, и Уилли на мгновение показалось, что он ненароком забрался в пещеру, куда со времен сотворения мира не проникал ни единый солнечный луч.

Но минут через десять деревья вдруг расступились. Уилли, вновь почувствовав на лице влагу дождя и ток свежего воздуха, поднял голову. Впереди возвышалась темная стена со слепыми глазами черных окон.

У Уилли перехватило дыхание. Выхватив из кармана ингалятор, он сунул его раструб в рот и надавил на кнопку – раз, другой, третий.

Наконец дыхание восстановилось, и он смог оглядеться. Никого.

Уилли зашагал ко входу в Старый дом, башня которого, как он уже не сомневался, служила Рою Хелендеру тайным убежищем.

* * *

Огромные двустворчатые ворота, вряд ли хоть раз открывавшиеся последние два года, теперь были распахнуты настежь. Эркухарт без колебаний въехал во двор и остановил машину рядом с приземистым кирпичным зданием скотобойни.

Рэнди вышла из машины; ее мгновенно пробрала дрожь.

– Здесь? – спросила она. – Здесь ты и нашел моего отца?

Эркухарт не спеша обвел взглядом огромный захламленный двор с подъездными железнодорожными путями и загоном, по которому обреченные коровы безропотно брели к забойщику, а тот поджидал их в забрызганном кровью кожаном фартуке с кувалдой в руке.

– Да, здесь, – подтвердил Джо, не глядя в сторону Рэнди.

Надолго воцарилась тишина. Лишь однажды вдалеке ухнул филин, а может, то было завывание ветра.

– Ты веришь в духов? – спросила Рэнди.

– В духов? – не понял Эркухарт. – В каких духов?

Рэнди, поежившись, пояснила:

– Мне кажется, Джо, что я чувствую его присутствие. Будто он все еще здесь и сейчас наблюдает за мной.

Эркухарт повернулся к Рэнди. Лицо его было мокрым, то ли от дождя, то ли от слез, а может, и от того и от другого.

– Я заботился о тебе, – сказал Эркухарт. – Как и просил твой отец, я заботился о тебе и желал тебе только хорошего.

Вдалеке под чьими-то колесами заскрипел гравий, и Рэнди увидела за изгородью свет фар приближающейся машины.

– Вы с отцом очень похожи, – произнес Эркухарт устало. – Оба упрямцы, каких поискать. А я… я заботился о тебе. Ведь так? Ты была мне как родная. Так почему же ты, черт тебя дери, не послушала меня?

Внезапно Рэнди многое стало понятно, но почему-то она не удивилась, словно уже многие годы знала правду об Эркухарте.

– Той злосчастной ночью был лишь один телефонный звонок, – уверенно сказала она. – Это ты звонил моему отцу, и это ты просил тебя прикрыть, а не он себя.

Эркухарт кивнул. На секунду его осветили фары приближающейся машины, и Рэнди заметила, что подбородок его дрожит.

– Посмотри в «бардачке», – сказал он чуть погодя.

Рэнди села на край сиденья и открыла отделение для перчаток. Там оказались флакон с аспирином, манометр, атлас дорог и картонная коробка с патронами. Рэнди открыла коробку и высыпала на раскрытую ладонь несколько штук. В тусклом свете приборов они холодно блеснули. Рэнди, оставив коробку на сиденье, вышла из машины, захлопнула дверцу и недоуменно сказала:

– Это же мои серебряные пули. Я не ожидала, что их изготовят так быстро.

– Эти заказал себе Фрэнк восемнадцать лет назад, – пояснил Джо. – Я забрал их в оружейной лавке уже после похорон. Вы с ним, как я уже сказал, два сапога – пара.

Во двор скотобойни въехал автомобиль и остановился метрах в десяти. Яркий свет фар заставил Рэнди заслонить глаза рукой.

– Я просил тебя не ввязываться в это дело, – услышала она наполненный мукой голос Эркухарта. – Я предупреждал тебя! Разве ты не поняла? Им принадлежит весь город!

– Он прав, тебе следовало прислушаться к доброму совету, – приближаясь, промолвил Рогофф.