Окраина - Бентли Литтл

– Ковбои-извращенцы, – подсказала Саша с ухмылкой.

– Саша, – предупредил ее отец.

– Скотт здесь родился, и он знает этот город. И потом, мы совсем не собираемся «шататься» по городу. Я иду к нему домой, а потом мы, может быть, пройдем во «Френч’с» и выпьем там по милк-шейку. А потом я вернусь домой.

– А почему ты не хочешь, чтобы папа отвез тебя?

– А почему бы тебе не повесить на моей спине большой плакат «Неженка и маменькин сынок»? – спросил Адам с гримасой.

– Мы с удовольствием это сделаем, – согласилась Саша.

Тео рассмеялась.

– Так, хватит! – вмешался папа и повернулся к Адаму: – Скажи мне, что ты в действительности собираешься делать?

– Именно то, что я сказал! Боже…

Родители переглянулись.

– Чтобы был дома в восемь тридцать, – сказала мама.

– Но до этого времени осталось всего час тридцать…

– Или так, или никак, – прокомментировал папа. – Хочешь – соглашайся, хочешь – нет.

– Я согласен.

– Если опоздаешь хоть на пять минут, – ухмыльнулся папа, – я поеду тебя искать и буду спрашивать всех встречных: «А вы не видели Адама Томасова? Мамочка ждет его дома».

Тео опять расхохоталась. Уходя, Адам притопнул подошвой теннисной туфли, притворяясь, что он сильно зол. На самом деле мальчик был счастлив – все получилось гораздо лучше, чем он ожидал. Адам схватил расческу и бумажник и выскочил из дома до того, как родители успели передумать.

Скотт ждал его, сидя на низкой деревянной ограде, окружавшей их участок. Из дома, стоявшего в глубине, доносились звуки громкого спора между мужчиной и женщиной, и Скотт сказал:

– Давай сматываться. Мои старики сцепились, и, поверь мне, лучше в такие моменты держаться от них подальше.

Он спрыгнул с изгороди и повел Адама через улицу и темный двор дома, который стоял на самом краю высохшей канавы.

Они спустились в эту канаву и прошли по ней за домами и зданиями, выйдя прямо к полю за школой. Вслед за Скоттом Адам пересек школьный участок, и они вышли на Малахит-авеню и направились по этой улице в сторону центра города.

– Ты мог бы поверить, что город может быть таким мертвым? – с отвращением спросил Скотт. – Всё здесь закрывается в шесть вечера. Чертова дыра… – Он посмотрел на Адама: – Готов спорить, что в Калифорнии все не так.

– Это точно, – рассмеялся Адам.

Но потом он рассказал другу, что в Южной Калифорнии они не смогли бы вот так просто разгуливать по вечерам. Местность кишела бандами, проезжающими машинами, всякими больными и психами.

– И что, вечером на улицу не выйти? – недоверчиво переспросил Скотт.

– Если только у тебя нет машины. Например, в кино, моллы и другие подобные места нас с Тео возил или один из предков, или старшая сестра. А вот просто бродить, как мы сейчас с тобой, – нельзя. – Адам криво усмехнулся и добавил: – Это просто выводит из себя.

– Да, согласен, – кивнул Скотт, улыбнувшись.

Они добрались до торгового района и пошли по тротуару вдоль дороги. В витринах нескольких магазинов горел свет, но «Френч’с» оказался единственным заведением, которое еще работало, да и то в нем не было посетителей. Они зашли туда и купили две кока-колы и порцию жареной картошки на двоих, после чего продолжили свой путь, поедая картошку из замасленного пакета, который передавали друг другу.

В парке Скотт уселся на столик для пикника, а Адам, выбросив пакет в стоявшую рядом урну, облокотился спиной о цепь, окружавшую площадку. Ночью парк казался совсем другим – его контуры были размыты, а размеры, казалось, сильно увеличились в темноте. Они были совершенно одни. В Калифорнии, где любая группа из двух или более человек означала противоправную деятельность, это было бы плюсом, но здесь и сейчас это только усиливало тревогу, которую испытывал Адам. Опираясь на цепь, он стоял лицом к Скотту и смотрел в сторону улицы – основной массив парка находился у него за спиной, и наличие этой черной пустоты действовало ему на нервы. Мальчик небрежно подошел к столу и сел рядом с другом.

– По ночам у людей здесь мороз идет по коже, – сказал тот, хотя Адам вовсе не хотел начинать этот разговор.

Решив не показывать своего страха, он спокойно согласился:

– Ага.

– Знаешь, в этом лесу есть привидения…

Руки Адама немедленно покрылись гусиной кожей.

– Говорят, что давным-давно здесь вроде как поссорились два шахтера. Один убил другого, но, пока шериф добирался досюда, толпа линчевала убийцу, повесив его на дереве. – Скотт обвел опушку рукой. – Может быть, даже на одном из этих. И с тех пор, говорят, здесь завелось привидение.

– А ты его когда-нибудь видел?

– Нет, но я никогда не был здесь ночью.

Листья на верхушке ближайшего тополя зашумели.

– Давай-ка убираться отсюда. – Скотт соскочил со стола.

– Правильное решение, – согласился Адам, быстро последовав его примеру.

Они выбежали на тротуар и повернули налево, замедлив бег, только когда оказались в безопасности, рядом со зданиями, на самой периферии парка.

Тяжело дыша, Скотт наклонился вперед.

– Ничего не хочу сказать, – сказал он, ухмыльнувшись, – но ведь ты тоже это почувствовал, правда? Там наверняка что-то было.

Адам согласно кивнул.

– Я просто хотел это проверить. А идти туда ночью одному слишком страшно, вот я и подумал, что… что вдвоем будет не так жутко. И потом я знал, что ты честно признаешься, особенно если ничего не говорить тебе заранее. – Он взглянул на Адама: – А ты здорово испугался, нет?

– Ага, – подтвердил тот.

– Классно.

Несколько минут они стояли на месте, восстанавливая дыхание. Откуда-то издалека донесся звук автомобильного мотора, сопровождаемый лаем собак. Адаму было хорошо. В этом гораздо больше интересного, чем в шатании по торговым центрам или походах в кино. Это здорово возбуждало. Наверное, ему стоит попросить у родителей разрешения пригласить в гости Роберто на Рождество, или на Пасху, или будущим летом. Он знал, что Роберто со Скоттом понравятся друг другу, и был уверен, что Роберто просто очумеет от этого места.

– А теперь что? Каков наш план? – спросил он, взглянув на друга.

– Не знаю. Можем…

Скотт замолчал на середине предложения, резко посмотрев направо, и Адам проследил за его взглядом.

Перед музеем через дорогу обозначилось какое-то движение.

Сердце Адама подпрыгнуло у него в груди и застряло почти в горле – сначала он подумал, что это призрак, или вампир, или какой-то другой монстр. Но почти сразу же он разглядел, что это была группа шатающихся по улицам старшеклассников.