Тайный поклонник - Роберт Лоуренс Стайн

Селена бросила сверток, но не могла отвести от него глаз.

Обе девушки смотрели на черные, увядшие розы, рассыпавшиеся по полу.

— Ничего себе! — воскликнула Кэти.

— Да уж. Мертвые цветы, — протянула Селена. — Как нелепо.

И тут она заметила маленький белый конвертик, привязанный резинкой к стеблям цветов: Девушка взяла его в руки, распечатала. Дрожащими пальцами вынула письмо и стала читать:

«Дорогая Селена!

Поздравляю!

Твой последний спектакль доставил мне истинное наслаждение.

Но известно ли тебе, что ты должна покинуть сцену, чтобы остаться со мной?

Навсегда».

Выезжая со стоянки, Селена подумала о весеннем спектакле. Представляла, как начнет готовиться к прослушиванию, какие сцены выучит…

— Земля вызывает Селену, — прервал ее голос Кэти. — Ты все еще с нами?

— А? — вздрогнула подруга. Кэти так и покатилась со смеху.

— Значит, ты и вправду на Луне? — воскликнула она. — Если забудешь выбраться из машины, то опоздаешь на вечеринку.

— Извини, — пробормотала Селена. Она только теперь заметила, что машина остановилась перед ее домом на улице Страха. — Просто я задумалась о «Ромео и Джульетте».

— Мы уже обсудили эту пьесу, — усмехнулась Кэти. — Ты можешь еще о чем-нибудь подумать?

— Так и быть, подумаю о парнях, — подшутила подруга. Она выбралась из машины и направилась по дорожке к ярко освещенной открытой двери. — Как бы мне хотелось, чтобы в этом месяце мама не работала в вечернюю смену и пришла посмотреть мою игру.

— Наверное, она постарается увидеть весенний спектакль, — сказала Кэти.

— Если только мне достанется роль, — наметила Селена.

Девушки вошли в прихожую, затем взбежали по скрипучим ступенькам.

«Вокруг меня все рассыпается», — подумала Селена. Ей осточертело жить в такой развалюхе. Но она понимала, что лучшее жилище для них с матерью неподъемно. После смерти отца денег вечно не хватало.

— Больше некому быть Джульеттой, — возразила Кэти, проходя вместе с подругой в ее спальню. — Элисон, конечно, хороша, но не так, как ты. Она и сама это признает.

— И все-таки Элисон выглядит довольно мило, — ответила Селена, бросая свою школьную сумку на розовое покрывало.

— Я помогу тебе учить роль, — вызвалась Кэти.

— Угу, — откликнулась подруга рассеянно. Она совсем не желала этой помощи. Ей нравилось учить роли самостоятельно. — А почему бы тебе не попробовать самой стать актрисой?

— Но какую же мне дадут роль? — возразила Кэти. У нее было килограммов восемь лишнего веса, и она страшно переживала из-за этого.

— Хватит самоуничижения, — попробовала ободрить ее подруга. — В пьесе достаточно ролей. Ты можешь быть, например, нянькой Джульетты.

Кэти промолчала.

Селена взяла баночку с кремом и принялась удалять с лица грим.

— А когда мы были маленькими, ты думала о том, что вырастешь и добьешься такой славы? — вдруг сказала Кэти.

— Нет, конечно. Я думала, что всегда буду толстой и некрасивой.

— Как я, — пробормотала Кэти.

— Но в один прекрасный день я увлеклась театром, — продолжала Селена, будто не слышала ее, — и при этом не думала о славе. Просто решила стать актрисой.

— Как быстро это случилось, — напомнила Кэти. — Тебе хватило всего нескольких уроков театрального мастерства. И ты сбросила вес, ты навсегда отшила Денни… и с первой же роли стала примой.

— Ну это везение относительное, — усмехнулась Селена. — Если всерьез заниматься театром, придется уйти из этой школы.

— Знаю, — согласилась Кэти. — Но тебя все равно считают лучшей актрисой в Шейдисайдской школе.

Она облокотилась на стопку подушек, лежавших на кровати, и вздохнула.

— Надеюсь, слава не отнимет тебя у лучшей подруги.

— Да ни за что! — возмутилась Селена. — Когда я получу Премию Академии, я приеду сюда и скажу: «Хочу поблагодарить мою ближайшую подругу. Ведь все это стало возможным благодаря тому, что она лазила под потолком театра».

Селена закончила снимать грим и открыла стенной шкаф. Достала оттуда джинсы и зеленый свитер.