Большая книга ужасов-37. Добро пожаловать в кошмар! Невеста смерти - Елена Усачева

Обе Натки, поддерживая ее, закивали.

Российские пограничники молча принимали у ребят паспорта и так же молча возвращали. Михеева безрезультатно хлопала глазками и надувала губки. На ее старания никто не обратил внимания.

Эстонские пограничники оказались более суровыми.

— С какой целью едете в Таллин? — Перед ними стояла крепкая женщина лет сорока с цепким холодным взглядом.

— Поклониться могиле Игоря Северянина, — полез вперед Василевский.

Женщина поджала губы и уставилась на Андрюху.

— Как, вы разве не знаете? — понесся вперед Василевский, старательно не замечая посыпавшееся на него со всех сторон шиканье.

Андрюха вскочил, картинно выкинул руку вперед и громко проговорил, старательно грассируя:

Я, гений Игорррь Северррянин,

Своей победой упоен:

Я повсегрррадно оэкррранен!

Я повсесерррдно утверрржден!

В лице женщины ничего не изменилось. Не ожидавший такой реакции, Андрюха растерялся.

— Ну, поэт такой был, — уже без пафоса добавил он. — В Таллине похоронен.

— Это все, что вы знаете про этот город?

Андрюхин паспорт все еще был у пограничницы в руках, она чуть покачивала им, словно решала: отдать или себе оставить.

— По-моему, достаточно, — выдохся Андрюха.

— Распространенное заблуждение. — Пограничница чуть склонилась, отдавая красную книжечку Василевскому.

— Нас там ждут, — поспешила заступиться за непутевого Андрюху Лена.

— Наш приезд предсказан звездами, — зло добавила Таня. Ей было приятно, что пограничница осадила классного зазнайку и выскочку.

— Ну, еще Георг Отс[1], — пробормотал Андрюха, садясь в кресло и глядя вслед идущей по проходу стражу границы.

— Ты бы Калева[2]вспомнил, — хмыкнула Ким. — Она бы оценила. — И покачала коротко стриженной черноволосой головой.

— Теперь ваше слово, миледи! Прошу! — не простил ей шутку Василевский и попытался выпихнуть одноклассницу из кресла.

— Все остаемся на своих местах, — напомнила пограничница, выдерживающая приличествующее случаю суровое выражение лица. — Когда поедете обратно?

— Через пять дней, — не дала ответить своим подопечным Маргарита Викторовна, а то бы им еще долго пришлось выслушивать стихи и комментарии к ним.

— Надеюсь, возвращение будет в том же составе.

— Конечно! — поторопилась учительница, жестом останавливая приподнявшихся девятиклассников. Каждый хотел высказаться о своем желании остаться в чужих краях. Особенно это почему-то задело Айка. Он еще долго вскидывал вверх согнутую в локте руку и повторял:

— Что она имела в виду, а? Что я останусь у них? Нет, ты мне скажи!

И только Инга с Глебом промолчали.

Маргарита Викторовна устало прикрыла глаза. Пускай это будет самым печальным событием на протяжении всей их поездки.

— А что мы такого должны знать? — докапывался до сути правдолюб Вадим. Его математически заточенный ум требовал четких доказательств любому утверждению.

— Все, что вам нужно, вы услышите сегодня утром на экскурсии, — попыталась свернуть возмущенные крики учительница.

— Это было у моря, где ажурная пена,

Где встречается редко городской экипаж…

Королева играла — в башне замка — Шопена,

И, внимая Шопену, полюбил ее паж, —

грустно процитировал очередной опус Северянина Василевский.

— Дурак, — внезапно обиделась на него Таня, на что Сашка Борзов неожиданно громко рассмеялся.

Утро было пасмурным, в воздухе чувствовалась влага, словно девятиклассники из уютного, надежного поезда шагнули прямо в море. Оно и правда оказалось неподалеку. Отсюда, с вокзала, его не было видно, но легко было представить, что где-то там, в каких-нибудь пяти сотнях метров, оно бьется о каменное ограждение порта.

— Здравствуйте, дорогие мои! Наконец-то мы вас дождались!

Они еще толком не успели оглядеться, когда рядом с ними оказалась высокая худая женщина с улыбчивым круглым лицом и коротко стриженными белыми волосами.

— Здравствуйте! Я рада вас видеть! — заговорила она еще издалека, гостеприимно распахивая объятия, словно готова была обняться с каждым. — Как доехали? Я уж думала, мы не встретимся.

— Вы Марина? — пошла ей навстречу Маргарита Викторовна.

— Здравствуйте, дорогие мои! — снова пропела женщина.

— Заело, — успел шепнуть Василевский на ухо Голубевой. Лена равнодушно качнула головой.

— Ну что же, начнем рассказ о городе? — снова всплеснула руками женщина, так и не подтвердившая своего имени. — Я постараюсь рассказать как можно больше. Это вам пригодится. Особенно некоторым из вас.

И она пристально посмотрела на Таню. Та смущенно улыбнулась и поспешно отвела глаза. И тут же перехватила внимательный взгляд незнакомца. Только сейчас, словно до этого им кто-то не давал разглядеть, ребята увидели рядом с Мариной невысокого крепкого парня с добродушным лицом, внимательными серыми глазами и коротким ежиком светлых стриженных волос. В руке он держал бумажку и все время мял ее, накручивая на пальцы. В какой-то момент на белом жеваном лоскуте мелькнула цифра «десять».

— А что, жрать не будем? — с ходу возмутился Сашка. Девчонки смущенно зашикали, хотя бросить сумки и поесть хотелось всем.

— Мы сейчас идем к вам в гостиницу! — заторопилась экскурсовод. — Это недалеко, минут пятнадцать-двадцать. По дороге я что-то расскажу про город, чтобы вы уже лучше ориентировались. В гостинице вы размещаетесь, завтракаете, после чего мы идем на обзорную экскурсию. Потом обед и свободное время.

— Во всем этом расписании мне больше всего нравится «свободное время», — прокомментировал Андрюха.

— А я думала, «обед», — хмыкнула Лена, отходя от него подальше.

Глеб с Ингой стояли в стороне и молчали, словно их это все не касалось.

— В Таллин невозможно не влюбиться, — с воодушевлением заговорила Марина. — Я вам в общих чертах расскажу о городе, и вы поймете, что он полон тайн и загадок. Вы сами не захотите отсюда уезжать.

Вадим поморщился. Что-то подобное он уже читал в путеводителе.

Марина бодро пошла вперед, остальные потянулись по платформе за ней, обогнули стайку киосков. Первыми восхищенно ахнули Натки.