Побежденный. Hammered - Кевин Хирн

Прибавьте сюда мою коллекцию редких книг, среди которых имелось несколько по-настоящему опасных манускриптов, защищенных по-настоящему опасными заклинаниями. Я не мог оставить ни книги, ни заклинания там, где они сейчас находились, но выглядеть все должно было так, будто они не покидали шкафов.

Именно из-за таких проблем мне нравится иметь адвокатов. Они делают для меня множество полезных вещей и все держат в секрете на основании закона об адвокатской тайне. После утренней пробежки с Обероном я включил для него по телевизору «Планету животных» и встретился с одним из своих адвокатов, Халом Хёуком, в кафе «Чомпиз», в Темпе. Хал заказал рогалик с копченой лососиной (о, ужас), а я выбрал рогалик с голубикой и сливочным сыром.

Хал выглядел очень деловитым, выражение его лица оставалось нейтральным, движения консервативными и точными. Он чувствовал некоторый дискомфорт в своем темно-синем костюме в тонкую полоску, что выглядело довольно забавно, поскольку костюм сидел на нем безупречно. Я знал, что он нервничает. Он не вел себя так с тех пор, как я впервые появился в Темпе, и Стая еще не определила мой статус. Мне стало интересно – неужели мой статус в Стае неожиданно изменился?

– Что ты так нервничаешь, Хал? Признавайся.

Хал пристально посмотрел мне в глаза, а я с интересом наблюдал, как его плечи заметно расслабляются, хотя для этого ему пришлось приложить некоторые усилия.

– Я совсем не нервничаю. Твоя оценка оскорбительна и безосновательна. Я ни разу не дернулся за те две минуты, что мы провели вместе.

– Я знаю, что попытка скрыть то, что тебя беспокоит, приведет к несварению твоего желудка. Давай, расскажи, что случилось, и сможешь наконец расслабиться.

Несколько секунд Хал смотрел на меня в каменном молчании, потом его пальцы принялись барабанить по поверхности столика. Да, он был на взводе. Но когда Хал заговорил, я едва слышал его голос.

– Я не хочу быть альфой.

– Ты не хочешь быть альфой? – сказал я. – Ну, в таком случае твои мечты сбылись. Гуннар – альфа, а ты пес номер два.

– Гуннар отправляется с тобой в Асгард.

Я заморгал.

– В самом деле?

Он едва заметно кивнул.

– Решение принято вчера вечером. Лейф его уговорил. А я буду альфой до его возвращения. И, если он не вернется… ну, тогда я обречен.

– Бу-га-га, включаем саркастический смех. Ты не можешь быть главным псом и говорить мне, что обречен, Хал. Никто тебе не поверит.

– Мне нравится быть вторым после Гуннара, – проворчал Хал. – Я не хочу принимать решения. А если он не вернется, мне придется постоянно этим заниматься. И таких решений станет в десятки раз больше, если еще и Лейф не вернется.

– Кстати, как Лейф? Он отрастил палец? – Лейф потерял палец – и едва не закончил свое существование – в схватке с немецкими ведьмами, когда те умудрились поджечь его воспламеняющуюся плоть.

– Да, он в полном порядке. Сегодня вечером придет вместе с Гуннаром тебя навестить.

– Хорошо. А с чего ты взял, что возникнут проблемы, если Лейф не вернется?

– У нас с вампирами начнется самая кровавая война в истории, если он будет отсутствовать больше месяца. Они уже начали разнюхивать.

– Прошу прощения?

– Вампиры. Они хотят захватить территорию.

– Самая кровавая война в истории разгорится из-за Темпе?

Хал посмотрел на меня, пытаясь понять, шучу я или нет.

– Его территория намного больше, чем Темпе, Аттикус. Только не говори, что ты не знал.

– Ну так я скажу. Мы с Лейфом никогда не говорили о территории, потому что меня это не интересовало, а он не хвастун. Я знаю, что Лейф в одиночку контролирует Темпе, поскольку я ни разу не почувствовал присутствия другого вампира в городе, но я не представляю, как он может управлять большой территорией.

Хал фыркнул, подпер руками щеки и посмотрел на меня сквозь пальцы.

– Аттикус, Лейф контролирует весь штат Аризона. В одиночку. Он самый крутой из крутых вампиров. И самое старое существо из всех, кто живет в этом полушарии, за исключением тебя и местных богов. – Хал опустил руки и склонил голову набок, как любопытный пес. – Ты действительно не знал?

– Не знал. Почему это должно было меня интересовать? Я не вампир, и мне не нужна территория Лейфа. Тебе ведь не требуется весь штат для твоей Стаи, верно?

– Ну, нет, но ты должен знать, что здесь будет происходить.

– Вовсе нет. Я переезжаю.

– Куда бы ты ни перебрался, ты это сразу почувствуешь. Такого рода вакуум власти приведет всех амбициозных лидеров вампиров в наш штат в надежде получить для себя хотя бы часть территории. При таком раскладе они оставят за собой новый вакуум власти. Я тебе гарантирую, что, если Лейф не вернется, волна прокатится по всей стране и захватит другие страны.

– Ну, и что ты предлагаешь мне по этому поводу сделать?

– Позаботиться, чтобы Гуннар и Лейф вернулись. В таком случае мне не придется становиться альфой и беспокоиться о войне с толпами кровососущих тварей.

– Я не могу поверить, что Лейфа так боятся. Он вполне разумный парень.

– Для тебя и для меня – да. С нами он прекрасно сотрудничает. Но, насколько мне известно, он настоящий ужас для других вампиров. Они его боятся, и на то есть серьезные причины. Разве ты сам не понимаешь, что Лейф не должен был выжить после таких ожогов.

Я приподнял брови.

– Да? И почему?

– Это был не обычный огонь, когда можно просто сбить пламя. В него швырнули адский огонь, Аттикус. Его практически невозможно погасить. Он бы уничтожил любого другого вампира.

Наступила тишина, пока я обдумывал слова Хала. Война вампиров действительно сулила неприятности всем, но я не понимал, как ее предотвратить – мне и без того предстояло слишком много сделать. Кроме того, к собственному удовлетворению, я решил, что это не моя проблема.

– Ну а теперь перейдем к делу? – прервал молчание Хал.

– Хорошо.

Хал положил свой портфель на стол и достал блокнот. Я рассказал, что мне нужно: доставить «ФедЭксом» к завтрашнему утру примерно три сотни относительно редких книг – ничего особенного, просто старых. Кроме того, мне требовалась фирма, которая составит документы на продажу магазина Ребекке Дейн через три месяца за доллар и семьдесят два цента.

– А почему семьдесят два? – поинтересовался Хал.

– Потому что всякий, кто будет изучать условия сделки, задаст тот же вопрос. Я хочу, чтобы детектив Гефферт счел это важной уликой. Я надеюсь, на ее основе он придумает теорию заговора. Я взял это число лишь для того, чтобы сбить его с толку.

Хал пожал плечами и все записал. Кроме того, фирма должна была платить зарплату Ребекке и тем продавцам, которых она дополнительно наймет, в течение трех месяцев.