Большая книга ужасов. Коллекция кошмаров - Екатерина Неволина

Что-то мокрое и холодное ползло по моему лицу. Я отмахнулась рукой и перевернулась на другой бок. Оно вернулось. До меня начал доходить смысл происходящего. Глаза нехотя открылись. На моей подушке лежал земляной червь, толстый и красный. Другой полз по волосам. Я дико заорала и сбросила с себя эту гадость. Подняла глаза и увидела кое-что похуже. На письменном столе лежал огромный земляной ком. Из него ползли черви, на пол сыпались черные жирные крошки. Откуда он мог взяться? Сначала я подумала на отца, он у меня шутник.

– Пап, это не смешно!

Впрочем, даже для него это уж слишком. Подтверждая мои худшие догадки, земляной куб поднялся в воздух и через секунду взорвался, окатив грязной землей пол и стены. Теперь посреди комнаты висела та самая колода. Карты начали вылетать из нее одна за другой. Вокруг них распространялось неприятное зеленоватое свечение. Они окружили меня. К моему лицу приблизился Джокер. Его картинка ожила. Карлик слез со своего трона, подошел ко мне и начал жонглировать тремя предметами. Когда я смогла их разглядеть, у меня по коже побежали мурашки. Это были Смерть, умирающий Гонец и моя собственная голова. Джокер подмигнул мне, и тут же зазвонил мобильник. Карты посыпались на пол. Я стояла, не зная, что делать. Потом все-таки взяла трубку.

– Доброе утро. Меня зовут доктор Крутов. С кем могу поговорить по поводу здоровья Нади Шаховской?

У меня сердце замерло, голос стал чужим и взрослым:

– Со мной, я ее сестра.

– Можешь позвать кого-нибудь из родителей? – спросил мой собеседник.

– Нет, – отрезала я. – Наш папа давно сбежал, а мама… В общем, плохие новости могут ее убить.

И откуда только у меня появилась способность так нагло врать?

– Хорошо… – Доктор Крутов замялся. – Видишь ли, сегодня ночью мы констатировали у Нади смерть мозга, но она все еще может помочь спасти несколько жизней, если станет донором органов.

Телефон выпал из моих рук, отскочил от кровати и аккуратно лег на тумбочку. На мгновение мир поплыл перед глазами. Как же так?! Все было напрасно?! Просто легла спать и не остановила Смерть. Карты валялись по всей комнате. Прямо рядом со мной та самая – с косарем в черном плаще. Сколько вообще времени? Я посмотрела на будильник – восемь пятнадцать. Может, еще не слишком поздно?

– Алло! Вы меня слышите? – кричал мобильник.

Меня взяла злость. Вместе с ней пришла безумная надежда. Я перевернула карту Смерти и подобрала с пола еще одну, закрытую. Взяла трубку и проговорила ледяным голосом:

– Уверена, вы ошиблись. Проверьте еще раз вашу аппаратуру. В любом случае мама не скоро сможет подписать документы. Думаю, Надя поправится.

– Хорошо, – ответил доктор и повесил трубку, – ему явно уже приходилось сталкиваться с подобной реакцией.

Я открыла карту – Пустой карман. Что бы это могло значить? Деньги кончились? Украли? Потеряли? Чего-то не хватает? Вдруг меня как будто током ударило. Я бросилась собирать и пересчитывать карты. Семьдесят две. Цыганка говорила, что похоронить нужно все! А в записях тети Ксении карт было то ли семьдесят три, то ли семьдесят четыре. Я побежала в прихожую за своей курткой, там в кармане лежали самые важные листки с антресолей. Где-то в мозгу промелькнула мысль: «Столько грязи! Мама меня убьет!»

Размениваться по мелочам времени не было. Следующие полчаса я раз за разом пересчитывала колоду и перечитывала документы. Ничего не сходилось. Ксения Тихоновна писала, что в цыганских таро семьдесят четыре карты. По документам у фон Вайхса было изъято семьдесят три. А мне досталось еще меньше. Правда, всего на одну. Меня охватила дикая паника. Я готова была винить и себя, и всех окружающих в утере проклятой карты.

– Где?! Где мне их искать?! – кричала я.

Со мной случилась настоящая истерика. Все напрасно! Надя умрет. Потом карты убьют меня и Мишу. Я плакала на своей подушке минут пять. Немного успокоившись, побежала в ванную умываться. Несколько раз плеснула в лицо холодной водой. Посмотрела в зеркало и увидела Смерть. Она стояла прямо за мной. Костлявая рука легла на мое плечо. В пустых глазницах ползали светящиеся насекомые. Я заорала, выбежала из ванной и бросилась в свою комнату. Смерть уже ждала меня там. Ржавая коса поднялась в воздух. Я нырнула вниз, схватила с пола первую попавшуюся карту и открыла. Яд – большая бутылка с зеленой дымящейся жидкостью. Смерть улыбнулась черным ртом и растаяла в воздухе. Тут же зазвонил мобильник. Я взяла трубку. Ответила усталым, убитым голосом:

– Алло.

– Это снова доктор Крутов. Поразительно, но вы оказались правы. Я еще раз проверил мониторы – Надя действительно жива, но в коме.

«Ненадолго», – подумала я, а вслух сказала:

– Она обязательно поправится.

– Буду держать вас в курсе…

Как же все-таки хорошо, что мой телефон оказался первым в списке у врачей. Срочность и суматоха имеют свои плюсы. Из коридора послышался какой-то неприятный кашляющий звук. Я бросила мобильник на кровать и выбежала из комнаты. Мой кот стоял над большим куском багрового мяса. Вид у Аристарха был странный и нездоровый. Яд! Я сгребла пушистого в охапку, бросилась в ванную, открыла воду и сунула кота мордой под кран. Рот у бедняги был открыт. Аристарх попробовал вяло сопротивляться. Оцарапать мне руку – вот и все, на что у него хватило сил. Мне удалось прополоскать ему рот. Много воды попало в желудок. Аристарха стошнило. В раковину плюхнулся кусок мяса, он источал жуткую вонь и стал почти черным. Кот обмяк в моих руках, превратившись в тяжелый меховой мешок.

– Нужно к ветеринару, – пробормотала я и дальше действовала на автомате. Кое-как собралась, сложила все карты и тетушкины записи и запихала Аристарха в переноску.

Клиника для животных была рядом с домом, и уже через пять минут я ворвалась туда с криком:

– Помогите, моего кота отравили!

Меня даже пропустили без очереди. Ветеринар, доктор Настя, знала Аристарха – делала ему прививки. Котяре промыли желудок и напичкали его таблетками.