Последняя жертва Розы Ветров - Наталья Ефремова

– Гордон Келлер, – пояснил Стив, выводя машину на шоссе. Я обратила внимание, что фуры у обочины больше нет и, сама не знаю почему, облегченно вздохнула. – Он наш садовник, дворецкий, секретарь и вообще уникальный в своем роде человек. Можно сказать, он член нашей семьи, как и его жена Мария.

Я вспомнила, как Стив упоминал о том, что в доме живут двое слуг.

– А чем занимается Мария?

– Мария не менее уникальна, чем Гордон. Она горничная, кухарка, экономка и единственная женщина на острове. Я ее просто обожаю, и ты тоже ее полюбишь, я уверен.

«Единственная женщина на острове…»

Эта фраза неожиданно вызвала у меня острую волну паники, и лишь спустя секунду-другую я сообразила, что было тому причиной.

Слова старого рыбака о проклятии Розы Ветров.

Выходит, он ошибался. Мария Келлер живет на острове со своим мужем, а другие женщины там просто не бывают из-за замкнутого образа жизни Ричарда Логана. Вот и объяснение. Вполне себе логичное и абсолютно несверхъестественное, между прочим.

Мне очень хотелось расспросить об этом Стива, но что-то в выражении его лица удержало меня от этого: он был встревожен, хотя и пытался скрыть это за беспечной болтовней.

– Стив, что тебя беспокоит?

Он посмотрел на меня и улыбнулся:

– Я уверен, мне влетит от Гордона. Он педант и, что еще хуже, исключительно пунктуальный педант. Сэм сообщил, что он нас уже ждет, а это значит, мы ужасно опаздываем.

– Прости, это я виновата. Долго собиралась.

– Ты не виновата. Тут больше погода подвела. Я рассчитывал, что мы доедем быстрее, а видишь, как получилось.

Я посмотрела на снующие туда-сюда дворники.

– Надеюсь, мистер Келлер примет мои извинения.

– Он ни слова тебе не скажет.

– Как это? Ты же сам только что заявил, что нам от него влетит.

– Однозначно, только влетит не нам, а мне, и для этого Гордону не обязательно что-то говорить. Он вообще редко открывает рот, преимущественно во время еды.

Я решила отложить выяснение характеров обитателей острова до знакомства с ними.

– Не думаю, что ты переживаешь из-за нагоняя за опоздание. На тебя это не похоже.

Логан усмехнулся и согласно кивнул.

– Тогда в чем дело? Я же вижу, что-то не так.

– Да ты знаешь, меня дернуло еще и в госпиталь позвонить, – нехотя признался Стив и поморщился. – А там какая– то ерунда творится…

– Что-то серьезное?

– Не знаю, надеюсь, нет, – он постучал пальцами по рулю, и это движение подтвердило мою догадку о его нервозности, которую он пытался скрыть. – Зря я туда звонил. Или наоборот, не знаю… Ладно, там посмотрим. Ты не переживай, я разберусь. Может, поспишь пока?

– Да, пожалуй, – я приняла его объяснения, которые ничего, в сущности, мне не объяснили, но настаивать и продолжать расспросы не стала: если бы Стив счел нужным, рассказал бы мне больше. Он предпочитал не распространяться о проблемах на работе, обосновывая это тем, что ему не хочется лишний раз меня расстраивать. К тому же никто не отменял врачебную этику.

– Хочешь, я выключу музыку?

– Не стоит. Она мне не мешает.

Я прислонилась виском к холодному стеклу и только закрыла глаза, как сон на самом деле начал одолевать меня. И все-таки, прорываясь сквозь обволакивающую сознание дремоту, в висках стучали тысячи тревожных молоточков.

«Единственная женщина на острове…»

Мысли поневоле вернулись к рыбаку в «Риверсайде».

Странный старик. Что он имел в виду, говоря о том, что с острова не возвращаются такие, как я? Какие «такие»? И куда они деваются?

«Они много могли бы вам порассказать о живых и мертвых Логанах… Роза, похоже, осталась там навсегда и никогда не уберется в преисподнюю, где ей самое место…»

Как только моих мыслей коснулось имя Розы Логан, я вновь ощутила приступ беспричинного страха и еле ощутимое холодное дуновение у лица, хотя, возможно, холод просто исходил от стекла.

Впервые за весь этот длинный день я пожалела о том, что приняла приглашение Стива.