Логово снов - Либба Брэй

– Не двигайтесь, – прошептал Мефис. – Стойте… совершенно… неподвижно.

Синее платье нетвердо шагнуло вперед, снова принюхалось, покачалось неопределенно. А потом распахнуло пасть и завизжало. Из тьмы ответили другие крики – рев богомерзкой армии.

Фонарик вправо – кажется, там коридор пока пуст.

– В другую сторону, – крикнул он, и они бросились дальше, в глубину подземки.

– Не хотелось бы говорить, что я вам так и говорила, – поделилась Эви (голос ее прерывался на бегу), – но таки да, вообще-то я вам так и говорила.

– Побереги дыхание, – выдохнул Сэм. – Оно тебе еще понадобится.

Мемфис глянул через плечо на зеленые фигуры, мелькающие между арками опор. Уже целая стая гналась за ними, корчась и извиваясь; ее жуткие лающие рыки звенели над путями и отскакивали от стен. Не то предостережение – не то зов о подкреплении.

– Осторожно! – Мемфис едва успел отдернуть Сэма, ботинок которого чуть не угодил под деревянную покрышку контактного рельса.

– Спасибо, друг, – выдавил дрожащим голосом тот. – В жареном виде я не очень.

– Погоди с благодарностями, впереди еще тоннелей на много миль. И куча мест, где эта дрянь может прятаться.

– Поднажмем, – подала голос Тэта. – Я вижу впереди станцию. Это должен быть «Бруклинский мост».

Яркие фонари станции так прыгали у них перед глазами. Они бежали. Они были уже близко. От звука, неприятно похожего на клацанье когтей по кафельному полу, у Сэма волосы на загривке стояли дыбом. Он посмотрел вверх – ничего. Зато справа и шагах в трех впереди какое-то движение – он ударил светом в пространство между арками. Высоко под потолком призрак зашипел и застрекотал вниз по стене, прогнувшись в «мостик» назад, будто гигантский паук. Его ногти щелкали по кафелю почище подметок чечеточных туфель. Еще раз зашипев, он плюхнулся на рельсы перед ними. В призрачной руке был зажат плюшевый кролик.

– Что. Это. Такое? – Тэта остановилась как вкопанная.

– Это ребенок, – сказал Мемфис. – Просто ребенок.

– Был ребенок, – поправил Сэм, пятясь. – Теперь, надо полагать, демон…

– Все дети – демоны, – сообщила Эви, тяжело дыша. – Именно поэтому я всегда наотрез отказывалась с ними сидеть.

– Эвил, заткнись, – испуганно прошипела Тэта.

Ночь расцвела взвизгами, рыками и гортанными криками; адский хор неуклонно приближался. Маленькая девочка перед ними разинула пасть. Кровь, черная, как полночь, побежала из глубоких трещин по обе стороны рта. Она была как голодный хищник, почуявший добычу.

– Ну, нет, только этого не хватало, – в ужасе простонала Эви.

Призрачное дитя прыгнуло вперед, щелкая челюстями, но координации ему не хватило, и оно приземлилось лицом в шпалы. В это мгновение Мемфис успел сдернуть Эви у него с дороги, в сторону «Бруклинского моста». Бывшая девочка закопошилась на рельсах, повернула к ним голову, принюхалась, завизжала и кинулась за Мемфисом и Эви. Другие твари уже виднелись в тоннеле, мерцая на фоне тьмы, отрезая Сэму и Тэте дорогу за ними.

– Скорее, – Сэм потащил Тэту через пути и между колонн в боковой тоннель.

– Но, Мемфис…

– Нам туда нельзя, Тэта! Или сюда, или нам крышка.

Тэта проводила Мемфиса и Эви взглядом и неохотно нырнула за Сэмом в тоннель, удаляясь от них с каждым шагом.

Мемфис и Эви вскарабкались на платформу на станции «Бруклинский мост», протолкались через новомодные турникеты, где сам платишь монеткой, мимо реликтового деревянного компостера и ринулись к пустому билетному киоску. Мемфис рывком распахнул дверь, закинул Эви внутрь, вскочил сам, захлопнул дверь и запер. Никаких светящихся монстров видно не было. Однако не прошло и минуты, как зеленые ручонки ухватились за край платформы, девочка выбралась наверх и по-жучиному быстро поползла вперед.

– Дома у меня была подружка, Дотти, она тоже была гуттаперчевая, и я думала, что это дико круто. Но вот это вот – просто жуткая жуть, – прошептала Эви.

– Тс-с-с, – оборвал ее Мемфис.

Призрачный ребенок принюхался, потом еще, а потом кинулся со всей силы на железную решетку кассы. Эви завопила, и их с Мемфисом швырнуло об заднюю стенку крошечной будки. Рука пропихнулась через отверстие для мелочи и поползла дальше внутрь, будто змея.

– Не-на-ви-жу призраков! – заорала Эви, пинком распахивая дверь и таща за собой Мемфиса прыжками вверх по ступенькам в сторону выхода в город.

Первый пролет окончился коридором, который гостеприимно шел вправо и влево.

– Куда? Куда? – в ажиотаже крикнула Эви.

Впрочем, это было уже неважно: c обеих сторон надвигались призраки. А снизу уже поспевала их малолетняя преследовательница.

– Встань за мной, – скомандовал Мемфис, отодвигая Эви к себе за спину.

– Сказала бы я тебе не благородничать, но я, кажется, сейчас помру от ужаса.

Призраки надвигались. Девочка уже поднялась на самый верх лестницы. До нее был где-то фут. Эви чуяла несущуюся от нее гниль и видела глубокие темные трещины на лоснящейся коже. Она и рада была бы закрыть глаза, да страх не давал. Мемфис сжал ее руку.

То, что когда-то было чьей-то дочкой, подобралось совсем близко к Мемфису и глубоко втянуло воздух – а потом отшатнулось, сжалось и зашипело. И издало леденящий кровь вопль. Другие ответили. Мемфис и Эви стояли, не шевелясь. Девочка развернулась и уползла обратно по ступенькам во тьму – вынюхивать другую дичь.

– Почему оно это сделало? – прошептала, не веря своим глазам, Эви.

– Не знаю, – ответил Мемфис.

Он поглядел направо, налево по коридору.

– Они не двигаются. Давай бежать, пока можно, – сказал он.

Эви не пришлось просить дважды. Они взлетели по второму пролету лестницы и не издавали ни звука, пока не вырвались на промокшую от дождя улицу. Ливень окатил их как из ведра, и тогда они закричали, выпуская все, что так долго держали внутри. Прохожие, спешившие мимо под защитой зонтиков, поглядели на них, как на пациентов приюта для умалишенных. Какая-то леди с отвращением прикрыла рот рукой в перчатке.

– Господи боже! – вырвалось у нее.

Только тогда до Эви дошло, что она все еще сжимает в скрюченных от ужаса пальцах череп.

– А мы тут «Гамлета» даем! – проорала она женщине, пряча череп под пальто. – Каждый вечер в восемь и утренние спектакли по воскресеньям. Приходите!

– Тэту видишь? – Мемфис кружил рядом с выходом, принюхиваясь не хуже призрака.

– Они могли выбраться первыми и сейчас уже на пути на кладбище, – предположила Эви.

– Я без Тэты не пойду.

– А я не пойду туда, обратно, – заявила Эви. – Мы договорились двигать к церкви Троицы. Они знают, что встретят нас там. Чем скорее мы похороним эти кости, тем целее будем – все мы.