Носферату, или Страна Рождества - Джо Хилл

– Вторая часть плана… – начала она, затем повернула голову и посмотрела на съезд с шоссе.

В ночи к ним двигалась машина. Ее свет фар пробивался среди сосен, бросая на гравиевую дорожку абсурдно длинные тени. «Роллс-Ройс» замедлился, приближаясь к дому. Луи почувствовал тупую пульсацию боли за левым ухом. Снег падал большими хлопьями размером с гусиные перья. На грязной дороге начинал собираться белый наст.

– Господи, – произнес Луи, с трудом узнавая свой напряженный голос. – Это он. Мы не готовы.

– Не светись, – сказала Вик.

Она схватила его за рукав и отступила, ведя назад через ковер сухих листьев и сосновых игл. Они шли среди тонких высоких берез. Луи впервые заметил, что их дыхание парило в лунной серебристой ночи.

«Роллс-Ройс» свернул на длинную дорожку. На ветровом стекле плавало отражение желтой, как кость, луны, пойманное в переплетенье черных ветвей.

Они следили за тем, как равномерно подъезжал автомобиль. Луи почувствовал дрожь в своих толстых ногах. Мне нужно подольше побыть храбрым, – подумал он. Луи всем сердцем верил в Бога. Он уверовал в Него еще мальчишкой, увидел Джорджа Бернса в фильме «О Боже!». Сейчас он возносил молитву худощавому морщинистому Джорджу Бернсу: Пожалуйста! Я был когда-то храбрым. Дай мне быть им снова. Дай мне быть храбрым ради Вейна и Вик. Я все равно умру. Позволь мне умереть достойно. До него дошло, что он давно хотел такой смерти и часто грезил о ней. О последнем шансе показать, что он может отбросить страх и сделать то, что нужно. Теперь этот шанс пришел.

«Роллс-Ройс» проехал мимо них. Шины скрипели на гравии. Его движение казалось слишком медленным, когда он поравнялся с ними, словно водитель, увидев их, продолжал наблюдать за ними. Но машина не остановилась. Она продолжила свою неторопливую езду.

– Какая вторая часть? – спросил Луи, осознавая пульс, болезненно бившийся в горле.

Он надеялся, что его не хватит удар, пока спасение сына не завершится.

– Что? – спросила Вик, наблюдая за машиной.

– Какая вторая часть плана? – спросил он.

– Ах, это, – сказала она, взяв второй браслет наручников и замкнув его на узком стволе березы. – Во второй части ты остаешься здесь.

* * *

Круглое щетинистое лицо Луи выражало шок. Так ребенок смотрит на свою любимую игрушку, только что раздавленную автомобилем. Слезы брызнули из его глаз – самые яркие точки в темноте. Вик расстроилась, увидев его плачущим – увидев разочарование Луи. Но звук застегнутых наручников – острый, звонкий щелчок, создавший эхо в морозном воздухе, – был финальным решением, сделанным и необратимым выбором.

– Луи, – прошептала она, приложив ладонь к его лицу. – Луи, не плачь. Все нормально.

– Я не хочу, чтобы ты отправилась туда одна, – сказал он. – Я хочу быть рядом с тобой. Мы должны быть вместе. Ради тебя.

– Ты будешь со мной, – ответила она. – Всегда и навеки. Ты будешь со мной, куда бы я ни шла. Считай себя частью моего внутреннего взора.

Вик поцеловала его в губы и почувствовала вкус слез. Она не знала, принадлежали они ей или ему. Оттолкнув его, Макквин сказала:

– Так или иначе, Вейн вернется сегодня ночью, и, если меня с ним не будет, ему понадобишься ты.

Он быстро заморгал и, не стыдясь, заплакал. Луи не сопротивлялся наручникам. Береза была около восьми дюймов в толщину и тридцати футов в высоту. Браслет наручников с трудом соответствовал стволу. Кармоди смотрел на нее с выражением горя и недоумения. Он открыл рот, но не находил нужных слов.

«Призрак» подъехал к сожженным руинам и остановился у уцелевшей стены. Мотор глухо работал. Вик прислушалась. На расстоянии доносился голос Берла Айвза.

– Я не понимаю, – сказал Луи.

Она провела пальцами мимо наручников и коснулась пластиковой петли вокруг его запястья – той, которую ему дали в госпитале; той, которую она видела в доме отца.

– Что это, Луи? – спросила она.

– Бейджик? – спросил он и затем издал звук, который был наполовину смехом, наполовину рыданием. – Я снова облажался. Это пустяк.

– Я не верю тебе, – сказала она. – Сегодня вечером мне довелось потерять отца, и я не могу лишиться тебя тоже. Если ты думаешь, что мне хочется рисковать твоей жизнью, ты еще более безумный, чем я. Вейн нуждается в отце.

– Ему нужна и мама, – ответил Луи. – Как и мне.

Вик улыбнулась. То была ее старая улыбка – немного распущенная, немного опасная.

– Никаких обещаний, – произнесла она. – Ты лучший, Луи Кармоди. Я считаю тебя не просто хорошим человеком. Ты богоподобный герой. Речь не о том, что ты усадил меня на мотоцикл и увез отсюда. Это была легкая часть. Но ты был с Вейном каждый день. Готовил ему школьные ланчи, доставал направления к дантисту, читал ему на ночь. Я люблю тебя, мистер.

Она снова взглянула на дорогу. Мэнкс вышел из машины. Он пересек свет фар, и Вик впервые хорошо рассмотрела его за четыре дня. Он носил старомодный фрак с фалдами и двойной линией медных пуговиц. Волосы были черными и блестящими. В одной руке Мэнкс держал большой серебристый молот. В другой был зажат небольшой предмет. Он вышел из света, углубился в гущу деревьев и на некоторое время исчез в тени.

– Я должна идти, – сказала она.

Вик поцеловала Луи в щеку. Кармоди потянулся к ней, но она оттолкнула его и пошла к «Триумфу». Она осмотрела мотоцикл снизу доверху. На бензобаке была вмятина размером с кулак. Одна из труб свободно болталась и, похоже, могла волочиться по земле. Но он обещал завестись. Она чувствовала, что байк ожидал ее.

Мэнкс вышел из леса и встал между задних огней «Призрака». Казалось, что он смотрел прямо на нее, хотя Вик не представляла, как он мог видеть ее в темноте и в усиливавшемся снегопаде.

– Привет! – крикнул он. – Ты с нами, Виктория? По-прежнему на своей дохлой машине?

– Отпусти его, Чарли! – ответила она. – Дай ему уйти, если хочешь жить!

Даже на расстоянии двухсот футов Вик видела, что Мэнкс улыбался.

– Ты же знаешь, что меня нелегко убить! Но вперед, Виктория! Сопроводи меня до Страны Рождества! Отправимся туда и разберемся со всеми делами! Твой сын будет рад увидеть тебя!

Не ожидая ответа, он сел за руль «Призрака». Задние огни вспыхнули, погасли, и машина начала двигаться.

– О господи, Вик, – запричитал Луи. – Великий Боже! Это ошибка. Он приготовился к твоему появлению. Надо попробовать по-другому. Не делай этого. Не следуй за ним. Останься со мной, и мы отыщем другой путь.

– Пора ехать, Луи, – сказала она. – Ожидай Вейна. Он скоро появится.

Она перекинула ногу через седло и повернула ключ зажигания. Фара тускло вспыхнула и погасла. Вик подняла подножку, поставила каблук на рычаг кикстартера и опустила вес тела вниз. Байк закашлял и тут же заглох. Она сделала второй прыжок. Мотоцикл ответил вялым звуком: браппп.