Прибытие на Марс - Иван Беров

– Элементарно, – Змей проговорил сквозь зубы, превозмогая боль.

На лице Альфреда Джорджа Ридлока выгнулась бровь – Дэггс был явно удивлен и способностью Космического Змея говорить после перенесенных ранений и сказанными словами.

– Триз – обычный солдат…

– Террорист, – Дэггс грубо перебил Алика, предчувствуя окончание фразы, но Змей всё равно продолжал:

– Он боец пиратских подразделений. Такой же, как я. Мы убивали, но мы были солдатами на войне, и мы ими и останемся. А убийцей его сделал ты со своими глупыми играми.

– Начинается, – Дэггс в облике Ридлока топнул ногой. – Только, пожалуйста, не начинай геройские речи о добре и зле.

– Убийца – это ты, мечтавший с помощью нас захватить власть.

– Кого же я убил?

– Где моя команда?

– Команда кого?

– Команда из членов настоящего экипажа «Тавриуса» и бригада откомандированной вместе со мной группы техников и инженеров, коих ты заменил в своем сне репликантами.

– Они все здесь, на борту этого кораблишки, спят в анабиозных камерах. И все живые и здоровые. А власти хотели вы и Ксайрс со своим шестируким мутантом Стиго. Так что, как видишь, я не такой уж злой.

– А остальных людей Марса ты тоже подумывал запрятать в анабиозную камеру?

Дэггс молчал.

– А может быть, у тебя есть в запасе еще один Хищник Хаоса, который вот уже сотню лет не пробовал на обед человека?

– Остановись!

– Не подумаю! – Алик с быстротой молнии направил на Ридлока ультразвуковой винчестер, который киборг сумел-таки захватить в трофей во время схватки.

– Стой! – из-за спины Дэггс вытащил плазменное ружье. – Я дал тебе все, Алик! Твоя жизнь до этого – сплошной кошмар! А я наполнил её смыслом! Я показал тебе то, каким ты мог бы стать!

– Очень жаль, брат, – на лице Змея промелькнула ехидная улыбка.

– Твое оружие здесь бесполезно, – парировал Дэггс, – ты же это знаешь.

Палец Дэггса был уже на спусковом крючке, выходные отверстия ствола нацелены точно в голову Космического Змея. Прямое попадание, да еще и с такого расстояния, не сулило киборгу положительного конца. Дэггсу оставалось лишь одно движение пальцем. Но пальца уже не было. Монстр это понял быстро, но не смог с этим ничего поделать. Его тело уже начало разлагаться в воздухе, распадаясь на отдельные атомы. Немой вопрос так и застыл на расплывающемся лице.

– Вот что погубило великого творца, – Змей вытащил из-за пояса небольшой контейнер, откуда с шипением испарялась светящаяся жидкость.

Отвечая на незаданный вопрос своего брата, Змей произнес последний комментарий к завершенной битве добра с еще большим добром:

– Антиген, изобретенный Ксайрсом, чтобы держать тебя в своем подчинении. Именно за ним ты посылал меня в своих грезах, когда червь-мутант украл его у тебя.

Существу, способному подчинить целую планету, пришел бесповоротный конец. Философствовавший так хорошо о прелестях жизни монстр навсегда исчез, а Змей больше не произнес ни слова. С молекулами Дэггса из сознания киборга улетали самые лучшие чувства, которые только могут переполнять человеческое существо.

«Ты дал счастье другим, но отнял его у самого себя – верно, жестянка?» – спросил Змей сам у себя, когда последние положительные флюиды уходили из его холодного спавшего сознания. А ведь он был действительно влюблен в прекрасную незнакомку, грезившуюся ему в мечтах. А Дэггс? Что мог ему дать воображаемый Рай, в котором всеми управляет извращенный властью сверхразум? И действительно ли ему так уж хотелось возвращаться в реальный мир, где его ждали только горы инженерной работы? На все эти вопросы Змей ответить не мог, потому что давно уже разучился рассуждать с сослагательным наклонением. Боевая машина, получившая разрешение на продолжительный отдых – вот кто такой настоящий Космический Змей. Хотя и Алик Дролов был давно не мертв в его душе, а просто спал и ждал удобного случая, да и чего он дождался?

– Очередной разборки с драками, завязкой, пленом, погоней и полутрагичным концом, – ответил сам себе Алик, прокручивая в своей памяти теперь уже события из реальной жизни.

Допрос в марсианском отделении полиции прошел на редкость скучно, если он вообще был. Сначала сотрудники полиции сработали, как положено: оружие под нос, руки за спину, принудительный силовой конвой с применением электрошокера до самого пункта задержания, коим послужила местная комната для предварительного досмотра. А потом, как всегда, началась стандартная процедура, когда амбарный сотрудник специального отделения по борьбе с терроризмом достает из худенькой папочки аккуратно напечатанный белый листок бумаги, на котором выведены все двенадцать пунктов обвинения, тянущие на несколько смертных приговоров. Змей даже обрадовался – хоть здесь что-то новенькое. Но затем его не совсем вежливо попросили предъявить документы, сопровождая свою просьбу не совсем вежливым ударом эбонитовой дубинкой под челюсть. Но вот здесь все и закончилось – стоило только Алику показать свой командировочный лист и необходимые документы о своих заслугах, как все вопросы и пункты обвинения тут же были сняты, после чего Алика тут же попросили удалиться под предлогом «не мешать следствию».

И Змей не стал заставлять местных стражей порядка просить его дважды. Он и так уже сделал достаточно для периода времени в несколько часов. Спас эту добрую планету, чья красная пыль звучно хрустела под ногами, от лап хищных монстров-захватчиков, хотя он сам выжил, но являлся, по сути, таким же монстром, как и те, с кем он боролся.

– Здравствуй, Марс! – негромко пробормотал только что прибывший на эту планету киборг.

Тот, кого звали Алексеем Юрьевичем Дроловым по паспорту и Космическим Змеем по позывному военных операций, одиноко стоял перед пустынным полотном серой дороги и уныло смотрел вперед.

«Чего прекрасного в этих унылых красноватых равнинах, лишь в некоторых местах украшенных торчащими из земли кактусами? И ничего больше нет в этом «прекрасном» (как он подумал бы раньше об этом месте), кроме серой ленты шестиполосной дороги, уходящей за горизонт, и расплывчатых очертаний городских небоскребов, удаленных от космопорта на многокилометровое расстояние. И что только Дэггс видел в этом мире прекрасного?» – спрашивал себя Алик.

– Приветствую тебя, место моего пребывания в течение последующих шести месяцев, – тихо произнес обычно не склонный к сентиментальностям Космический Змей.

– Добрый вечер, – миловидный голосок, который он узнает из миллиарда таких же голосов, звонко окликнул его в вечерней тишине.

Алик оглянулся, и их взгляды встретились. Такие же большие глаза, тот же цвет волос, те же пропорции, та же чарующая улыбка.

– Алик, верно?

Эмма ловко взяла его под руку, и они пошли по серой дороге в сторону возвышавшихся башен Тайгаруса – одного из крупнейших мегаполисов Марса.