Огонь - Сара Б. Элфгрен

— Почему ты не принес им присягу?

— Потому что тогда я был бы лишен возможности их изменить. Я хочу усовершенствовать Совет. А чтобы этого добиться, я должен работать для них, но вне Системы.

Оказывается, у Виктора есть еще одно качество. О котором Мину не подозревала. Он идеалист.

— До сих пор мне это как-то удавалось. Но как выкручусь на этот раз, не знаю. Не факт, что Александр сможет меня выручить.

Самопожертвование? Виктор — герой?

Мину перестала что-нибудь понимать.

Дождь усилился. Виктор достал из багажника зонт и раскрыл над ними обоими. Они шли рядом, ее плечо вплотную прижато к его руке.

Мину вспомнила Густава. Сейчас он, скорее всего, в школе. Один среди сотен зомби, а может, даже один из них. Мину не знает, что хуже.

Она вспомнила, как накануне Густав взял ее за руку. Мину нельзя в него влюбляться. Он — парень Ребекки. Для Мину он всегда будет парнем Ребекки, хотя сама Ребекка умерла.

Белый дом четко вырисовывается на фоне темного неба. С каждым шагом страх Мину усиливается. Пройдя вдоль белого деревянного забора, они подходят к калитке.

— Боюсь, у меня ничего не получится, — говорит Мину.

— Думай позитивно, — улыбается он.

— Очень смешно.

Он открывает калитку, и по каменным плиткам они идут через сад, мимо клумб, на которых кое-где проклюнулись подснежники. Перед дверью Виктор достает из кармана связку ключей.

— Здесь есть охрана? — спрашивает Мину.

— Она не нужна, — отвечает Виктор, вставляя ключ в замок.

Он отпирает дверь и делает приглашающий жест рукой. Мину почему-то вспоминаются слова Линнеи.

Входи в дом страха.

— Что такое? — спрашивает Виктор.

— Ничего, просто случилось дежавю.

* * *

Изморось леденит лицо, и Анна-Карин надевает на голову капюшон. Она, Ида, Ванесса и Линнея уже давно стоят в рощице. И отсюда смотрят на темнеющую вдали школу.

— Что они делают? — спрашивает Ванесса.

Анна-Карин погружается в сознание лиса.

Он стоит возле школы и смотрит в окно спортзала, находящегося в полуподвальном этаже.

При виде кишащих внизу людей у Анны-Карин кружится голова. Серо-зеленый пол исчерчен линиями. Разные цвета для разных видов спорта. Анна-Карин равно ненавидит их все.

Тонкий слух лиса улавливает громкие возбужденные голоса гостей. Все говорят об одном и том же. Как приятно быть здесь. Как симпатично украшен зал. Как будет весело. Единственный вопрос, вызывающий разногласия, — кто будет признан лучшим молодым членом «ПЭ». Большинство голосовали за Эрика, некоторые думали на Рикарда. Или Кевина. Но они все трое такие классные, что, в конце концов, неважно, кому из них дадут приз. В «ПЭ» каждый победитель, главное — правильно относиться к жизни.

Томми Экберг и учитель биологии Уве Пост караулят у входа, настороженным выражением лица напоминая Анне-Карин охранников на судебном процессе. Кевин наливает вновь пришедшим гостям крюшон. Возле гимнастической стенки стоит длинный ряд столов, накрытых желтыми салфетками и уставленных разными блюдами. На сцену, воздвигнутую в конце зала под баскетбольным кольцом, Робин и Эрик вытаскивают большой усилитель.

— Они пока готовятся, — говорит Анна-Карин и пытается разглядеть в толпе знакомые лица.

Она видит Густава. Он сидит на трибуне и разговаривает с Фелисией.

— Вижу Густава.

— У него есть амулет? — спрашивает Ида.

Джемпер Густава застегнут до самого горла.

— Не знаю, — отвечает Анна-Карин.

Она пытается прочитать чувства Густава по его лицу. Внешне кажется, будто он пребывает в таком же приподнятом настроении, как остальные. Притворяется или на самом деле?

Яркие лампы, висящие в ряд над окнами спортзала, бьют в глаза лису. В свете этих ламп огоньками вспыхивают амулеты на груди приглашенных.

Как их много! И поток гостей не прекращается.

Пока у них на груди амулеты, они — враги. Но с ними нельзя сражаться, их нужно защищать.

Анна-Карин открывает глаза и смотрит на остальных:

— Думаю, пора.

— Значит, пошли, — говорит Линнея, подбирая с земли большой камень.