Черная камея - Энн Райс

Мона тем временем быстро перечислила тех, кто приближался кнашему столу: Райен Мэйфейр, юрист и отец Пирса, доктор Роуан Мэйфейр и ее муж,Майкл Карри. Разумеется, я поднялся, но Мона осталась сидеть, и тогда я зашелза спинку ее стула и положил руки ей на плечи. Таким образом, я оказался спинойк тем, кто сейчас шагал по лужайке. Я повел себя грубо. Я собирался с силамидля битвы.

"Не волнуйся, моя храбрая Офелия, – едва слышнопроизнес я, – ты не погибнешь, пока жив этот смелый Лаэрт".

Но самым любопытным для меня был не громкий стуксобственного сердца, а настороженность, почти враждебность на лице тетушкиКуин. Тем временем маленькая делегация подошла к столу, обогнув меня слева, Нэштут же пригласил их присесть, а сам отправился на поиски дополнительныхстульев.

Присесть гости отказались. Они, видите ли, "оченьторопились", но тем не менее сердечно поблагодарили.

"Мы приехали забрать Мону, – сказала доктор РоуанМэйфейр тихим и вежливым голосом. Кажется, такие голоса называют "схрипотцой". – Миссис Маккуин, у вас великолепный дом", –добавила она с легким кивком головы.

"Надеюсь, как-нибудь вы выберете время, чтобы приехатьс визитом?" – откликнулась тетушка Куин.

Но она произнесла эти слова без присущей ей теплоты и теперьсверлила гостей взглядом, какого раньше я у нее не замечал.

Доктор Роуан Мэйфейр представила своих спутников. РайенМэйфейр выглядел так, словно родился в этом костюме от "БратьевБрукс", Майкл Карри, самый старший из гостей, несколько погрубее, но всеравно очень симпатичный парень в куртке сафари, с красивой проседью в шевелюре,держался весьма непринужденно. Юристу было не по себе, и доктор Роуан Мэйфейртоже, вероятно, испытывала душевный дискомфорт. Роуан была скуластая красавицас короткой стрижкой. Видимо, она злилась, но не на нас.

"Собирайся, Мона, – сказала доктор Роуан. –Мы приехали забрать тебя домой. Ты всех нас немного напугала, когда потихонькуудрала сегодня утром".

"Я хочу, чтобы вы оставили меня в покое!" – Этобыл практически крик души.

Я едва его вытерпел, готовясь перейти к действию, но даже нешелохнулся. Я по-прежнему держал Мону за плечи. Сердце у меня в груди бешеностучало.

Доктор Роуан внезапно посуровела и, к моему полномуизумлению, сказала:

"Майкл, забери ее".

Оба мужчины, Райен Мэйфейр и Майкл Карри, двинулись к Моне,а она закричала, вскочила, попятившись, и перевернула стул. Я крепко ее обнял.Она развернулась, не размыкая моих объятий, и уткнулась лицом мне в грудь. Онабыла для меня самым хрупким и драгоценным созданием, которое я когда-либо знали любил, и я намеревался сражаться за нее.

"Позвольте, господа, – сказал Нэш мягко, новластно, – надеюсь, вы не собираетесь применять силу к молодой леди?Миссис Маккуин, вы и дальше будете соблюдать нейтралитет?"

"Разумеется, нет, – ответила тетушка Куин. –Жасмин, беги, позови мужчин".

"Погодите минутку, – сказал Майкл Карри, жестомпризывая всех к спокойствию. – Мона, пожалуйста, перестань устраиватьсцены и возвращайся домой. Ты сама понимаешь, что должна вернуться. Мона, мнесамому не хочется этим заниматься. Никому не хочется, но ты не можешь такпросто взять и уехать. Взгляни на происходящее с нашей точки зрения".

"Я собираюсь на ней жениться, – сказал я. –Троньте ее хоть пальцем – и я сломаю вам челюсть. Да, я вижу, судя по мускулам,силенкой вы не обижены, но я молод и, по сути, гораздо коварнее, чем выгляжу,поэтому не испытывайте мое терпение".

Что касается Гоблина, то он давно поднялся с кресла, и яуспел прошептать ему, чтобы он ничего не предпринимал. Что он мог сделать – яне знал, но одна эта мысль и пугала меня, и будоражила.

К этому времени Клем и Аллен уже неслись на всех парах полужайке. И охранник успел спуститься с парадного крыльца и занять пост рядом стетушкой Куин, держа руку на рукоятке пистолета.

Тетушка Куин жестом показала Клему и Аллену, чтобы теподошли, но пока ничего не предпринимали.

"Вам не кажется, господа, что вы ведете себя немногосмешно? – спросила тетушка Куин. – Девочка просто ужинает с нами.Вечером моя машина отвезет ее домой. В жизни не видела такой истерики. ДокторМэйфейр, я в шоке".

"Простите, миссис Маккуин, – все так же тихо иочень искренне заговорила доктор Мэйфейр. – Моне пятнадцать лет. Оба ееродителя мертвы. Иногда она поступает очень импульсивно. Я несу над нейофициальную опеку. И хочу, чтобы сейчас она вернулась домой, но, как вы самивидите, она не желает слушаться".

Майкл Карри покачал головой, словно говоря: "Весьмаприскорбно", а потом очень нежно дотронулся до волос Моны и обратился кней, стараясь успокоить:

"Перестань, милая, я знаю, что ты чувствуешь".

"Нет, не знаешь, – всхлипнула Мона, не отрываясьот меня. – Никто из вас не знает".

"Мона, я люблю тебя, – сказал он и с нежностьюдобавил: – Позволь нам отвезти тебя домой, дорогая. Ты сможешь увидеться сКвинном завтра. Квинн, вы ведь сумеете приехать к нам? Мы были бы очень рады.Завтра днем, хорошо? Пошли, дорогая".

Я зажал ее голову ладонями и прошептал на ухо:

"Ступай домой, забери свой паспорт и будь готова".

Доктор Мэйфейр покачала головой, словно ей тоже быланенавистна подобная ситуация. Или словно она услышала мой шепот. Юрист Райен –сама галантность в щегольском костюме – так и не утратил скорбной мины. Мнекажется, он чувствовал себя оскорбленным, но смирился с этим. Он был красив,этот сукин сын, нужно отдать ему должное, а это, скорее всего, означало, чтоего сын, печально известный соперник Пирс, был также красив.

Наконец Мона повернулась и, все еще крепко держа мою руку,оглядела приехавшую троицу.

"Я ненавижу вас за то, что вы так со мнойпоступили, – прошептала она. – Всех ненавижу. И я вам недоверяю".

"Господи, дитя, – сказала тетушка Куин, – чтоты хочешь, чтобы мы сделали?"

Нэш не на шутку встревожился. Аллен и Клем приготовилисьдраться. Охранник тоже был в полной боевой готовности.

"Она должна вернуться домой, миссис Маккуин, –сказала доктор Роуан терпеливо и вежливо. – Квинн, вы сумеете навеститьМону завтра? Предложение Майкла мне кажется хорошим".