Жизнь мальчишки. Том 2 - Роберт МакКаммон

Сказать, что в дни, остававшиеся до дня рождения Демона, она охаживала меня, было все равно что сказать, что кот подружился с мышью. Меж двух огней — между страстными шепотками Демона и ревом Луженой Глотки, от которого дребезжали стекла, — я превратился в комок нервов, но по-прежнему не понимал, как делить числа столбиком.

Вечером в среду после ужина я мыл тарелки. Неожиданно отец поднял голову от газеты и спросил:

— Перед домом остановилась машина: мы кого-нибудь ждем?

— Нет, насколько я знаю, — отозвалась мама. Скрипнув креслом, отец поднялся. Он собрался выйти на крыльцо, открыл дверь, но остановился и удивленно присвистнул.

— Вам стоит взглянуть на это, — сказал отец и вышел за дверь.

Само собой, после таких слов мы просто не могли не выбежать на крыльцо вслед за отцом. У тротуара перед нашим домом стоял роскошный лимузин, черный лак которого блестел будто темная ртуть. У лимузина были колеса на спицах, блестящая хромированная решетка радиатора, а лобовое стекло его было не меньше мили в ширину. То был самый длинный и прекрасный автомобиль из всех, которые я видел в своей жизни. Стоящий рядом с ним наш старый пикапчик казался ржавой жестянкой. Дверца водителя открылась, и наружу выбрался мужчина в темном форменном костюме.

Войдя в нашу калитку, он остановился на лужайке прямо перед крыльцом и поздоровался:

— Добрый вечер.

Судя по акценту, он был явно нездешний. Мы тоже поздоровались. Поднявшись по ступенькам на крыльцо, человек в темном форменном костюме встал в круг света под фонарем; я увидел, что он сед и седобород и что его ботинки под темными брючинами начищены до невероятного блеска и сверкают так же сильно, как и лак лимузина.

— Чем могу помочь? — спросил незнакомца отец.

— Вы мистер Томас Мэкинсон? — спросил мужчина.

— Да, я Том. Так меня зовут.

— Очень хорошо, сэр.

Мужчина взглянул на занавески на наших окнах.

— Миссис Мэкинсон, — вежливо кивнул он моей маме, потом обратился ко мне:

— А вы, стало быть, Кори?

— Э-э-э.., да, я Кори.., сэр, — ответил я.

— Превосходно. — Человек улыбнулся, потом аккуратно засунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил оттуда длинный конверт.

— Прошу, это для вас.

Он протянул мне конверт.

Я оглянулся на отца. Кивком головы он позволил мне взять конверт. Я так и сделал; пока я распечатывал конверт, седовласый мужчина в темном костюме следил за мной, заложив руки за спину. Конверт был запечатан красным воском с выдавленной на нем буквой “Т”. Я достал из конверта маленькую белоснежную карточку, на которой было напечатано на машинке несколько строк.

— Что там такое? — спросила мама, заглядывая мне через плечо.

Я прочитал вслух:

— “Мистер Верной Такстер имеет честь пригласить вас на обед, который будет подан в доме Такстеров в воскресенье, 19 сентября 1964 года, в семь часов вечера. Вид одежды — повседневный”.

— К одежде никаких особых требований, — посчитал необходимым пояснить седобородый.

— О Господи, — прошептала мама, что означало, что она очень волнуется. Ее брови нахмурились.

— Могу я узнать, кто вы такой? — спросил незнакомца отец, принимая из моих рук белую карточку и разглядывая ее.

— Меня зовут Сирил Притчард, мистер Мэкинсон. Я работаю у мистера Такстера, веду в его доме хозяйство, если можно так выразиться. Моя жена и я служим у мистера Мурвуда и молодого мистера Вернона вот уже восемь лет.