Мятежные ангелы - Либба Брэй

— Приехали, мисс, — говорит он, помогая мне выйти из кэба.

— Ох, знаете ли, — говорю я, — похоже, я забыла кошелек. Если вы сообщите мне свое имя и адрес, я позабочусь, чтобы с вами щедро рассчитались. Обещаю.

— Ну да, а я — родственник королевы.

— Я серьезно, сэр.

С другой стороны улицы к нам направляется констебль, медные пуговицы его формы поблескивают в сумерках. Я холодею.

— Расскажите это констеблю, — говорит возница. — Эй, бобби! Подойдите-ка сюда!

Я бросаюсь бежать, констебль резко свистит мне вслед. Я быстро ныряю в тень какого-то переулка и замираю. Снег превращается в ледяное крошево. Острые льдинки кусают меня за щеки, из носа течет от холода. Дома покрываются изморозью, она играет отблесками в свете газовых фонарей. Мне больно дышать, настолько холоден воздух. Но есть и еще кое-что. Магия покидает меня. Я чувствую себя странно, как будто в лихорадке.

Громкие шаги констебля звучат совсем близко.

— А потом она заявила, что она — герцогиня Кентская, — объясняет ему возница.

Я вжимаюсь в какую-то нишу в стене. Мое сердце колотится о ребра; грудь сжимается, трудно дышать.

— Вы могли бы и не сажать к себе странных женщин, приятель, — говорит констебль.

— Да откуда же мне было знать, что она окажется странной? — возражает кэбмен.

Споря, они проходят в нескольких дюймах от меня; им стоит только повернуть головы… Но наконец их шаги и голоса превращаются в слабое эхо, а потом и вовсе затихают, поглощенные ночью. Я шумно втягиваю воздух. Нельзя терять время. Я, спотыкаясь, несусь по улице к дому мисс Мур, спеша настолько, насколько это возможно в моем изможденном состоянии. Дом погружен во тьму. Я громко стучу, надеясь на ходу придумать какую-нибудь уловку, чтобы меня впустили. Миссис Портер высовывается из верхнего окна и раздраженно спрашивает:

— Чего вам нужно?

— Миссис Портер, мне ужасно жаль вас беспокоить… Но у меня срочное сообщение для мисс Мур.

— Ее нет дома.

Да, я знаю, что ее нет, и виновата в этом только я. Мне кажется, я вот-вот потеряю сознание. Лицо онемело от холода. Констебль может вернуться в любой момент. Мне просто необходимо войти в дом. Мне нужно место, чтобы спрятаться, подумать, отдохнуть.

— Да и вообще поздно уже. Приходите завтра.

Чьи-то шаги гулко звучат на мостовой. Кто-то приближается.

— Дорогая миссис Портер, — в отчаянии говорю я, — это Фелисити Уортингтон. Дочь адмирала Уортингтона.

— Дочь адмирала Уортингтона, говорите? Ох, милое дитя, как там адмирал?

— Вполне хорошо, благодарю вас. То есть я хочу сказать, нет, он совсем не в порядке. И я именно поэтому пришла к мисс Мур. Это крайне настоятельное дело. Могу я ее подождать?

«Пожалуйста, пожалуйста, впустите меня! Чтобы я могла прийти в себя, опомниться…»

В другом конце улицы я слышу стук металлических подковок на сапогах констебля; он возвращается.

— Ну-у… ладно, — тянет миссис Портер.

Она набросила халат.

— Я бы не стала просить вас о таком одолжении, если бы не знала, что вы — добрая душа. Я уверена, мой отец захочет вас отблагодарить лично, как только сможет.

На это миссис Портер покупается.

— Спущусь через минуту.

Фонарь констебля бросает луч света в мою сторону.

«Пожалуйста, миссис Портер, поспешите…»

Она отпирает дверь и впускает меня в дом.

— Добрый вечер, миссис Портер! — кричит констебль, прикасаясь к форменной каске.

— Добрый вечер, мистер Джон, — отвечает она.

Миссис Портер закрывает дверь. Я держусь руками за стену.

— Рада вашей компании, — говорит миссис Портер. — Это так неожиданно. Позвольте взять ваше пальто.

Я сжимаю ворот у горящего горла.

— Дорогая миссис Портер, — хриплю я, — простите, но, боюсь, я должна решить свое дело с мисс Мур, а потом как можно скорее вернуться к постели батюшки.