Пророки - Либба Брэй

Уилл опустился в кресло и принялся нервно постукивать ногой по полу.

– Я понимаю, это кажется невозможным. Они не способны… – Казалось, он разговаривает сам с собой, а не с остальными. – Я наблюдал за ними уже давно.

– Наблюдал за кем? – спросил Джерихо.

Уиллу не сиделось в кресле. Он снова поднялся с места и принялся расхаживать по комнате. Затем поднял со стола еще одну пачку вырезок.

– Вот. Засвидетельствованные появления призраков. Признаки сверхъестественной деятельности. В последний год они резко активировались. Вместо редких заметок то тут, то там теперь каждый день появляются все новые и новые статьи.

– Ты думаешь, это имеет отношение к нашему случаю и как-то связано с тем, что Страшный Джон восстал из мертвых? – Эви потерла рукой занывший висок.

– Я в этом уверен, – сказал Уилл. – Так что вопрос не в том, в самом ли деле Страшный Джон мог восстать из мертвых, а в том, как именно ему это удалось и зачем.

– Призраки существуют. Призраки есть на самом деле, – прошептала Эви, как мантру. Она подняла глаза и увидела, что Джерихо снова уставился на нее. – Да что такое?

– Ничего, – пробормотал он и опустил взгляд.

Уилл снова задумался и потянулся за сигаретой. Сделав несколько глубоких затяжек, он заговорил.

– Насчет частей тел. – Уилл выпустил густой клубок дыма. – Предполагаю, что он поглощает их для того, чтобы стать сильнее. Обрести телесность. Дух, образующий плоть. Извращенная трансубстанциализация, обратная замещению плоти Христа. С каждым убийством он становится все сильнее. Скоро он станет непобедим.

Эви содрогнулась при мысли об этом.

– А что потом?

– Армагеддон. В буквальном смысле ад на земле.

– Но он ведь не может в самом деле стать Антихристом? – спросил Джерихо.

– Он искренне верит, что с помощью своего ритуала может обратиться в Зверя. Вера – основа всего. Мы даже не представляем себе, на что он способен. Сейчас мы играем не по законам нашего мира, Джерихо. Это его правила – и правила его сверхъестественного мира.

– Так как же мы тогда остановим его? – спросила Эви. – Как вообще можно остановить призрака?

– Мы должны найти его сами. Обезвредить с помощью его же системы верований. Если на последней странице Книги Братии содержалось заклинание или заговор, способный остановить Джона Гоббса, мы должны узнать его. И разгадать тайну его сверхъестественной связи с книгой. Почему она ему так важна?

Раскрыв Книгу Братии, Эви провела пальцем по толстому неровному шву в том месте, где выдернули последнюю страницу. Оставалось всего три жертвоприношения: разрушение Золотого Тельца, оплакивание вдовы и последнее – свадьба Зверя и девы, одетой в солнце. Она перелистнула страницы.

– В Бельмонте в 1875 году нашли тело, которое по всем признакам было третьим жертвоприношением – Бледный всадник на смерти под звездами.

– А кроме Иды Ноулс, в подвале дома нашли еще десять тел.

– Дар хозяину от десяти слуг, – с воодушевлением сказала Эви. – Прачка и горничная пропали без вести, как и люди, которые снимали там комнаты. Все они могли выступить в качестве слуг. Второе жертвоприношение! Ой, дядя, все подходит!

– А что за первое жертвоприношение? – спросил Сэм. Он поднял руки, оправдываясь. – Я просто вам подыгрываю. Я сам не верю в призраков.

Эви смотрела на картинку с изображением здания, похожего на дом или барак.

– Приношение верующих. Ида Ноулс могла сойти за верующую. В какой-то определенный момент жизни по крайней мере.

– Но она была убита не первой, – возразил Джерихо.

– Точно, – вздохнув, сдалась Эви.

Дядя Уилл достал еще одну сигарету.

– Мне очень не нравится, что ты ходила в дом Ноулсов, Эви. Особенно после того, как мы столько узнали.

– Но это просто дом, дядя.

– Ужасный дом, когда-то под завязку набитый трупами, – с сарказмом заметил Сэм. – Я уверен, что под Рождество там просто замечательно.

– Это ведь его дом, – сказал дядя. – Его берлога. И он не будет рад незваным гостям. Эви, вы с Мэйбел ничего там не оставили, так ведь?

Эви подумала о клочке ткани, оставленном на краю желоба. Он был таким маленьким – вряд ли кто-нибудь обратит на него внимание.

– Нет, дядя.

– А почему нельзя просто пойти туда и спалить его дотла? – спросил Сэм.

– Потому что мы пока не знаем, с каким именно порождением зла боремся, – объяснил Уилл. – Что, если это только сделает его сильнее? До тех пор, пока мы не узнаем, почему Страшный Джон с таким трепетом относится к этому ритуалу, что он для него означает, что именно написано на последней странице, единственная наша надежда – не позволить ему совершить новое убийство. Мы знаем, что он должен провести все жертвоприношения до появления Соломоновой кометы…

– До которого осталось четыре дня, – напомнил Джерихо присутствующим.

– Если мы помешаем ему осуществить ритуал до наступления нужного времени, он проиграет по умолчанию. Время – наш союзник.

Сэм пропустил монетку по костяшкам пальцев правой руки и ловко поймал ее левой.

– Вы планируете рассказать Маллою, что открываете охоту на призрак убийцы, казненного пятьдесят лет назад? Профессор, думаю, ваша старинная дружба с ним никакой роли не сыграет – нас всех упрячут в психушку.

– Сэм прав, – поддержал его Джерихо.

Уилл кивнул:

– Согласен. Мы не можем рассказать Терренсу. Эви, каким должно быть следующее жертвоприношение?

Эви перелистнула на нужную страницу.

– Разрушение Золотого Тельца.

«И тогда они не уверовали и были увлечены Золотым Тельцом. Они поклонялись бездушным идолам и были прокляты за это. И девятое жертвоприношение смыло грех и тлен. Золотой Телец был уничтожен, и кожа его позора была снята и возложена на алтарь Господа. И Зверь возрадовался».

Эви подняла глаза от книги и увидела, что Джерихо продолжает пялиться на нее самым неприличным образом.

– Ради всего святого, Джерихо! Что опять не так? У меня успела вырасти вторая голова?

– Прости. Просто дело в том… что ты не такая, как я думал, – выдавил он и понял, что сказал совсем не то.

Эви очень устала, была напугана, к тому же голова разболелась просто невыносимо. Теперь еще и Джерихо считает ее уродкой. Он совершенно откровенно боялся ее. Она надеялась, что с ним все будет по-другому: ведь он казался таким вдумчивым философом. Очевидно, он ничем не отличается от ограниченных людишек ее маленького родного города. Вне себя от бешенства, она схватила его за похолодевшую руку и положила ладонь поверх его наручных часов.

– Ты прав, я действительно ошибка природы! – выпалила она. Джерихо попытался высвободиться, но Эви со всей силы вцепилась в его часы. – Ну как тебе ощущение, Джерихо? Хочешь, я расскажу тебе все твои самые темные секреты? Всю ту гадкую маленькую ложь, что ты прячешь от остального мира и самого себя?