Ящер страны Оз - Роберт Лоуренс Стайн

Фредди засмеялся:

— Ты становишься старушкой.

Я подняла кулак:

— Хочешь дожить до старости? Тогда уймись.

Я сунула руки прямо папе под нос. Он за них ухватился и осмотрел каждую по очереди. Указательным пальцем он потёр мою правую руку.

— Кожа сухая, — сказал он. — Когда придём домой, возьми в ванной из шкафчика мамин лосьон для рук.

Всего лишь сухая кожа. Мне полегчало.

Я люблю пользоваться всякими мамиными лосьонами. Не могла дождаться, когда мы вернёмся домой.

Но я не сразу туда добралась. По дороге домой из закусочной мне пришла смс. От Адель:

«Где ты? Забыла?»

— Ой, вау, — пробормотала я. — Я и впрямь забыла.

— Что такое? — спросил папа, взглянув на меня в зеркало заднего вида.

— Мне нужно быть в школе, — сказала я. — Мы готовим украшения для школьной пьесы. Не могу поверить, что я совсем забыла. Я должна была прийти в полвосьмого.

— Наверное, они и без тебя отлично справляются, — сказал Фредди. И захихикал. Мне уже порядком поднадоело его ехидное чувство юмора. Какой надоеда.

— Я могу тебя подвезти в школу, — сказал папа, замедляясь у знака «стоп».

— Хорошо. Отлично, — сказала я. — И правда не могу поверить, что забыла.

Руки зудели. Я чесала их, но это не помогло.

Через несколько минут я уже была в школьном спортзале. Там горел свет. Группа ребят стояла на четвереньках, рисуя огромную фоновую картину. Картина была в стиле вестерна. Голубое небо над пустыней, с жёлтым песком, усеянным большими кактусами.

Театральный кружок придумал постановку под названием «Супергерои с Запада». Это был мюзикл сочинения мистера Коатли, нашего учителя.

— Простите за опоздание, ребят, — сказала я. Я села рядом с Адель и взяла кисть.

— Где ты была? Высиживала яйца? — спросила она. — Ты принесла с собой ящериц?

Несколько ребят засмеялись.

— Ты слишком рано ушла, — сказала я Адель. — Всё пропустила. В том разбитом яйце был ящер. Он вылез. Он живой!

Адель усмехнулась.

— Не выдумывай, Кейт. Я была там, помнишь? Я видела, как яйцо упало на пол. Ничего, кроме склизкого зелёного желтка там не было.

— Мне нужна кисть побольше, — сказал мальчик по имени Де Уэйн Харрис. Он стоял у самого верха картины, рисовал небо. — Или валик. Неба слишком много. Мы тут заночуем.

Обе руки Де Уэйна были в голубой краске. И несколько пятен на футболке.

— Думаешь, стоит добавить немного облаков? — спросила Алиша Вакс. — А то странно, когда все одним цветом.

— Ты никогда не слышала о голубом небе? — спросил её Де Уэйн.

— Облака рисовать трудно, — заявил Итан Садовский. — Они будут похожи на белые пятна, которые мы забыли закрасить.

— У меня есть доказательство, что ящер вылупился, — сказала я Адель. Я бросила кисть и достала телефон. Я нашла первые фотографии Таса, и показала их Адель.

Адель прищурилась, глядя на экран. Затем она рассмеялась.

— Это не ящерица. Это дохлый шмель.

— Дайте посмотреть, — сказал Итан, вырывая телефон из руки. Он долго рассматривал фото. — Твой кот срыгнул клок шерсти?

Все засмеялись. Все передавали друг другу телефон. Все согласились, что существо на фото не похоже на новорождённого ящера.

— Вы ошибаетесь. Это очень редкая ящерица, — сказала я им. — Так она выглядела, когда появилась из яйца. Но она уже сбрасывает всю эту густую шёрстку.

Адель фыркнула.

— Твой папа такой странный. Я не могла поверить, что он сыграл над нами такую ужасную шутку. Откуда тебе знать, что эта ящерица — не очередная его шутка?

— Это для него слишком важно, чтобы так шутить, — сказала я. — Ты бы видела, какой он счастливый.

Адель уставилась на мой перевязанный палец.

— А с пальцем что?

— Ничего, — сказала я. — Бумагой порезалась. — Я ни за что не собиралась ей говорить, что меня укусила ящерица. Адель только фыркнет и скажет, что это укус клопа.

Нужно было работать. Белой кистью Адель рисовала песок. Я подвинула поближе банку зелёной краски и начала разукрашивать один кактус.

Так, стоя на четвереньках, мы немного поработали в тишине. Единственными звуками были шум рассекающих воздух кисточек и их скрип по огромным полотнам.

Через какое-то время я почувствовала на лице капельки пота.

— Жарко тут, — проворчала я.

Под рубашкой с длинным рукавом на мне была надета майка. Я поднялась на колени и сняла рубашку через голову. Я бросила её рядом, поправила лямки майки и повернулась обратно разукрашивать кактусы.

Я остановилась, когда увидела, что на меня пялится Адель.

— Что такое? — сказала я.

— Кейт, твои руки! — воскликнула она. — Ты что, набила тату?