Черный фотограф - Александр Белогоров

– А ты бы родителей попросила!

– Да ну! Чего их расстраивать зря! И так все испереживались. А так решат, что у меня еще и с нервами что-то.

Анин портрет Алеша отлично запомнил. Он показался ему самой удачной работой странного фотографа. Анька на снимке была очень хороша – прямо кинозвезда. Неудивительно, что ее мама была в восторге. Да и сама Аня, как понял Алешка, сначала очень обрадовалась. Она вообще обожала фотографироваться, а своим подружкам по секрету говорила, что не прочь стать фотомоделью.

– И что же тебе не нравится? – спросил Алеша.

– Черт его знает! – ответила Аня. – Просто раздражает, и все. Наверное, потому, что смотрю на него целыми днями. Вот и Кешке он не нравится.

– А ты откуда знаешь? – спросил Алешка. – Он что, сказал тебе? – Кешка был Аниным попугаем.

– Он на него ни разу не сел, – ответила она. – Даже близко не подлетает.

Обычно Кешка летал по всей комнате и очень любил садиться на всякие картины, зеркала и вообще всюду, за что только мог уцепиться.

– Мой Маркиз тоже портрет не любит, – сказал Алеша. – Даже шипит на него иногда.

– Значит, у тебя тоже? – Аня как будто даже обрадовалась этому факту. – Ну а сам ты как?

– Я тоже не очень-то его люблю, – признался Алешка.

– Ну, слава богу! – воскликнула девочка. – А то я уже думала, что это у меня крыша едет! Заклинило меня на этом фото.

– Значит, у нас обоих крыша поехала, – невесело пошутил Алешка.

– Может, это из-за рамки? – подумала вслух Аня. – Уж больно она какая-то тяжелая и неприятная. В такой только портреты покойников вешать!

– А животным-то что от рамки! – возразил Алешка. – Разве что каким-то составом специальным все это обрабатывалось, вот звери и чуют.

– Ага, ядовитым! – продолжила Аня. – Вот мы и заболели.

– А я от этого ногу сломал? – рассмеялся Алешка.

– Да, точно! – согласилась Аня. – Вообще, у нас получается какая-то беседа двух психов: рамки, портреты, животные…

– Тут действительно спятишь скоро! – решился наконец Алеша перейти к той теме, ради которой первоначально и затевался этот разговор.

– Да? А что такое? – насторожилась Аня, и мальчик по интонации одноклассницы понял, что она тоже что-то держит при себе и недоговаривает.

– Да мерещится тут всякое, – уклончиво начал Алеша, но постепенно разговорился.

– Сначала мне казалось, что кто-то меня толкнул, когда я падал, – начал он. – И потом еще раз на том же месте едва не свалился. И опять то же самое чувство. И еще: как будто холод какой-то…

Мальчик прервался, опасаясь услышать смех и ехидные замечания, но Аня слушала очень серьезно и его не прерывала. Это ободрило Алешку, и он продолжил.

– А еще сны какие-то дурацкие снятся! – смущенно проговорил он, словно оправдываясь за то, что рассказывает такие глупости. – Все какие-то кошмары, а потом просыпаюсь, и как будто что-то остается… – Алешка прервался, ожидая реакции.

– Со снами у меня тоже не все в порядке, – тихо сказала Аня после долгой паузы. – Я думала, что это от болезни…

– А что происходит? – спросил Алеша, когда молчание сделалось слишком долгим.

– Да нет, ерунда, наверное, – ответила Аня. – Просто снятся такие ситуации, из которых не могу выбраться. А утром просыпаюсь совсем без сил, как будто все это на самом деле произошло. И мерзну, как будто не июнь, а январь.

– А что все-таки снится? – настаивал Алешка. Он понимал, что сам едва ли бы стал рассказывать про всякие кошмары. Мало ли что кому городится! Но ему почему-то казалось, что девочке это сделать гораздо легче; ведь принято считать, что женщины придают снам куда большее значение, чем мужчины. И все-таки он не очень-то рассчитывал на Анино согласие. Тем не менее она вдруг начала рассказ.

– Ты понимаешь, – говорила она, – снится все время, что я то ли связана, то ли прикована где-то, то ли просто непонятно почему пошевелиться не могу. Пытаюсь вырваться, закричать, но ничего не выходит. А иногда только больнее становится.

– А это место на пещеру не похоже? – прервал Алешка.

– А ты откуда знаешь? – спросила Аня с некоторым недоверием. Она даже подумала на мгновение, что кто-то рассказал мальчику ее сон, но тут же поняла, что она о нем не только никому не рассказывала, но даже и не записывала в дневник, который иногда вела.

– Это я там во сне оказываюсь, – мрачно пояснил Алешка.

– Тогда понятно, – ответила Аня, хотя на самом деле это ничего не проясняло, а скорее, наоборот, запутывало. С чего бы это им видеть во сне одно и то же место, да еще такое, где, по-видимому, никто из них не только не бывал, но и в глаза не видел?!

– Так вот, – продолжала она, собравшись с мыслями. – У меня такое ощущение, будто я в этой пещере или норе не одна.

– А еще там вещает какой-то отвратительный голос! – воскликнул Алешка.

– Ты, похоже, мои сны не хуже меня знаешь! – заметила Аня.

– Конечно, если снится почти одно и то же! – согласился Алеша.

– А голос и вправду отвратительный! – продолжила девочка. – И причем такое ощущение, будто я его где-то когда-то уже слышала. Вот только никак не могу вспомнить, где и когда.

– И у меня то же самое! – почти кричал в трубку Алеша. – Ну что же это за голос такой!

– Я уже всех знакомых перебрала, – подхватила Аня. – Ну, ни на кого не похоже! Я уж даже артистов стала в памяти перебирать. Может, в каком фильме слышала…

– А это мысль! – воскликнул Алешка. – Точно! Надо бы всякие ужастики пересмотреть. И фантастику. Там такие противные голоса и могут встречаться!

– Мало тебе в жизни ужастиков! – возмутилась Аня. – Вот смотри свои сны, и никаких ужастиков не нужно будет! – она сильно не любила этот жанр. – К тому же я их и не смотрю никогда.

– Значит, тут что-то другое, – не стал спорить Алешка, решив про себя, что ужастики надо будет все-таки пересмотреть. Все равно дома делать нечего!

– Так вот, этот голос говорит, что мы попались и нас отсюда не выпустят, – продолжила Аня. – И так страшно становится, что начинаешь верить, что это действительно так!

– Не понимаю, как нам может сниться почти одно и то же, – сказал Алешка.

– Знаешь, а я рада, что у тебя то же самое! – неожиданно заявила Аня. – А то я уж думала, что с ума сходить начинаю! А вместе с ума не сходят, только поодиночке, – добавила она, вспомнив мультик про Простоквашино.

Они договорились созваниваться и обмениваться новостями. Правда, про дядю Семена Алешка так ничего и не сказал. Но ведь это, похоже, и не относилось к делу. А зачем зря расстраивать человека?! Тем не менее, несмотря на все неприятности, Алешка после этого разговора почувствовал какой-то подъем сил. Он был уверен, что следующий звонок совершит очень скоро, вне зависимости от того, будут новости или нет.