Дневник бессмертного - Татьяна Форш

Нужно срочно перевести дневник до конца! Наверняка есть разгадка. И если не описание, то мотивация уж точно должна быть! Эх… Нужно сегодня же связаться с бабулей. Она уж точно перевела больше, чем я!

В размышлениях я не заметила, как помощники Андруша обновили тарелки, заменив жаркое и салаты на легкие пирожные. Музыка зазвучала еще настойчивее, и две самые смелые пары закружились в вальсе. Наш галантный кавалер наполнил шампанским бокалы своей супруге, о чем-то весело щебечущей с сидевшим напротив лысым толстяком, Веронике и мне, при этом заметив:

– Вы совсем ничего не пьете! За весь ужин только половинку бокала. Вы не любите вино?

– Я не люблю быть… – я помолчала, подбирая слово, – быть навеселе. Особенно на таком важном вечере.

– Но ваша спутница не придерживается таких же строгих правил? – скорее отметил, нежели спросил он и взглянул на Веру. – Госпожа?

Интуитивно почувствовав тему разговора, Вера с улыбкой подняла наполненный бокал.

– Ну, ей же не готовить убеждающую речь! – я тоже взяла бокал и, выдохнув, сделала пару глотков. Может, от этого нервная дрожь пройдет?

– Ах, вас озадачило это! – Владиш весело рассмеялся и тут же посерьезнел. – Моя вина. Скажу по секрету, барон Геминг очень положительно решает все вопросы, если их задают такие прелестные иностранки.

– Что вы хотите сказать? – Я насторожилась. Только престарелых ловеласов мне сейчас и не хватало!

– Только то, что вам нужно понравиться ему своей жаждой к познанию тайн, своей любовью к нашей истории, и дело будет решено положительно!

– А… – что ж, значит, у меня есть шанс. – Тогда пойду, попытаюсь.

– Удачи. А я, если не возражаете, приглашу на танец вашу подругу. Переведите ей мое предложение?

– Конечно. – Я улыбнулась Владишу и незаметно состроила подруге зверское лицо. – Вер, этого молодого человека зовут Владиш, и он хочет пригласить тебя на танец. Но учти, та блондинка – его жена!

Подруга заинтересованно смерила кавалера взглядом, одним глотком осушила бокал и решительно поднялась.

– Ну, слава тебе, господи! Хоть кто-то…

– Вер! – я нахмурилась. Кажется, ей не нужно больше пить… Надеюсь, она не устроит политического скандала?

– Я поняла! – отмахнулась Вероника и, взяв за руку Владиша, потянула туда, где в свете свечей уже кружились почти все, кто еще совсем недавно сидел за этим богатым столом.

Проводив их взглядом, я поднялась и направилась к барону. К счастью, теперь он был один. Я заметила огненное платье его спутницы среди кружащихся в вальсе пар. Значит, она не помешает нашей беседе и не будет смущать меня странным изучающим взглядом.

– Мое почтение. – Я остановилась рядом с бароном Гемингом. Он поднял на меня бесцветные глаза, и я даже попятилась, спасаясь от волны равнодушного холода, идущего от него. – Разрешите представиться – Мария Береш. Мы прибыли…

– Я знаю, кто ты, дитя. И… я немного старомоден… – перебил он мою заготовленную фразу на удивление мягким баритоном и поднялся, оказавшись выше меня головы на две. – Поэтому давай начнем сначала.

Шаркнув ногой, он отвесил мне церемонный поклон, актуальный веке в восемнадцатом, и улыбнулся.

– Госпожа Мари, позвольте представиться – Алан Лучиан Геминг. Истинный поклонник тайн и ценитель скрытого от любопытных глаз наследия наших предков. Позволите пригласить вас на танец?

Я почувствовала, как мои губы разъезжаются в ответной улыбке. А он оказался довольно приятным мужчиной!

– С удовольствием. Но… к моему стыду, хочу признаться – я не умею танцевать вальс.

– О, я открою вам секрет. В вальсе все зависит от партнера, и уверяю вас, со мной вы можете быть спокойны. Я обожаю танцы, а вальс я считаю истинным достоянием человечества. Прошу, – он протянул мне руку. Я немного помедлила и приняла его приглашение. Его пальцы сжались так крепко, что я ощутила себя пойманной в капкан, и на миг замешкалась, удивляясь скрытой в нем силе и еще одной странности… Его ладонь была горячей, словно он горел в лихорадке. Но… все эти мелочи растаяли перед истинным очарованием вальса. Алан действительно оказался восхитительным партнером. Уверенным и нежным. Он вел так, словно этот танец, этот ритм были единственно важным в жизни.

Я даже искренне расстроилась, когда звуки музыки растаяли и мы остановились.

– Вы великолепно танцевали, Мари. – Он склонился, и его губы коснулись моей руки.

– Все потому, что меня вел замечательный партнер. – Я смущенно высвободила руку. Кажется, начинается самое сложное. – А теперь, пользуясь моментом, я бы хотела просить вас о разрешении на посещение руин замка Вайн для подтверждения кое-каких моих догадок. Прошу дать мне возможность узнать истинную историю этого рода.

– Вот как? – Его тонкие губы улыбались, а вот глаза… В глазах вновь поселился арктический холод. Мне даже стало не по себе. – Я вижу, русская барышня с румынским именем любит решительность?

– Должна признаться, что имя и фамилия достались мне в наследство от бабушки.

– Замечательно! – Он стал серьезным. – Я очень рад, что вы приехали к нам. А теперь поговорим о деле. Мне сообщили, что интерес вашего института основывается на каких-то заметках? Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?

– Конечно! – послушная его воле, я незаметно вместе с ним оказалась в дальней части зала, где была расположена зона отдыха. Зажженный камин и два уютных диванчика как нельзя лучше располагали к общению. Опустившись рядом с бароном в мягкие подушки, я начала: – В одном архиве была обнаружена написанная от руки тетрадь. Дневник. Автор – Владислав Вайнский. Этот исторический документ был доверен мне нашим деканом, и я почла за честь работать над переводом заметок этой, судя по всему, сильной личности.

– И как много вы перевели? – Мой собеседник не сводил с меня взгляда чуть прищуренных глаз.

– Достаточно, чтобы понять: то, в чем его обвиняют – ложь. Но я хочу до конца узнать истину.

– А в чем его обвиняют? – Его глаза и вовсе превратились в щелочки.

Я замолчала, лихорадочно соображая. То немногое, что я успела почерпнуть из дневника, вряд ли удовлетворит моего собеседника. Он сразу же поймет, как мало я еще пока знаю. На ум пришла история, рассказанная братьями Андруша.

– Ну как же… Его обвиняют в том, что он убил мать, двух сестер и возлюбленную.

Барон долго смотрел мне в глаза и, наконец, рассмеялся тихим смехом.

– Допустим. И вы верите, что князь Влахо Вайнский этого не совершал?

– Больше чем уверена. Только… – я запнулась и, стараясь не смотреть ему в глаза, выпалила: – Чтобы это доказать, мне нужно посетить замок.

– Хорошо. А если допустить на миг, что есть и другая сторона этой истории, которую все мы тщательно скрываем от постороннего любопытного взора? А именно: князь Владислав Вайнский не герой, а чудовище. Вы не боитесь крушения идеалов, если вам откроется такая правда?