Каменная обезьяна - Джеффри Дивер

— Он крепкий парень. Крепче всех, с кем мне приходилось встречаться. И все же он может сломаться. А сломаешь его ты — если будешь и дальше идти той же дорожкой.

— Куда идти? — недоуменно переспросила Сакс.

— Послушай, тогда ты его еще не знала. Клэр, та женщина, которую он любил, — когда она погибла, Райм приходил в себя целую вечность. Он делал свою работу, но потребовался целый год на то, чтобы его глаза зажглись снова. А его жена… Ну да, они с ней воевали, и воевали страшно. Их брак вряд ли можно было назвать самым счастливым. И все же, когда после несчастного случая Линк понял, что не сможет больше работать, а жена ушла от него, ему было тяжело, очень тяжело.

— Не понимаю, к чему ты клонишь.

— Не понимаешь? А по-моему все совершенно очевидно. Сейчас ты средоточие его жизни. Он впустил тебя в самые сокровенные закоулки. Ты его сломаешь. Но я этого не допущу. — Его голос стал совсем тихим. — Только подумай — если ты будешь и дальше видеться с тем типом, это убьет Райма. Ты… Черт побери, что я сказал смешного?

— Ты имеешь в виду меня и Джона Суна?

— Да, того типа, с которым ты встречаешься тайком.

Закрыв лицо руками, Сакс затряслась от смеха.

— О, Лон…

И тотчас же отвернулась от него, внезапно почувствовав, что смех переходит в слезы.

— Мне нужно кое о чем с вами поговорить.

— Похоже, у вас плохие известия, доктор.

— Почему бы нам не присесть вон в том углу?

— Господи, — ахнул Селитто, подаваясь вперед. И тут же застыл, смущенно отдернув руки. — Амелия, что с тобой?..

Сакс отвернулась.

— В чем дело?

Совладав с собой, она вытерла лицо и повернулась к Селитто.

— Все совсем не так, как ты думаешь, Лон.

Толстяк снова принялся теребить ремень.

— Продолжай.

— Ты знаешь, что мы с Раймом говорили о том, чтобы завести детей.

— Да.

Она горько усмехнулась.

— У нас ничего не получилось. Нельзя сказать, что мы старались изо всех сил, но все же я не забеременела. Я боялась, что все дело в Линкольне, поэтому несколько недель назад мы отправились на обследование.

— Да, припоминаю, Линк ездил к врачам.

Сакс снова отчетливо представила себе тот день в приемном покое.

— А, мисс Сакс, вот вы где.

— Здравствуйте, доктор.

— Я только что встретился с лечащим врачом Линкольна Райма.

— И?

— Мне нужно кое о чем с вами поговорить.

— Похоже, у вас плохие известия, доктор.

— Почему бы нам не присесть вон в том углу?

— Можно поговорить и здесь. Выкладывайте мне все. Начистоту.

— Хорошо. Врач, обследовавший Линкольна, сказал, что оплодотворяемость его семени в нормальных пределах. Несколько пониженное количество сперматозоидов, что естественно для мужчины в его состоянии, однако в наши дни это не является препятствием. А вот у вас, боюсь, гораздо более серьезные проблемы.

— У меня?

Уставившись на разделочную доску, Сакс рассказала Селитто про тот разговор.

— У меня такая гадость, которая называется эндометритом, — добавила она. — Я давно догадывалась, что у меня не все в порядке, но даже представить себе не могла, что все так плохо.

— Это лечится?

Сакс покачала головой.

— Нет. Можно сделать операцию, провести курс гормональной терапии, но мое бесплодие это не излечит.

— Господи, извини, Амелия.

Она снова вытерла лицо, и на нем расцвела печальная улыбка.

— Сухость и жар в почках.

— Что?

Сакс издала глухой смешок.

— Вот чем я занималась дома у Джона Суна. Сухость и жар в почках — согласно китайской медицине, именно этим объясняется мое бесплодие. Вчера вечером Сун обследовал меня и провел сеанс иглоукалывания. И дал мне травы, которые, на его взгляд, должны мне помочь. Вот насчет чего он сейчас звонил. Подожди.

Удалившись в прихожую, Сакс порылась в сумочке и вернулась с книгой, которую дал ей вчера доктор Сун. Селитто прочитал название: «Лечение бесплодия травами и иглоукалыванием».

— Как оказалось, многие западные врачи рекомендуют женщинам, страдающим эндометритом, прибегать к китайской медицине. Вчера вечером, когда я проводила Линкольна в спальню, мы беседовали об этом. Он заявил, что это все ерунда. Но заметил, что в последнее время я сама не своя — стала рассеянной, и все из-за этого. Черные мысли не дают мне покоя даже тогда, когда я произвожу осмотр места преступления. Поэтому мы решили, что я отправлюсь к доктору Суну и посмотрю, чем он сможет мне помочь. — Сакс помолчала. — Вокруг меня одна смерть, Лон… Отец, мои отношения с Ником… Когда он попал в тюрьму, для меня это было равносильно его смерти. Потом все те места преступления, которые мне приходится осматривать. Я хотела, чтобы рядом со мной и Линкольном была жизнь. Я так хотела вылечиться…

Что бы ни случилось, в первую очередь береги себя. Ибо если с тобой что-то случится, ты уже никому не сможешь помочь.

Она надеялась, что доктор Сун ей поможет.

— Я ничего не знал, — виновато поднял руки Селитто. — Вы окутали все такой тайной…

— Потому что это касается только Линкольна и меня, — сердито оборвала его Сакс. Она кивнула в сторону комнаты Райма. — Разве ты не понимаешь, что мы значим друг для друга? Как ты мог подумать, что я смогу его предать?

Грузный детектив смущенно отвел взгляд.

— Понимаешь, когда Бетти ушла от меня и все такое, я думал только о том, что случилось со мной.

Брак Селитто распался несколько лет назад. Подробностей никто не знал, но всем известно, что быть женой полицейского очень непросто, и многие женщины с готовностью хватались за более привлекательную альтернативу. Сакс решила, что Бетти завела себе любовника.

— Извини, Амелия. Я не подумал.

Селитто протянул свою лапищу, и Сакс неохотно пожала ее.

— Толк от этого будет? — он кивнул на книгу.

— Не знаю, — честно призналась Сакс. Она печально усмехнулась. — Может быть.

— Ну что, возвращаемся к работе? — предложил Селитто.

— Естественно.

Молодая женщина еще раз вытерла глаза, и они вернулись в гостиную.

* * *

Истон, Лонг-Айленд, место преступления

— Двое иммигрантов убиты на берегу выстрелами в спину.