Поведай нам, тьма - Ричард Лаймон

— Ну вас к черту, — пробормотала Дорис.

— Ты в меньшинстве, — заявил ей Кит.

Когда Лана свернула на грунтовую дорогу, машина качнулась и подпрыгнула.

— Подумаешь, дела, — заговорила она. — На пятнадцать или двадцать минут больше или меньше — для Кори и Чеда никакой разницы.

Говард положил руку Анжеле на плечо и притянул девушку к себе. Теперь на всех ухабах они подпрыгивали и раскачивались вместе. На первый взгляд это очень напоминало то, что было в самом начале их поездки. Но отличия были огромные.

«Нам не следовало бы здесь находиться», — подумал он.

Говард считал, что Лана была права относительно Корин и Чеда. Краткая отсрочка не имела большого значения.

Но дорога эта ему не нравилась. Совершенно не нравилась.

Кто-то пытался спрятать въезд на нее.

Баррикада подсказала, что это была та самая дорога. Но почему то, что кто-то воздвиг эту преграду, никого из ребят не взволновало? Кто-то, кто не желал посторонних?

А эта брошенная машина со спущенным колесом?

И эта доска с гвоздями.

«Плохой знак», — подумал Говард.

«Батлер — мать Анжелы, — напомнил он себе. — Она не послала бы нас навстречу беде».

Нет? А как насчет Губерта? Это она направила нас на негр.

Может, ей совершенно наплевать, что случится со всеми нами, кроме Анжелы.

Кто знает, что она замышляет на самом деле. Строит себе козни там, в багажнике.

В багажнике. Все это время Говард никак не мог позабыть о том, что они везли в багажнике скелет матери Анжелы. Но до последнего времени его это не беспокоило.

Сейчас же стало пробирать.

Кости без плоти, оскалившийся череп. Втиснуты в рюкзак, вместе с потрепанным плюшевым котенком. Если бы не спинка заднего сиденья, до них можно было бы дотянуться рукой.

Жуткая мертвая пассажирка молча ехала с ними, но в то же время и вела их. Вела в чащу леса посреди ночи по только ей одной ведомым причинам.

— Уже прошло больше пяти минут, — заметила Дорис.

— Здесь негде развернуться, — ответила Лана. — Я не собираюсь ехать задним ходом до самого шоссе.

«Малоубедительная отговорка», — подумал Говард. Ему было хорошо видно в ветровое стекло за головой Кита. Хотя с обеих сторон колеи росли деревья, они отстояли от нее на достаточном расстоянии. Так что Лана могла развернуть машину, если бы захотела.

— Мне совсем не кажется, что здесь так тесно, — не унималась Дорис.

— Успокойся, — бросил ей Кит.

— Еще чуточку, — промолвила Лана. — И тогда мы… Боже!

Говард мельком увидел впереди поляну. Затем яркие белесые лучи фар исчезли, словно их засосало обратно в машину.

Лана резко нажала на тормоза, машина дернулась и остановилась.

— Свят, свят, свят! — забормотал Кит.

Глен протянул:

— Ой, парни.

— Вот он! — отчеканила Лана.

Говард уже и сам увидел.

Автобус.

Он скорее догадался, что это был автобус. Там, в дальнем конце залитого лунным светом поля, примерно в ста ярдах от них. Но все, что он мог видеть, так это длинный ряд прямоугольников, которые, казалось, парили над землей. Тусклый малиновый отсвет догорающих угольков. Очевидно, окна были зашторены красными занавесками.

— Жутковатый вид, скажу я вам, — прошептал Глен.

— Какого черта он тут делает? — спросила Лана.

— Мы нашли его, — промолвила Дорис. — А теперь давайте повернем и уедем отсюда.

— Ни за что! — воскликнул Кит. — Это оно. Это то, что мы так долго искали. Мы не можем сейчас отступить.

— Ну, я не знаю, — засомневалась Лана. — Похоже, там кто-то есть.

— Если бы там не было света, мы могли бы его не увидеть. Свет включен для нас. Верно, Глен? Так было задумано. Батлер должна была сделать так, чтобы мы заметили эту хреновину.

— Мне это не нравится, — буркнул Глен.

— Это показывает, что ты сохранил крупинку здравого смысла, — заметила Дорис.

— Может, лучше подождать до утра, — неуверенно произнесла Лана.

— Утром его может здесь не оказаться. Послушайте, давайте просто выйдем из машины и подкрадемся поближе. Оглядимся. Не обязательно заходить внутрь, но, по крайней мере, надо посмотреть поближе. Ведь там должны быть наши сокровища.

— Я думаю, если мы будем осторожны, — пробормотала Лана.

— Я никуда не пойду, — отрезала Дорис.

— Фу-ты ну-ты, — прыснул Кит, — какая большая неожиданность!

— Говард, сделай так, чтобы свет в салоне не загорелся. Нам не нужно иллюминации, когда мы будем открывать двери.

Говард поднял руку и потянул за пластиковый колпак плафона. Когда плафон выскочил, он пошарил внутри, повернул лампочку и вынул ее из цоколя.

— Готово. — Лампочка отправилась в карман вельветовых джинсов.

— Идемте, — скомандовала Лана.

Три двери одновременно распахнулись. Сдвигаясь по сиденью к выходу, Говард оглянулся на Дорис.

— Увидимся, — бросил он ей.

— Ты такой же дурень, как и все остальные.

Вот и будь после этого с нею любезным.

Выбираясь из машины, Говард заметил, как тихо прикрывала Лана водительскую дверь. Он плавно закрыл свою, придавив до щелчка замка. Кит, который вылез вслед за Гленом с другой стороны, также постарался прикрыть дверь бесшумно.

«Без единого хлопка», — мысленно отметил Говард.

Все напуганы до смерти.

Собрались вокруг Ланы, позади машины. Зазвенели ключи. Отыскав наконец нужный ключ, Лана нагнулась над багажником и сунула его в замок.

— Что ты делаешь? — прошептал Глен.

— Фонари и оружие.

Лана повернула ключ. Послышался тихий щелчок, и крышка багажника медленно поплыла вверх. Лана нырнула в темноту, подняла рюкзак, повернулась и протянула его Анжеле.

— Подержи-ка минуту.

Анжела взяла рюкзак, шагнула назад, поставила его у ног и наклонила раму так, чтобы та оперлась о ноги. Сверху на рюкзак легла молочная дорожка лунного света, точно с единственной целью осветить для Говарда его выпуклость. Ту самую, образованную макушкой черепа.

«Это не что-то ужасное, — убеждал себя он, когда по затылку поползли мурашки. — Это мать Анжелы».

Но лучше бы она была замкнута в багажнике.

На земле теперь оказались и три других рюкзака. Их открывали хозяева.

— Возьмите фонари, — прошептала Лана, — но не включайте.