Похоронный марш марионеток - Фрэнк Де Фелитта

СРЕДНИЙ ПЛАН. ПРИСЦИЛЛА ЛЕЙН. НОРМАН ЛЛОЙД. ДЕНЬ

Охваченная ужасом Присцилла Лейн и Норман Ллойд стоят у окна тиары и смотрят вниз

ИХ ВОСПРИЯТИЕ. РОБЕРТ КАММИНГС. ДЕНЬ

Вид с головокружительной высоты. Роберт Каммингс и полицейские бегут по лужайке ко входу в статую

Видение рассеялось. Кей казалось, что его внушили ей Крис, статуя и некий далекий и могущественный источник — Сантомассимо. И теперь она точно знала, кто такой Крис.

Долго, очень долго она смотрела вниз, боясь оглянуться и взглянуть на него. Сантомассимо и полицейские уже достигли постамента, снизу гулким эхом доносился топот их ног, а она все стояла, не двигаясь, не говоря ни слова.

— Вы в порядке, профессор? — Голос Криса прозвучал холодно и жестко.

— Спасибо, в порядке. — Кей не узнала собственный голос, охвативший ее ужас сделал его бесцветным и вялым. — Я думаю, напряжение последних дней плохо сказывается на мне.

— Да, жаль, что с гостиницами так не повезло.

Он улыбался, глядя на нее. Дрожа, она прижалась к окну тиары, чувствуя себя совершенно беззащитной.

Крис видел, как лейтенант и его когорта нырнули в основание монумента. «Всю ночь, должно быть, летел», — подумал Крис.

— Да, профессор, — после долгой паузы произнес Крис, — похоже, ваш дружок все еще жив.

— Жив? — как эхо выдохнула Кей, не решаясь смотреть на Криса. — Что это значит?

Она была бледной и едва дышала. Она ощущала, как он медленно приближается, его тень упала на ее лицо.

— Видимо, бомба взорвалась слишком рано. Это значит, что разнесло на куски одного никчемного мальчишку.

— Бомба? Мальчишку? О чем ты, Крис?

— Прямо как в «Саботаже», профессор. Помните? Детектив уцелел, а мальчишка погиб. Как банально!

Крис встал так, что отрезал ей путь к лестнице. Кей повернулась к нему и усилием воли заставила себя посмотреть ему в лицо. Прищуренные глаза пронзительно смотрели на нее. «Взгляд как у сокола», — подумалось ей.

— Хичу это понравилось бы, — сказал Крис, сверля ее взглядом.

Страх сковал тело Кей. Ее жизнь висела на волоске в том самом городе, куда она бежала, ища спасения. Сам символ Свободы обернулся для нее ловушкой. В эту минуту все стало бессмысленным: карьера, написанные ею книги и статьи, долгие годы учебы, диспуты с коллегами, даже любовь Сантомассимо. Все стоило теперь не больше горсти пепла.

Потому что сейчас перед ней была реальность, а не кино. Она видела это в кривой усмешке, застывшей на лице Криса. И снова в ее сознании возникла иррациональная череда образов, которые затем выкристаллизовались в кадр:

СРЕДНИЙ ПЛАН. ПРИСЦИЛЛА ЛЕЙН. НОРМАН ЛЛОЙД. ДЕНЬ

Присцилла Лейн в ужасе пятится от Нормана Ллойда. А он, зловеще улыбаясь, наступает на нее

На этот раз видение исчезло не полностью. «Диверсант» упал на ее сознание словно занавес, через который она видела Криса, неотрывно наблюдавшего за ней. Все то же мальчишеское лицо, тот же пиджак. Он был одновременно и студентом, и актером Норманом Ллойдом.

Снизу отчетливо доносился топот ног, бежавших по металлической лестнице.

Крис прислушался.

— Вы слышите, профессор, — усмехнулся он, — вас бегут спасать. Все как в «Диверсанте». Конечно же, Норман Ллойд должен был убить Присциллу Лейн. Прямо здесь, на этом самом месте…

Крис полез в карман, вынул оттуда горсть попкорна и принялся есть:

— Но… нет! Норман Ллойд ее не убивает! Он не может убить героиню фильма. Сейчас героиня вы, профессор. В кино он не мог ее убить! Так ведь? Как смешно! Хича, наверное, тянуло блевать всякий раз, когда он думал об этом. Он терпеть не мог счастливых финалов, ибо знал, что в жизни так не бывает. Что это просто идиотская шутка!

Кей наблюдала за тем, как Крис все быстрее и быстрее поглощает попкорн. Совсем недавно его лицо казалось ей привлекательным, по-американски приветливым и открытым. Сейчас оно было страшным, его черты исказились от напряжения и маниакальной злобы.

— Я преодолел границы, твою мать! Мне надоело потакать посредственности и слушать всякую чушь. Реальные люди, профессор, хорошие люди уступили мне. Я осуществил истинные желания Хича! Я реализовал то, что ему не разрешали делать в кино! Я воплотил в жизнь его гений!

— Ты… ты безумен…

Крис усмехнулся:

— Эта реплика недостойна героини. Ему это не понравилось бы.

— Кем… кем ты себя возомнил? — едва смогла выдавить из себя Кей.

Крис холодно улыбнулся.

— Я — режиссер, — с леденящей душу убежденностью произнес он.

Несмотря на все отвращение, которое она к нему испытывала, Кей подумала, что в рамках своей извращенной логики Крис был прав.

— Что ты сделал с ребятами? — спросила она.

Крис засмеялся:

— Я же вам уже говорил, они потеряны для этого мира.

— Кей! — донесся снизу крик Сантомассимо. — Крис!!

Крис вздрогнул и посмотрел в пустоту лестничного колодца. Далеко внизу маячило шесть крошечных темных фигурок. Полицейские спешили наверх.

Сантомассимо уже ни о чем не рассуждал, все его силы и воля были устремлены к единственной цели. На лекции Крис ничем не привлек его внимания, и как он выглядит, лейтенант мог только предполагать. Ростом около шести футов, стройный, бледный, слегка анемичный. Справиться с таким профессионалу не составит труда. Лишь бы удалось оторвать от него Кей.

— Спускайся вниз, Крис! — приказал Сантомассимо.

— Да пошел ты, засранец!

Снайпер присел на колено и вскинул винтовку, и в этот момент Сантомассимо увидел Кей, стоявшую за спиной Криса.

— Подожди! — остановил он Уилсона. — Она на линии огня, у него за спиной.

Сантомассимо чуть помедлил, чтобы перевести дух, и снова устремился наверх по металлическим ступеням.

Крис схватил Кей за руку и потащил за собой. Она сопротивлялась. У нее перед глазами вновь замелькали обрывки кадров из «Диверсанта» — лица, бегущие ноги, ступени и оглушительная музыка.

ОБЩИЙ ПЛАН. РОБЕРТ КАММИНГС. ПОЛИЦИЯ. ДЕНЬ

Вид сверху. Роберт Каммингс ведет полицейских вверх по винтовой лестнице, к тиаре Статуи Свободы.

Крис чувствительно ударил ее по щеке, схватил за волосы и поволок от лестницы. Она дико закричала. До слуха Сантомассимо донесся крик человека, находившегося на грани безумия.

— Мы здесь! — крикнула Кей.

Сантомассимо видел, как она, борясь с Крисом, исчезла с площадки тиары. Сердце у него замерло, ноги едва не подкосились.

Крис швырнул Кей к лестнице, которая вела на факел. Она упала на холодный, пыльный металлический пол.