Могила девы - Джеффри Дивер

— Как поступить? Это Тед Франклин, командир на моей территории. Говорит, что в Макферсоне, это недалеко отсюда, объявилась некая женщина-полицейский. Она утверждает, что вела переговоры с Хэнди о сдаче, когда пять лет назад он совершил налет на ночной магазин.

— Хэнди сдался ей?

Бадд задал вопрос в телефон и выслушал ответ.

— Судя по всему, да. В тот раз, кажется, вообще не было заложников — всем удалось убежать, и спецназ собирался ворваться в здание. Ситуация, совсем не похожая на нашу.

Переговорщик и аналитик обменялись взглядами.

— Пусть в любом случае приезжает, — кивнул Поттер. — Сумеет она нам реально помочь или нет, это мы посмотрим, а Лебоу уже потирает руки, предвкушая дополнительную информацию о плохих парнях.

— Хорошо.

Бадд отдал команду своему подчиненному, и у Поттера потеплело на душе при мысли, что у него появится союзник. Он откинулся на спинку стула и стал размышлять вслух:

— Нет ли способа вытащить еще одну или двух заложниц до того, как прибудет спецназ?

— Что мы можем предложить Хэнди, чего он еще не требовал? — спросила Анжи.

— Он требовал транспорт, еду, спиртное, оружие, электричество…

— Классика, — кивнула психолог. — Все преступники, захватившие заложников, это требуют.

— Но не требовал денег, — вмешался Бадд.

Поттер нахмурился и посмотрел на лист под заголовком «Обещания», где было отмечено все, что они уже дали Хэнди.

— Вы правы, Чарли.

— Неужели не просил? — удивилась Анжи.

Лебоу просмотрел свои записи и подтвердил, что Хэнди ни разу не упоминал о деньгах. Он повернулся к капитану.

— Как вы об этом вспомнили?

— Видел в кино, — признался тот.

— Хэнди не планировал захват заложников, — продолжил аналитик. — Он не искал выгоды, а бежал из тюрьмы.

— Как тот парень, — добавил Бадд. Поттер и Лебоу посмотрели на полицейского. Капитан покраснел и объяснил: — Это тоже было в кино. Его играл Джин Хэкмен. Или он играл переговорщика, как вы, Артур. Хороший он актер, этот Хэкмен.

— Генри, я согласна с Чарли, — кивнула Анжи. — Это факт, что многие преступники, захватившие заложников, не хотят денег. Но в Хэнди есть корыстолюбие. Именно за кражи он получил свои главные сроки.

— Давайте-ка попробуем выкупить парочку заложниц, — предложил Поттер. — Мы же ничего не теряем. — Он повернулся к Бадду. — Можете достать какую-нибудь сумму наличными?

— Прямо сейчас? Вечером?

— Немедленно.

— Что ж, пожалуй, смогу. В управлении есть кое-какая наличность. Сотни две наберется. Хватит?

— Речь идет о сотне тысяч долларов в мелких купюрах, причем непомеченных. Скажем, через двадцать минут.

— Ох! — задохнулся Бадд. — В таком случае это не ко мне.

— Позвоню в Управление по борьбе с наркотиками, — предложил Лебоу. — В Уичито или Топике должны быть деньги, конфискованные у покупателей наркоты. Устроим трансфер между организациями. — Он кивнул Тоби, тот пролистал ламинированный телефонный справочник и набрал номер. Аналитик заговорил в гарнитуру — таким же тихим, но решительным голосом, как его удары по клавишам компьютера.

Поттер взял телефон и вызвал Хэнди.

— Привет, Арт.

— Как дела, Лу? Готовишься к отлету?

— А ты как думал? Забурюсь в какую-нибудь теплую хижину. Или в гостиницу. Или на необитаемый остров.

— Сообщишь свое местонахождение? Может, я соберусь тебя навестить.

«А ты, Арт, не без чувства юмора».

— Знаешь, сукин сын, а мне нравятся копы с чувством юмора. Где мой вертолет?

— Ближе посадить не сумели, Лу. Приземлился на поле за деревьями. На реке все-таки слишком большое волнение. А теперь послушай: ты видел вертушку — шестиместная машина. Я знаю, ты хотел восьмиместную, но это все, что нам удалось наскрести. — Поттер надеялся, что Хэнди не очень хорошо рассмотрел вертолет. В такую модель «Сикорского» можно усадить половину футбольной команды «Вашингтонских краснокожих». — Поэтому у меня к тебе предложение: позволь мне выкупить пару заложниц.

— Выкупить?

— Ну да. Мне разрешено заплатить за каждую по пятьдесят тысяч. Все равно места для вас шестерых и пилота не хватит. И багажных сеток в салоне нет. Так что продай мне парочку.

«Какие проблемы, Арт? Я могу пристрелить одну, и тогда мест хватит на всех».

Но ответ будет сопровождаться смехом.

— У меня идея: вместо того чтобы отдать заложницу вам, я застрелю ее. И места будет навалом. И для нас, и для наших чемоданов.

Его смех походил на карканье.

— Но, убив ее, не получишь денег. Как говорит мой племянник, будет облом. — Поттер произнес это добродушно, почувствовав, что взаимоотношения восстановлены. Крепкие, налаженные. Хэнди, судя по всему, серьезно обдумывал его предложение.

— Пятьдесят тысяч?

— Наличными. Мелкими непомеченными купюрами.

Несколько мгновений колебания, а затем:

— Хорошо. Но только одну. Остальные побудут со мной.

— Колись на две. И две останутся у тебя. Не мелочись.

«Не пойдет, Арт. Давай сто тонн за одну. Вот это по мне».

— Нет, — отрезал Хэнди. — Получишь одну за пятьдесят тысяч. На этом и порешим.

Поттер посмотрел на Анжи, психолог озадаченно покачала головой. Хэнди не торговался. Переговорщик был готов изображать, что бьется до последнего, но в конце концов согласился бы отдать сто тысяч за одну девочку.

— По рукам, Лу. Договорились.

— Только знаешь что, Арт? — В голосе Хэнди появились нотки, которых Поттер раньше не слышал, и это встревожило его. Он не представлял себе, что последует дальше. Неужели где-то подставился?

— Что?

— Ты должен сам сказать, которую из них.

— Что ты имеешь в виду, Лу?

Снова смешок.

— Очень простой вопрос, Арт: какую из них ты хочешь купить? Ты же знаешь, приятель, как это происходит: идешь в автосалон и говоришь: «Мне нужен „шеви“ или „форд“». Платишь и забираешь то, что выбрал. Ну и каков твой выбор?

Сердце. Вот где Поттер не поставил защиты. В своем сердце.

Бадд и Анжи смотрели на агента ФБР.

Тоби склонил голову и не отрывал глаз от живых циферблатов приборов.

— Дай подумать, Лу… — Переговорщик больше не нашел что сказать. Впервые за этот день в его душу закралась нерешительность. Хуже того — она слышалась в его голосе. Как он допустил это? Колебание — убийственная вещь на переговорах. Преступники сразу улавливают его, и это придает им силу, неумолимую силу. А в случае с Хэнди, помешанном на том, что должен всегда владеть ситуацией, даже секундная заминка переговорщика могла убедить его в своей непобедимости.