Икар - Расселл Эндрюс

— Такого не знаю, а вот Брюс Уиллис сюда на прошлой неделе заходил.

Когда Джек наконец дал Грейс понять, что, пожалуй, уже хватит, она провела его через толпу и они вышли на улицу. Окрестности клуба были окутаны тишиной, которая показалась Джеку нереальной, оглушающей после взрывного грохота, внутрь которого они были погружены на протяжении двух часов. Джек оглянулся на дом, из которого они вышли. Ему казалось, что это был сон, Бригадун[57]в стиле хэви-метал.

— Вы готовы еще разок попробовать? — осведомилась Грейс.

Джек кивнул, они поймали такси на Гудзон-стрит и направились в сторону Уэст-Виллидж.

Попросив таксиста остановиться перед круглосуточным магазинчиком, Грейс вышла и тут же вернулась с упаковкой из шести банок пива. Джек даже не успел ничего сказать.

— Погодите. Сами все увидите, — пообещала Грейс и велела водителю ехать по Одиннадцатой улице, прямо к Десятой авеню.

Там, в двух домах от угла, располагался крошечный музыкальный клуб под названием «Си-диез».[58]Джек заплатил десять долларов за вход, и они с Грейс спустились в подвальное помещение клуба. Здесь стояло не больше десяти маленьких столиков, около каждого из них — два-три дешевеньких складных стула. Никаких украшений, кроме нескольких черно-белых фотографий джазменов на стенах. У левой стены расположилась длинная барная стойка. Но за ней не стоял бармен и не было полок со спиртным. По всей стойке выстроилось множество пластиковых стаканчиков. У другой стены примостилась маленькая сцена — неуклюжий дощатый помост, способный выдержать не больше четырех-пяти музыкантов. В тот момент, когда Джек и Грейс вошли в зал, на сцене играло трио — двое чернокожих в темных костюмах и галстуках и один белый со стрижкой «ежиком», в гавайской рубахе. Гитара, контрабас, пианино. Грейс взяла со стойки два пластиковых стаканчика, и они устроились за столиком.

— Тут нет бармена, — сказал Джек. — Как же мы…

— Успокойтесь, — отозвалась Грейс. — Пейте пиво. Подождите немножко. Еще рано.

Они стали пить пиво и слушать музыку. Музыка была превосходная — ритмичная, ненавязчивая и по громкости ровно такая, чтобы заполнять зал в столь позднее время. К половине четвертого утра в зал начал постепенно подтягиваться народ. Джек заметил, как несколько человек — наверное, всего их было около десяти — крадучись прошли за сцену и скрылись за занавесом. Он посмотрел на Грейс, кивком указал в сторону сцены, а Грейс посмотрела на часы и перевела взгляд на молодого афроамериканца с косичками, унизанными бусинками, который теперь стоял за барной стойкой. Грейс быстро указала двумя пальцами на занавеску, чернокожий парень кивнул.

— Сколько у вас с собой денег? — спросила она у Джека.

— Почему вы спрашиваете?

— Пятьсот долларов наберется?

— Возможно.

— Тогда пойдем поищем Силачку.

Грейс встала и направилась к дальней стене. Джек последовал за ней. Когда они проходили мимо сцены, Грейс подняла руки и поаплодировала музыкантам. Они одарили ее благодарными взглядами. Затем Грейс скользнула за сцену, прошла за занавес, Джек — за ней. Оказалось, что занавес висит не вровень со стеной, как думал Джек. До стены было еще фута три. В узком проходе за занавесом чуть заметно припахивало мочой. Первую дверь справа украшала табличка «Туалет». Грейс подошла ко второй двери и взялась за дверную ручку. Ручка не подалась, но Грейс стояла возле двери и терпеливо ждала. Наконец Джек услышал тихое жужжание, и Грейс снова попробовала открыть дверь. На этот раз у нее получилось, и они внезапно оказались в зале, размерами раза в два превышавшем тот, в котором играли музыканты. Здесь живой музыки не было, звучал тихий джаз, записанный на компакт-диск. Света здесь было еще меньше, и Джеку пришлось подождать, пока глаза привыкнут к полумраку. Когда привыкли, он разглядел примерно человек двадцать, сидевших в удобных креслах или на маленьких диванчиках на двоих. Многие курили: одни — табак, другие — марихуану. Здесь имелся небольшой бар, неплохо укомплектованный алкоголем. За стойкой работали две женщины, блондинка и брюнетка, обе в обтягивающих джинсах и еще более обтягивающих черных топах. Блондинка наливала из бутылки бурбон. Брюнетка кривым ножом на маленькой плоской тарелочке делила на порции ослепительно белый кокаин.

— Не может быть, — пробормотал Джек. — Таких мест не существует.

Грейс не ответила. Она просто подошла к стойке и села. Джек встал рядом с ней.

— Сколько? — спросила Грейс у брюнетки.

Женщина быстро глянула на нее и вернулась взглядом к тарелочке.

— Триста, — ответила она.

Грейс посмотрела на Джека и едва заметно кивнула ему. Он сунул руку в карман, вытащил три стодолларовые купюры и отдал ей.

— С собой или здесь?

— С собой. И два пива, пожалуйста.

Брюнетка достала из-под стойки две бутылки пива «Нью-Амстердам».

Обе бутылки были холодные, запотевшие. Барменша открыла их и поставила на стойку. Затем вытерла руки полотенцем и снова принялась за процесс приготовления порций кокаина. Джек наблюдал за ней. Кучки получались маленькие, примерно по грамму каждая. Закончив дележку, барменша достала пакетик, аккуратно пересыпала внутрь горку порошка, встряхнула, сложила аккуратным квадратиком и подала Грейс. Затем она облизнула кончик пальца и вытерла его о тарелочку в том месте, откуда брала кокаин. Протянула палец Грейс, но та покачала головой. Барменша пожала плечами, провела кончиком пальца по зубам и довольно улыбнулась.

— Давненько тебя не было, — сказала она Грейс.

Джеку показалось, что Грейс неприязненно поежилась, но она просто ответила:

— Я была в отъезде.

Барменша ничего на это не сказала. Она взяла со стойки тарелочку и исчезла в комнатке за стойкой.

— Удивлены? — спросила Грейс у Джека, не глядя на него. Поскольку он молчал, она добавила: — Я вам говорила. У каждого есть свои тайны. Это была одна из моих.

— Была?

— Ммм… Теперь я труженица. Тем, кто много работает, подобным заниматься нельзя.

— У меня такое ощущение, словно я угодил в какую-то сумасшедшую версию шестидесятых. Или в плохой фильм Сэмми Дэвиса.

— Эй, наркотики снова в моде. Кокаин, героин — они вернулись. Даже амфетамины. Такие славные штуки нельзя полностью искоренить.

— Кид здесь бывал?

— Один раз он здесь точно был. Я его привела. Не знаю, приходил ли он сюда еще, но ему здесь понравилось, так что вполне может быть. Я подумала, что нам с вами стоит сюда заглянуть. — Она кивком указала на барменш. — Они вроде бы его типа.